— Где генерал? — прервал его Слав. Необходимо действовать, мелькнуло в голове, разговоры погубят. — Отведите меня к нему! Сейчас же!
— Но… Там совещание…
— Совещание с кем? С варваром, похожим на меня? Вы понимаете?
— Вот это да! — проговорил за спиной капитан.
— Скорее! — Слав отодвинул онемевшего адъютанта. — Где он? Идемте, капитан!
В кабинете был приглушен свет. Энергию экономили, и зловещие тени в углах беспокоили Волода. Нет, теней он не боялся, но неясное беспокойство все более охватывало его. Он не знал, откуда грозит опасность, но чувствовал ее, как зверь, которого обложили охотники…
— Я понимаю, господин, но начинать атаку без тщательной разведки рискованно. А за ночь варвары могли передислоцировать силы и устроить нам ловушки…
— Чепуха, генерал! Разбомбите с воздуха их лагерь — и они разбегутся!
— Бомбежки, тем более ночью, не всегда эффективны. Варвары уже обманывали нас, когда мы бомбили брошенные селения или построенные ими муляжи. А наши энергоресурсы не бесконечны. Энергоблок в Дирне до сих пор не функционирует.
Волод с ненавистью взглянул на генерала. Он не понимает и не может понять того, что, пока жив настоящий Слав, он не может спать спокойно.
Двери в кабинет охраняли орки.
— Мы к генералу! — сказал Слав, опередив ошарашенного адъютанта. Юноша понял, что завладел вниманием сопровождавших его офицеров, чувствовал их изумленные взгляды. Вести себя так, как Слав, мог только безумец, но юноша в пехотном мундире не казался сумасшедшим…
Двери открылись. Замерший над объемной картой Поймы генерал Громер обернулся, удивленно глядя на входивших в кабинет людей.
— В чем дело? — спросил он. Стоявший у окна Волод сразу понял, в чем. Кровь бросилась ему в лицо.
— Мы задержали человека, — капитан выпрямился, не спуская со Слава глаз и дула энергана. — Он имеет важные сведения и требовал доставить его к вам.
— Что ж, говори, — сказал он.
В помещении был полумрак, и генерал не сразу заметил изумительное сходство пленника и наместника.
— Это шпион варваров! — выкрикнул Волод. — Зачем вы привели его сюда? Что он может рассказать нам, какие сведения? Выведите и расстреляйте его!
— Слав, почему его не выслушать? Расстрелять всегда успеем.
— Генерал, вы узнаете меня? — Слав шагнул вперед. — Я Слав, сын Изагера.
— Ха–ха! — истерично рассмеялся Волод. — Ты, наглый варвар! Да как ты смеешь! Арестуйте его — это мой приказ! — велел он капитану.
— Все кончено, — Слав посмотрел на Громера. — Генерал, мой отец однажды ошибся. Не повторяйте его ошибки и вы.
Их глаза встретились. Громер был изумлен. Пленник смотрел честно и прямо, а Слав… Правитель медленно отступал к стене.
— Арестуйте его! — истерично крикнул он. Солдаты подобрались.
— Сию минуту, господин, — в глазах генерала что‑то мелькнуло. Он перевел взгляд на правителя. — Назовите имя четвертого потомка Дирна, вашего деда.
Волод замер. Потом сорвался на крик:
— Ты смеешь задавать мне вопросы? Выполняй мой приказ, генерал! Вы! — обернулся он к офицеру и солдатам. — Стреляйте в него, я приказываю вам!
Те переглядывались, не двигаясь с места.
— Моего деда звали Славом, как и меня, — сказал Слав. — Так просто. Но ты даже этого не знаешь, Волод из клана Север. Тебе никто не сказал об этом, а читать ты не умеешь. Теперь скажи перед свидетелями: по какому праву ты занял мое место? По какому праву начал войну? Расскажи всем, кто ты есть или, клянусь, я убью тебя прямо здесь!
Волод побледнел и не мог вымолвить ни слова.
— Тогда я расскажу. Когда мой скутер потерпел крушение в горах, он вытащил меня из кабины и бросил умирать в пустошах, а сам, переодевшись в мою одежду…
— Это ложь! — выкрикнул близнец.
- … дождался прилета спасателей и выдал себя за меня! Наше удивительное сходство позволило ему занять мое место. Я Слав, сын Изагера, и его наследник!
— Генерал, этот сумасшедший варвар не знает, что говорит! Этого не могло быть! — крикнул Волод. — Я ваш начальник и правитель Дирна! Проверьте мою кровь и отпечатки пальцев! Самозванец — он!
— Я могу назвать всех предков со времен Основателей, — сказал Слав, яростно глядя на двойника. — Сможешь ли это сделать ты, предатель?
— Я не предатель, — заговорил Волод. — Я никого не предавал!
— Тогда кто ты? Пустынник не станет воевать против своих братьев! А если ты успел стать гмором, то ты худший из гморов, которых я знал! В этой войне и варвары и гморы сражались, не прячась под чужим именем, и умирали, как мужчины. Ты, Волод — не пустынник и не гмор. Ты предал всех! Ты мог закончить войну, — голос Слава дрожал, но рос и крепчал. — Мог построить город. Ты многое мог сделать для всех этих людей! Но тебе нужна только власть! Ты убил отца, убил Иллара, убил лучших людей Дирна! Ради чего?
Генерал поклонился Славу.
— Приветствую вас, господин. Арестовать! — указывая на Волода, приказал он.
Солдаты шагнули к самозванцу.
— Орки! — взвизгнул Волод. Двери распахнулись, и два клона вломились внутрь. — Убить всех!
Никто не успел ничего сделать. Орки вскинули энерганы. Органические клоны подчинялись лично Володу и выполняли любой его приказ.
Стекло разлетелось вдребезги. Телохранитель просто возник из воздуха, сверкнул клинок — и рука орка с энерганом отделилась от тела. Второй успел повернуться, но меч Юра снес ему голову.
— Я, кажется, вовремя, — сказал учитель. Юр шагнул к Володу и перехватил рванувшуюся к кобуре руку. Волод съежился под яростным взглядом соплеменника. Юр отбросил его энерган.
— Ты не знаешь, что значит быть никем! — сжимая кулаки, закричал Волод. — Прожить жизнь в пустошах, не видя ничего, не имея ничего! Я был никем, а стал правителем Дирна!
— Ты был никем и остался никем, — сказал Юр. — Человек рождается, чтобы найти свою дорогу, а не идти чужой.
Волода схватили.
— Не смейте! Я — настоящий Слав! Проверьте отпечатки моих пальцев, проверьте зрачки и кровь!
— Все это подделано, — сказал Юр. — Но то, что у тебя в голове, не подделать.
— Все это время я подчинялся варвару?! Немыслимо. Хотя… теперь я многое стал понимать, — генерал Громер посмотрел на Слава. — Где же вы были все это время, господин?
— В Пойме, у варваров.
Генерал открыл рот:
— Но… как вы выжили?
— Об этом после.
— Я думаю, — генерал указал на Волода. — Он должен исчезнуть. Теперь я понимаю, почему уничтожен Совет, почему убит Иллар. Он боялся разоблачения. Жалкое ничтожество! Думаю, расстрел — это легкое наказание для него. Прикажете?
Генерал вопросительно взглянул на Слава. Юноша качнул головой:
— Нет. Не хочу начинать с казни… хоть он этого и заслуживает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
