на него нехорошим взглядом.
– Интересуешься? Любознательный? – тяжело проговорил он.
– Да не… Да я просто… – смешался белобрысый. – Мне денежки получить и все. Обещали же. Я исполнил… – заканючил он.
– Исполнил, говоришь… – бородатый сунул правую руку в карман пиджака.
Белобрысый с надеждой посмотрел на карман, ожидая, что сейчас оттуда появятся деньги. Однако оттуда появился черный небольшой пистолет. Бородатый выхватил его и без всякой паузы выстрелил белобрысому в грудь. Тот зашатался, хватая ртом воздух, глаза его стали безумны, он сделал шаг вперед и упал под ноги бородатому. А тот, не мешкая, подскочил к нему и выстрелил еще раз – в затылок.
Белобрысый дернулся и замер, уткнувшись в землю лицом.
Настасья сползла по стенке каюты и сжалась в комочек, глядя на китайскую мышь, которой море было явно по колено. Судя по всему, мышь распевала китайские боевые песни, но голосок у нее был так тонок, что его не слышало человеческое ухо.
Настасья же со страхом прислушивалась к происходящему снаружи катера.
И вот она услышала, как там, на берегу, происходит какая-то возня. Кто-то – судя по всему, бородатый – пыхтел и шепотом ругался, будто мешки ворочал. Затем борт катера сотряс удар, катер задрожал, тяжелые шаги колебали его, и Настасья поняла, что бородатый втаскивает в катер тело убитого им сообщника.
«Он хочет спрятать его здесь! – догадалась Настя. – Но где?!»
Прятать убитого было решительно негде. Только в этой крохотной каютке.
И действительно, Настя услышала, как бородатый, втащив труп на палубу, волочет его по направлению к двери каюты. Раздался удар – это разбойник ногой распахнул хлипкую деревянную дверь каюты, и Настя увидела его красное от напряжения лицо. Он стоял на палубе, держа за шиворот мертвого сообщника, который волочился за ним, как мешок.
Бородатый заглянул сверху в каюту и увидел Настю. Они на мгновенье встретились взглядами, и Настя увидела, что в глазах бородатого мелькнул страх. Глаза же Насти были полны ужаса.
Но бородатый быстро пришел в себя, отпустил воротник убитого, отчего тело глухо шмякнулось на палубу, и осторожно начал спуск по ступенькам в каюту, держась правой рукой за карман пиджака, где находился пистолет.
Настя вжалась в стенку.
Мышь Сяо-Мяо перестала петь ультразвуковые песни и тоже уставилась на бородатого убийцу. Как видно, она его узнала. У нее имелись собственные счеты с этим человеком. Розовые уши мыши навострились и налились кровью, а вся она будто надулась от напряжения.
– Ты что здесь делаешь?… – вкрадчиво и тихо произнес бородатый, зачем-то оглядываясь по сторонам.
Его рука скользнула в карман с пистолетом.
И тут он увидел на столике белую мышь с розовыми ушами, будто изготовившуюся к прыжку.
– Ага, вот она где… – зловеще проговорил он, делая шаг к столику и одновременно доставая из кармана пистолет.
Но Настя опередила его. В мгновение ока она сдернула Сяо со стола и сделала шаг к бородатому, оказавшись с ним совсем рядом в тесной каютке. Она протянула вперед руку с кулаком, в котором пряталась Сяо и разжала пальцы прямо перед носом разбойника.
Сяо сидела на ладони, сверля своими черными глазами-бусинками врага. Он побледнел.
– Ты чего?… Эй… – отшатнулся бородатый.
Но было поздно.
– Сяо, фасс! – громко скомандовала Настасья, и мышь, оттолкнувшись от ее ладони, совершила прыжок на плечо бородатому. Словно розовая молния мелькнула в каюте. Не успел он вздохнуть, как Сяо юркнула ему за воротник рубашки и исчезла под нею.
Лицо бородатого исказилось страшной гримасой.
– Ох… Аа-ааа! – закричал он, извиваясь всем телом.
– Стоять! – крикнула ему Настя. – Если шелохнешься, она укусит тебя, и ты умрешь страшной атипичной смертью!
Убийца застыл на месте, поеживаясь, потому что где-то там, под одеждами, ползала по его волосатому телу заразная китайская мышь. Преступнику было щекотно и страшно.
– Оружие на стол! – скомандовала Настя.
Бородатый послушно положил пистолет на стол. Настя взяла его и спрятала в сумочку.
– Сяо, голос! – позвала она.
Из-под рубашки бородатого раздался слабый писк – тьють-фьють! Судя по звуку, мышь находилась где-то на животе бородатого.
– Выходи! – приказала Настя, указывая на дверь.
– Девочка… – дрожащим голосом обратился к ней бородатый. – Забери эту мышь. Я дам тебе денег и уйду. И мы в расчете. Убери ее с меня, не могу…
И он вдруг дико и свирепо захохотал, потому что мышь, судя по всему, проникла куда-то, где было особенно щекотно.
– Ох! Ах! Ого-го-ооо, – гоготал он, приплясывая и выпучив глаза, как Карабас Барабас.
– Тихо! – прикрикнула Настя. – Вперед!
Бородатый потопал по ступенькам вверх на палубу, Настя последовала за ним.
На палубе лицом вверх лежал труп белобрысого. Он смотрел стеклянными глазами вверх, в желтое летнее небо. Бородатый переступил через него, а Настя осторожно обошла.
– Куда идти? – обернулся бородатый.
– Вниз, – кивнула Настя на железную, вросшую в землю лесенку, ведущую вниз, на берег.
Бородатый неуклюже стал спускаться, дергаясь и извиваясь, будто его кусали тысячи блох.
Он спустился на землю и застыл, глядя снизу на Настю.
– Ну? – спросил он. – Разойдемся?
– Я тебе разойдусь! Разошелся! Отойди от катера! – прикрикнула на него Настя. Она сама не знала, откуда в ней бралась эта решимость и храбрость.
Тот отошел на несколько шагов, и тогда Настя быстро спустилась по лесенке и на всякий случай снова позвала мышь:
– Сяо, как ты там?
– Пиу-пиу! – пискнула Сяо.
Бородатый поник головой. Он понял, что обречен…
Спустя полчаса на Малом проспекте Петроградской стороны можно было видеть следующую картину.
По тротуару шел бородатый мужчина в пиджаке, под которым была рубашка с расстегнутым воротом. Он шел какой-то странной походкой, иногда подпрыгивал на ходу и издавал разнообразные звуки: повизгивал, охал, крякал и будто хотел ударить себя по бокам, но не мог.
За ним на расстоянии трех метров шла девочка лет двенадцати с сумочкой в руках. Она была одета в джинсы и полосатую кофточку. Не отрываясь она смотрела в спину бородачу, время от времени покрикивая:
– Сяо!.. Мяо!..
И в ответ на эти крики слышалось откуда-то тонкое попискивание.
Но на эту картину никто не обращал внимания.
Эта парочка дошла до Петропавловской улицы и повернула по направлению к Восемнадцатому отделению милиции.
Бородатый, опустив голову, вошел в комнату дежурного. Настя вошла за ним.
За столом сидел старший лейтенант милиции.
– Вот, – сказала Настя.
– Что вот? – спросил лейтенант.
– Тот, которого разыскивают. Я его привела.
– Я сам пришел! – огрызнулся бородатый, – Оформите явку с повинной.
– С какой повинной? Что случилось! – не выдержал лейтенант.
Сам он в это время перебирал фотографии лиц, находящихся в
