На данный момент я ничего сделать с паразитом не мог, а потому сосредоточился на том, что мог изменить. Процедура получения Бахиони от верующих была не такой уж и сложной. Ну, это если знать, что делать. Нужно было получить крохотную каплю Бахиони, а потом использовать её для формирования особого канала передачи энергии между мной и человеком. В результате, я мог получать всю Бахионь, которую тот производил.
Правда, тут был один подводный камень, с которым сталкивались и демоны в мире пауков. У одного человека могло быть только ограниченное число подобных инициированных последователей. Очень ограниченное. Речь шла буквально о единицах. Но зато эти последователи могли сами выступать сборщиками Бахиони, идущей от других верующих. То есть инициация делала из человека жреца, а потом он от моего имени устраивал разные религиозные мероприятия и инициировал уже своих последователей, которые верили в него как моего представителя, а потому часть энергии, предназначенной для него, шла и мне.
В общем, это была типичная структура сетевого маркетинга и пирамиды влияния. В целом, этим уже можно было начинать пользоваться, но меня не устраивал малый КПД данной конструкции. Правил формирования «заклинаний» из Бахиони я не знал, так что пришлось мне оптимизировать ритуал посвящения в жрецы методом научного тыка.
Для начала я инициировал троих жрецов, которые уже играли ведущую роль в культе имени меня. Моими почитателями были жители только одной деревни, то есть пара тысяч человек, но для начала этого должно было хватить. Далее я немного изменял заклинание, смотрел, как эти изменения влияют на результат, а главное — обсчитывал их на компьютере древних, установленном на корабле. Тот довольно быстро смог создать достоверную симуляцию, благодаря которой я смог добиться эффективности передачи энергии в 99 %. Потом был подобный обсчёт эффективности заклинания, предающего энергию от простого верующего к жрецу.
В результате, я получил идеальную технологию создания религиозных культов. Можно было бы и дальше развивать технологию использования Бахиони, но я посчитал это жутким расточительством. Магия могла сделать куда больше и лучше, при этом не требуя постоянной подзарядки от верующих.
После того, как культ стал приносить мне прибыль в виде Бахиони, я начал направлять её на инициацию одного зародыша хвоста. Хорошо хоть паразит никак не реагировал на Бахионь. Также, он в упор не замечал чакру. Поэтому, первым я решил восстанавливать хвост, генерирующий энергию мира шиноби.
Поток Бахиони был подобен каплям, стекающим по сталактиту. Чтобы увеличить её выработку, нужно было или расширять паству, или… вводить людей в состояние религиозного экстаза. Как оказалось, состояние счастья и осознание того, кому они этим счастьем обязаны, многократно увеличивало выработку энергии веры.
Конечно, человек скотина такая, что он ко всему привыкает. В том числе и к чему-то хорошему. Поэтому, я составил план постепенного улучшения уровня жизни в деревне и среди моих джаффа. Каждый день я исцелял больных, изобретал бытовую технику, помогал строить дома. Почти каждый второй день был праздником, и каждый праздник чем-то отличался от всех остальных. Жизнь людей превращалась в сказку, что не было чем-то сложным при наличии у меня паразита и доступа к некоторым технологиям Древних.
Я стал для людей богом, и они отвечали мне искренней верой, поклонением и восхвалениями. Им не приходилось льстить мне, потому что у них хватало моих реальных подвигов, которые они могли воспеть в песнях и описать в сказаниях. Люди постоянно находились в каком-то состоянии транса, думая о мне каждую секунду своей жизни, посвящая мне каждое своё действие, не мысля более своей жизни без меня.
Это в какой-то степени пугало. Подобная одержимость не могла продолжаться слишком долго. Но долго мне и не требовалось. Всего через три месяца этого праздника жизни я набрал достаточно Бахиони, чтобы инициировать перекачку структур из одного хвоста в другой. Хвост, доставшийся мне от Кьюби, имел несколько другую структуру, потому что был создан не мной, а демоном из другого мира, но на сути процесса это почти не сказалось.
