Читаем без скачивания Их величества пирамиды - Войтех Замаровский

Несмотря на название книги, в ней много внимания уделяется и «историческому описанию» Египта, и прежде всего древнего. Одна из глав так и называется: «О древностях и зданиях». Особо следует отметить последнюю главу — «Разделение Египта и описание мест», которая в то время свободно могла служить путеводителем и с этой точки зрения небезынтересна даже сейчас.

Эта книга как бы естественно завершает круг источников (как мы видим, довольно обширный и разнообразный), из которых во второй половине XVIII века русские читатели могли пополнить свои знания о Древнем Египте. Этот поток информации обусловил в конце 80-х годов XVIII века появление первых сочинений русских авторов на египтологические сюжеты. Следует, правда, сразу же оговориться, что они в это время носят чисто умозрительный характер. Так, в 1783 году появилась книга директора Петербургской учительской семинарии Ивана Коха «Опыт истолкования гиероглифов и надписей», в которой автор высказывает предположение о звуковом характере египетских иероглифов, а годом позже его же «Опыт изъяснения сфингов», т. е. попытка истолкования надписей на сфинксах. В это же время некто Василий Полетика издал свое эссе «Опыт разсуждения о первоначальных делах мира, о Древнем Египте, об Ассирианах, о Мидянах и о Персах» (1788). Пожалуй, самым примечательным являлось его исходное положение о великом значении древнеегипетской культуры. «Сия то прекрасная страна, — пишет он, — как говорят писатели, первым гнездом была просвещенного рода человеческого». Оценивая в целом количество и уровень источников сведений о Древнем Египте в «предегиптологический» период в России, т. е. к началу XIX века, можно с полным правом присоединиться к восторженным словам упомянутого выше Ивана Алексеева: «Дожили и мы, благосклонный читатель, до того вожделенного времени, когда каждый уже на своем природном языке может иметь изрядную библиотеку, состоящую из книг хороших, сколько сочиненных, столько переведенных».

Таким образом, в течение многих столетий русские люди питали самый горячий интерес к Древнему Египту, накапливая постепенно из разных источников сведения о великой культуре и истории древнейшей цивилизации долины Нила. Это и явилось той духовной основой, на которой в России в начале XIX века могли появиться повальное увлечение «египетским стилем» в искусстве и египетскими древностями, правильная оценка значения находки Розеттского камня, самый живой отклик на великое открытие Ж. Ф. Шампольона и признание его заслуг и, наконец, русская и советская египтология.

ФИВАНСКИЙ ГОРОД МЕРТВЫХ

В книге В. Замаровского «Их величества пирамиды» увлекательно повествуется о том, какие замечательные гигантские погребальные сооружения — пирамиды — воздвигали для себя фараоны Древнего и Среднего царств. Сообразно с расположением политических центров Египта в эти эпохи пирамиды создавались в северной части страны в районе Мемфиса и Фаюма. В Египте имеется, однако, еще один район, буквально переполненный гигантскими памятниками древней архитектуры и множеством великолепных гробниц, — район Фив, центра 4-го верхнеегипетского нома и столицы Египта в период его наивысшего политического могущества, достигнутого им в эпоху Нового царства. Об огромном мире гробниц, раскинувшемся за Нилом в западной части Фив, нам и хотелось бы теперь рассказать.

Захолустный район Египта в эпоху Древнего царства, Фивы приобрели политическое значение с того времени, когда (примерно в 2100 году до н. э.) их князья из так называемой XI династии, победив в упорной и длительной борьбе гераклеополь-ских фараонов, стали верховными владыками всего Египта. Однако подлинного могущества фиванские фараоны достигли позднее, в эпоху Нового царства, после того как воинственные правители Фив из XVII династии, изгнав из страны чужеземцев-гиксосов, позволили Египту стать (в правление фараонов XVIII–XX династий) самой могущественной державой древнего Ближнего Востока второй половины II тысячелетия до н. э. Именно в это время на восточном берегу Нила были воздвигнуты гигантские храмовые ансамбли Парники и Луксора, посвященные богам Фив, и прежде всего Амону-Ра, а па восточном берегу привольно раскинулся огромный город мертвых, состоявший из нескольких некрополей и множества заупокойных храмов и гробниц, принадлежавших фараонам, их женам, детям, вельможам и частным лицам различного общественного статуса.

