– Поднимайся, соня, – подмигнула она Виктору. – Посмотри, какая погода! На море сегодня благодать.
– На море? – задумчиво протянул Соколовский.
– А ты что, разве забыл? Сам же собирался в это воскресенье свозить меня на взморье.
– Верно, собирался, – Соколовский встал и взял гантели. – Да не всегда бывает так, как хочется.
Янина нахмурилась.
– Опять служба?
– Ну да, я должен быть в одном месте.
В этот самый час Геновева Щепис шла домой с рынка. В одной руке она несла тяжелую сумку с продуктами, на другой повис ее трехлетний постреленок Юзик, ни за что не желавший идти домой.
Да и Геновеву тоже дом не манил. Неприютен он был без смуглого и волосатого верзилы Казимира. Когда он входил, всегда казалось, что их комнатка слишком тесна и потолки низки для мужа. Правда, любил он, паразит, выпить, что поделаешь. Но если не перепьет, то притащится домой и спит в передней на своем полушубке. Зато когда заложит сверх меры – сиди в уголке и нишкни. И не дай бог, если попадалась ему на глаза старуха Лоренц! Тут уж он просто начинал землю под собой рыть от злости.
«Буржуйка старая, гадюка», – скрипел он зубами и потрясал кулачищами.
А теперь сам нечистый уволок куда‑то Казимира. И не пишет ни слова, барсук этакий. Ты тут лезь из кожи вон, надрывайся. Прокуроры и милиционеры житья не дают, все допытываются насчет проклятой старухи.
Геновева подошла к калитке и остановилась. Сердце в груди застучало, словно молоток. У двери дома спиной к калитке стоял рослый детина в спортивном костюме и с портфелем под мышкой. Что‑то в этом человеке было знакомо Геновеве.
На скрип калитки мужчина обернулся. На глазах у него были темные очки от солнца. Геновева пристально всматривалась в лицо. Нет, все‑таки она его раньше не видела.
– Вы не из третьей квартиры? – Незнакомец сделал шаг вперед навстречу Геновеве. – Здравствуйте, я из домоуправления. Мне надо проверить, крепкие ли у вас междуэтажные перекрытия и перегородки. Дом будут ставить на капитальный ремонт.
Не дожидаясь ответа, мужчина взбежал по лестнице на второй этаж. Геновева последовала за ним.
Войдя в квартиру, незнакомец вынул из портфеля плоскую коробку с рычажками и лампочками и присоединил к ней провод с метелочкой на конце. Геновева, разинув рот, наблюдала за происходящим и даже забыла обо всех своих домашних делах и о Юзике. Человек водил своей метелкой, как пылесосом по всем стенам, закоулкам и половицам. Потом еще простучал все молоточком и что‑то отметил у себя в блокноте.
– Нет, нет, все в порядке, – пробормотал в ответ незнакомец, явно не собиравшийся точить лясы. – Халупа еще постоит. А проверить лишний раз не вредно, может, где какая трещина.
Он сложил свои инструменты, попрощался и ушел.
5
– Чтоб он сгорел, этот драндулет!
Молоденький шофер в яркой ковбойке сплюнул в сердцах. С самого утра не мог он раскочегарить свой пятитонный ЗИЛ. Сперва казалось, дело вроде бы в аккумуляторе. Сменили. Потом пропала‑искра. В конце концов стало ясно, что барахлит карбюратор, но отрегулировать его никак не удавалось.
В автопарке транспортной конторы рабочий день был в разгаре. Въезжали и выезжали машины. В воздухе стоял неумолчный гул и рев моторов. Уж давно кончился обеденный перерыв, а шофер в ковбойке все никак не мог выехать в рейс. Наконец к нему на помощь пришли механик колонны и слесарь. Теперь они втроем сунули головы под капот двигателя и пытались найти причину неполадки.
– Все жиклеры продул, – рассказывал шофер.
– Бензонасос качает? – спросил механик.
Слесарь, теряясь в догадках, глубокомысленно
поскреб затылок.
– А еще одного специалиста не надо? – раздался чей‑то голос за их спинами.
Все трое одновременно выпрямились и оглянулись. Перед ними стоял плечистый человек в зеленом пиджаке.
– Это еще что за карикатура? – шофер в ковбойке был зол на весь мир.
Незнакомец покачал головой.
– Як вам с лучшими намерениями, хочу помочь, так сказать, поделиться опытом. А вы сразу – карикатура.
– Видали таких опытных! – не снижала тона ковбойка.
– Зря, парень, ерепенишься. Мы с Езупаном едем раз по Мельничной. Вдруг стоп машина! И не заводится, хоть ты тресни. Сразу, конечно, нашлись добрые советчики. Каждый свое ладит. Кто про карбюратор, кто про зажигание. А малец лет двенадцати дергает Езупана за рукав: «Дяденька, а бензин у тебя в машине есть?» Заглянули в бак – сухо! А ты говоришь!
– Ладно, кончай заливать. Ты откуда – из наших? – примирительно спросил шофер.
– А что, разве на шофера не похож?
Механик улыбнулся.
– Да нет, видать, парень свой; поступай к нам деньгу зашибать. Шофера нужны позарез.
– Разве у вас заработаешь?
– А то нет, – поддержал механика тот, что в ковбойке. – Знаешь, какие бывают рейсы! В Москву гоняем, в Ленинград, в Кишинев. Командировочные, премиальные.
Незнакомец махнул рукой.
– Что‑то не верится. У меня тут дружок работал. Не заметил я, чтобы он разбогател.
– Это кто же такой?
Незнакомец вытащил пачку «Примы», всех угостил и закурил сам.
– Щепис Казимир.
– Ах вон кто! – усмехнулся шофер. – Этому никогда не хватит. Пол‑литра и колесо колбасы наворачивал только для затравки.
– За пьянку небось и уволили?
– Нет, за другое.
– А мне он ничего не говорил.
– Это было прошлой осенью, в октябре, наверно. Точно! В октябре наша бригада целый месяц работала в Кулдиге, в командировке. А он все в Ригу рвался. Видно, по бабе заскучал. Бригадир строго‑настрого запретил уезжать. Но надо знать Казимира. Ночью, втихаря смотался. Гнал, наверно, под сотню. Нарвался на автоинспектора. Превышение скорости. Протокол, сообщили в контору. А у нас тут порядочки монастырские, строго.
– Превышение скорости не бог весть какой смертный грех, – заметил человек в зеленом пиджаке.
– Верно, конечно, – согласился механик. – Его наказали главным образом за самовольную поездку.
– Квартальная премия накрылась, – уточнил шофер. – Его, конечно, заело. Подал заявление и уволился. Ребята говорили, уехал на север.
– Идея неплохая. Надо и мне туда податься за длинным рублем. Схожу к начальству. Посмотрю, что тут предложат. Где контора?
Начальник отдела кадров, тучный человек, у которого из тесного воротничка выпирали складки жира, рылся в кипах бумажек. На посетителя он замахал обеими руками.
– Подождите в коридоре, сейчас нет времени!
Посетитель, похоже, не расслышал, что ему сказали. Он приблизился к столу с раскрытым служебным удостоверением в руках.
Начальник отдела кадров сразу переменил тон.
– Не успеваем. Знаете, сколько тут дел. Не то что в бухгалтерий или в отделе эксплуатации. У нас работа с живыми людьми! Кадры решают все! Так чем могу быть полезен, товарищ капитан?
