читался ясно. Фиск предлагал союз, но отказ мог иметь неприятные последствия.
— Я подумаю над вашим предложением, — повторил я, вставая. — Спасибо за... откровенный разговор.
— Благодарю за уделенное время, — вежливо ответил Фиск. — Надеюсь на скорое решение.
Дверца машины открылась, и я вышел на тротуар. «Роллс-Ройс» тихо тронулся с места и растворился в ночном трафике, оставив только легкий запах дорогой кожи и сигар.
Я остался стоять на пустой улице, держа в руке визитную карточку Уилсона Фиска. Простой белый картон с тиснеными золотыми буквами: «Wilson Fisk. Private Consulting. » И номер телефона.
Поднимаясь к себе в квартиру, я анализировал состоявшийся разговор. Фиск определенно знал о моих ночных активностях — по крайней мере, подозревал. Его интерес к исследованиям Коннорса тоже был понятен — регенеративные технологии имели огромный коммерческий потенциал.
Но самое тревожное — он знал о Мэй, о наших финансовых проблемах, о моих планах поступления в университет. Это означало серьезную слежку и сбор информации. Фиск не действовал спонтанно — встреча была тщательно подготовлена.
В квартире было тихо, Мэй уже спала. Я прошел на кухню, налил стакан воды и сел за стол, обдумывая ситуацию. Предложение Фиска решало множество проблем — деньги на образование, безопасность для Мэй, доступ к научным ресурсам. Но цена была слишком высокой.
Работать на Кингпина означало стать частью криминальной структуры. Даже если сначала требовалась только информация, постепенно требования бы возросли. Фиск не тот человек, который отпускает людей, попавших в его сеть.
С другой стороны, отказ мог быть опасным. Фиск явно потратил время и ресурсы на изучение моей личности. Если он решит, что я угроза или помеха его планам...
Паучьи инстинкты подсказывали, что ситуация критическая. Фиск не просто криминальный авторитет — он стратег, умеющий играть в долгую. Его интерес ко мне и исследованиям Коннорса был частью более крупного плана.
Возможно, стоило согласиться формально, чтобы выиграть время и узнать больше о его намерениях. Давать ложную или устаревшую информацию, создавать видимость сотрудничества. Но это было крайне рискованно — Фиск наверняка имел способы проверки данных.
Или можно было попытаться использовать ситуацию для сбора информации о его организации. Если он доверит мне доступ к своим ресурсам, возможно, удастся нанести удар по его криминальной империи изнутри.
Но самым правильным решением было, вероятно, полное отрицание любых связей и надежда, что Фиск потеряет интерес. Хотя, учитывая его репутацию и ресурсы, это казалось маловероятным.
Засыпая этой ночью, я понимал, что жизнь снова усложнилась. К балансированию между обычной жизнью Питера Паркера и ночными вылазками добавилась еще одна переменная — личный интерес одного из самых опасных людей города.
Завтра нужно было принимать решение. И каким бы оно ни было, последствия будут серьезными. Фиск не из тех людей, которые принимают отказы без последствий. Но и согласие могло стать первым шагом в пропасть, из которой нет возврата.
Визитная карточка лежала на тумбочке, словно напоминая о необходимости выбора. Белый картон с золотыми буквами — такой простой на вид, но представляющий один из самых сложных выборов в моей новой жизни.
Глава 13
Ворочаясь в кровати до глубокой ночи, я не мог выбросить из головы встречу с Фиском. Его предложение, угрозы, знание моих секретов — все это крутилось в голове, не давая уснуть. Около трех утра я окончательно сдался попыткам заснуть и тихо встал с кровати.
Нужно было что-то делать. Если Фиск действительно знал о моей двойной жизни, значит, я был уязвим. Нужны были союзники, люди, которым можно доверять. Но где их взять? Обычные люди не могли противостоять организации Кингпина, а других супергероев в городе пока не наблюдалось.
Внезапно меня осенила идея. А что, если создать союзников искусственно? Работа в лаборатории Коннорса дала мне доступ к передовому оборудованию и знаниям о регенеративной биологии. Изучение собственной мутации показало механизмы воздействия паучьего генома на человеческий организм.
Теоретически я мог создать ослабленную версию мутагена — не настолько мощную, чтобы полностью превратить человека в паукообразное существо, но достаточную для получения контролируемых подопытных. Особенно интересовали меня феромоны подчинения, которые заставляли других воспринимать меня как альфу.
Первым делом нужно было убедиться, что за мной не следят. Одевшись в темную одежду, я