Фиванский город мертвых стал «заселяться» в так называемый 1-ый переходный период — между эпохами Древнего и Среднего царств. В настоящее время известны два захоронения этих смутных лет (№ 185, 186), одно из которых принадлежит фиванскому номарху Ихи (№ 186) и располагается в некрополе Эль-Хоха к югу от прекрасных храмов в ущелье Дейр-эль-Бахри. Всего в фиванском городе мертвых насчитывается 13 некрополей, разбросанных по холмам, предгорьям, ущельям гористого плато на западном берегу Нила, протянувшихся с северо-востока на юго-запад на несколько километров вдоль края плодородной земли. Вот эти некрополи:

I. Некрополь Интефа.

II. Некрополь Ментухотепов II и III.

III. Некрополь Ментухотепа V.

IV. Некрополь XII–XIII династий.

V. Некрополь XVII династии.

VI. Некрополь Дра абу-ль-Негга.

VII. Некрополь Асасиф.

VIII. Некрополь Эль-Хоха.

XI. Некрополь Шейх Абд эль-Гурна.

Х. Некрополь Гурнет Мураи.

XI. Некрополь Дейр-аль-Медине.

XII. Царский некрополь в «Долине царей».

XIII. Царский некрополь в «Долине цариц».

I. Самый древний некрополь Иптефа, относящийся но времени правления князей и первых фараонов Фив из XI династии, располагается у северного края фиванского города мертвых недалеко от современного поселения Гурна на равнине, которую феллахи называют «Эт-тараф» («Конец»). Здесь было обнаружено множество посвятительных стел, стоявших первоначально у стен гробниц и хранящихся сейчас во многих музеях мира. На большинстве стел упоминается имя «Интеф», любимое в княжеской семье предков будущих фараонов XI династии. Имя это определило и современное название некрополя, простирающегося у края пустыни в длину примерно на 1200 метров, а в ширину — на 500–600 метров. Захоронения этого некрополя имеют вид или расположенных на равнине удлиненных ям — могил, или слегка врытых в грунт гробниц так называемого скального типа. Поскольку местность эта не имеет крутых горных выступов, то для гробниц скального типа приходилось отрывать в твердой почве углубленный в нее на 3–4 метра открытый передний двор, задняя стена которого образовывала переднюю сторону гробницы, чьи внутренние помещения устраивались в толще холма. Прямоугольные отверстия в этой стене вели из переднего двора во внутренние помещения гробницы, которая казалась как бы обрамленной с передней стороны столбообразными колоннами, образующими открытую галерею. Обычно на боковых сторонах переднего открытого двора также вырубались проходы в боковые помещения, что создавало впечатление, будто бы передний двор был с трех сторон окружен колоннадой. Арабы называют этот тип гробницы «сафф», что означает «ряд». Из почти 100 гробниц подобного типа в некрополе Интефа выделяются три гробницы своими огромными размерами. Их открытые передние дворы достигают в ширину 60–70 метров, а углублены они в грунт на 5–7 метров. Длина переднего двора самой большой гробницы — 250 метров. Позади подобных удлиненных передних дворов на склоне холма возвышались когда-то небольшие кирпичные пирамиды, от которых О. Мариетт в 1860 году обнаружил лишь жалкие остатки. Есть основание полагать, что эти три захоронения с наиболее крупными передними дворами принадлежали трем первым фараонам XI династии: Интефу I, Интефу II и Ментухотепу I. В погребальной камере под пирамидой Интефа I О. Мариетт обнаружил интересную стелу, изображавшую фараона вместе с его пятью охотничьими собаками.

В холмистых возвышенностях вокруг гробниц первых фараонов XI династии расположились погребения их придворных. И позднее, уже после того как Ментухотеп II и Ментухотеп III создали новый некрополь в Дейр-эль-Бахри, некоторые высокопоставленные лица из царского окружения продолжали строить в древнем некрополе Интефа свои гробницы. Простых людей хоронили здесь и позднее.

II. Некрополь Ментухотепов II и III занимает южную сторону ущелья в Дейр-эль-Бахри, примыкая с юга к рядом расположенному, но построенному гораздо позднее великолепному храму царицы Хатшепсут. Название ущелья, которое по-арабски означает «Северный монастырь», идет от коптского монастыря, находившегося здесь в раннехристианский период.

Новый некрополь своей величественностью должен был соответствовать изменившемуся положению правителей Фив, ставших фараонами всего Египта. Сооружать этот некрополь начал Ментухотеп II, но завершил все строительные работы Ментухотеп III, которому удалось создать архитектурный ансамбль исключительной красоты и грандиозности, сочетавший в себе гробницу и заупокойный храм, старые и новью архитектурные формы, определившие облик и возникшего немного севернее примерно через 400 лет сказочно прекрасного храма царицы Хатшепсут.