Всего за неделю я восстановил контроль над источником чакры, и ещё неделя ушла на тренировки по её использованию. После этого я решил провести небольшую аферу.
Я в одиночестве сел в тел’так и полетел в центр пустыни, где не было ни одного человека. Там я посадил корабль и отошёл от него ещё на пару километров. После этого я сел в медитацию, наблюдая за заходящим солнцем. Через три часа, когда кругом уже стояла глубокая ночь, я активировал давно подготавливаемое фуиндзюцу.
Последний год, когда я сидел в медитации, паразит предпочитал проводить время в своей «ракушке». Этот раз не стал исключением. Наложенная на меня печать фуиндзюцу, заблокировала вход в персональное пространство паразита, закрыв его там без возможности выбраться.
Буквально через пару секунд тварь попыталась вылезти наружу, но потыкалась в препятствие, ощупала его, а потом… успокоилась и затихла. Переведя дух, я отправился обратно на хаттак. Полной гарантии эта печать не давала, но теперь я был хотя бы частично уверен, что паразит не начнёт жрать кого-то против моей воли.
Теперь, когда зловредная тварь была изолирована, можно было начать восстанавливать свои способности к магии. К моему удивлению, после восстановления хвоста осталось более 80 % от использованного запаса Бахиони. Поэтому, сразу же после возвращения на корабль я смог инициировать восстановление второго хвоста.
Следующую неделю я провёл как на иголках. Наконец, процесс передачи энергии завершился, и я обрёл способности к магии. Ура!!! Я снова маг, и никакие симбионты мне даром не нужны. Конечно, эта тварь могла многое такое, что я не мог сделать никаким образом, но сочетание магии и чакры давало достаточно возможностей, чтобы суметь решить любую проблему за разумное время.
Наигравшись с магией, я взялся за подробное изучение наследия Древних. До этого я по большей части только копировал информацию в свой мозг, а сейчас пришло время для того, чтобы внимательно изучить её и суметь воспроизвести на базе магии и чакры. Причём, не на их совместном использовании, а за счёт использования или только магии, или только чакры. Это должно было дать мне больше возможностей для манёвра в будущем.
Помимо научных знаний Древних, почерпнутых из мозгов Ульрика, я изучал технологию вознесения, извлечённую из сознания Орлина. Меня заинтересовала возможность существования в виде чистой энергии, не обременённой наличием физического тела. При этом, при необходимости тело можно было создать.
В общем, идея вознесения была крайне интересной темой для исследований, вот только было одно но. Мне была известна процедура вознесения, требующая наличия тела Древнего. Люди были деградировавшими потомками Древних, так что их тела более-менее подходили для этого, хотя и требовали приложения куда больших усилий.
Гуауды, как ни странно, тоже имели предрасположенность к вознесению, хотя и несколько другого рода. Не имея собственного мозга, связанные с червями души получали способность частично осознать свою энергетическую природу. И подобный опыт сам по себе мог значительно упростить понимание техники вознесения. Когда же гуауд вселялся в тело человека с активными генами Древних, то вознесение оказывалось на расстоянии протянутой руки. Если, конечно, знать, куда и как эту руку протягивать. Точные знания в любой духовной науке решали всё.
Я мог бы уже сейчас превратить себя во Вритрас, и избавиться от необходимости вести жизнь червя-паразита, но это закрыло бы мне двери к вознесению, потому что техника создания Вритрас образовывала новые духовные оболочки и изменяла существующие. А мне требовалось наличие некоего «эталона», который можно было бы преобразовать, следуя инструкции. А вот потом, имея рабочий образец в своём лице, можно уже будет подумать о том, как скрестить вознесение с магией. Поэтому, сейчас я решил сосредоточиться на изучении науки о Вознесении.
