На следующий дель билеты в кассе вообще не продавались — все расхватали организации. Но на этот раз дерево засохло на корню, не успев дать апельсины. Потому что позади Липрандо появилось огромное зеркало. (До сих пор неизвестно, где Егоретти взял столько алюминиевой фольги. Впрочем, на то он и фокусник.) А в зеркале никаких чудес видно не было. Смешные жесты смешного человека в смешной одежде…
И тогда на следующий день Липрандо… А впрочем, сколько можно пересказывать подвиги и подвохи? Истинная борьба не знает конца. Как и истинное искусство. А Лариса?
— Я предлагаю разыграть в карты право повести ее на новогодний вечер, — сказал Егоретти.
— В подкидного, — ответил Липрандо.
— …А дальше можно не играть, — сказал Егоретти, когда колода растаяла, и бросил на стол шесть старших козырей.
— Конечно, — ответил Липрандо, показывая ему те же самые карты.
— Это нечестно! В колоде есть только один козырной туз! Оставьте ваши чертовы штучки с гипнозом для сцены!
— Как и вы — свои карточные фокусы.
Стол отъехал в сторону, соперники стояли теперь лицом к лицу, грудь к груди, сверля друг друга глазами.
Потом Липрандо мягко обнял Егоретти за талию, провел к большому креслу и устроил его там поудобнее.
А затем вышел в фойе, где в этот час находились только члены гастрольной группы. Было шумно, и весело, и беспокойно. Но по мере того, как Липрандо проходил через фойе, шум стихал.
Он остановился перед Ларисой, поклонился и пригласил ее на танец.
— Боже мой, — воскликнула она, — да посмотрите же на себя в зеркало!
Голову Липрандо украшала корона из двух десятков карт, а место галстука на шее занял его собственный брючный ремень. Большим мастером все-таки был этот Егоретти!
А Лариса… что спрашивать? Она, разумеется, вышла замуж за рабочего сцены Сидорчука. Сами понимаете.
Прыжок в высоту
— Ну и болтушка, — подумал я про соседку. Но в данной ситуации это никак нельзя было назвать недостатком. Потому что до Душанбе от Москвы пять часов лета, а спать в самолете я так и не научился.
К концу полета, наверное, я мог бы написать полную историю олимпийских игр с приложением точных психологических характеристик половины чемпионов мира.
Но вот Лена осторожно оглянулась, потянула меня за рукав пиджака, призывая последовать ее примеру, и прошептала:
— Посмотрите вон туда… третий ряд позади нас, двое мужчин.
Она, может быть, их и видела сквозь спинки кресел — у женщин это бывает, но мне-то пришлось привстать, хотя она тут же заставила меня сесть, возмущенно шепча, что я веду себя неприлично.
Но мужчины действительно заслуживали всяческого внимания. Ровесники, обоим было лет под пятьдесят, они с поразительной четкостью являли собой два противоположных типа конституции организма.
— Левый — Смирнов, Михаил Сергеевич, — шептала мне соседка.
Михаил Сергеевич, безусловно, принадлежал к дыхательному типу. Ромбовидное лицо, крупный нос, длинноватая шея, удлиненная грудная клетка, широкие плечи.
— Правый — Юрий Дмитриевич Росциус.
Лицо — прямоугольное, туловище тоже, могучие бицепсы делают бессмысленными всякие попытки выутюжить рукава пиджака.
— Кто же они?
— Не узнаёте?
Я лихорадочно рылся в памяти. Судя по выражению милого лица Пеночки, я проявил такое невежество, что она могла бы счесть ниже своего достоинства продолжать разговор.
И она действительно замолчала. Но молчать Лена могла не больше тридцати секунд. И я узнал, что это — знаменитые тренеры по прыжкам в высоту, мало того — признанные главы двух соперничающих школ в этом деле.
— В каждом, в каждом спорте — свои странности, — мило тараторила Лена. — Вон в шахматах, мне показывали, нельзя рокироваться, когда король под шахом. Но почему? Ведь ему же тогда как раз и надо прятаться! В плаванье девушки чемпионками в тринадцать лет становятся, к шестнадцати титулы теряют. А в прыжках в высоту… Видели когда-нибудь? (В вопросе прозвучало пренебрежение, но мне терять было уже нечего, и я повел подбородком слева направо.)
— Ну вот! Оно и видно, — Лена окинула меня таким взглядом, что я судорожно поджал брюшко, выпрямляясь в кресле, и расправил плечи. Но, боюсь, было уже поздно. — Ну вот! Человек отталкивается от земли, в воздухе весь, понимаете, выворачивается, вытягивается и пролетает над планкой параллельно ей, да еще спиной вниз. С непривычки, понимаете, совершенно нелепо все это выглядит, неудобно, выдрючивание какое-то. А самый, между прочим, чемпионский способ. Когда-то “ножницами” прыгали, — Лена стригнула пальцами перед самыми моими глазами. — Потом еще разные штуки придумывали, а теперь чемпионы только этак вот высоту берут.
— Все гениальное кажется противоречащим здравому смыслу, — осторожно вставил я, стыдясь собственной банальности.
Но Лена впервые посмотрела на меня одобрительно.
— Вы не физик? У меня был один аспирант знакомый, так он говорил, у них что похвалить хотят — сумасшедшим зовут.
— Вы говорили о Смирнове и Росциусе? — попробовал я вернуть Лену к нашим спутникам по полету.
— О! Так они же как раз сумасшедшие в хорошем смысле. Михаил Сергеевич придумал, как мышцы ног приучать к правильным действиям. Аппараты для этого построил, в Звездный городок его звали, сами космонавты к нему зачастили, такие аппараты…
— Тренажеры?
Лена во второй раз похвалила меня взглядом.
— Правильно! Там вставляешь ноги в стремена какие-то, те сами двигаются, темп задают, а потом на соревнованиях прыгает человек — и рекорд!
— Так уж всегда и рекорд?
— Конечно, физические данные нужны, старание, много чего другого, но в последние годы его ученики точно, здорово поотличались. Даже вы, наверно, слышали про… — И она назвала две фамилии, которые кое-что и вправду мне говорили.
— Ну а Росциус? Как с его учениками?
— Результаты у них нестабильные, — сердито сказала Лена. — На тренировках, бывает, невероятные вещи показывают, а на выступлениях чаще всего срываются. Вот Митя Сахаров в прошлом году на районных соревнованиях такой результат дал… — Она назвала цифру, которую я тут же забыл. Но понимающе сказал:
— Так значит, рекорд поставил?
— Рекорд? Мировой был бы рекорд, если б дело было оформлено как полагается. Но кто же мог на районном первенстве этого ждать? А повторить Митя не смог. Уж так Юрий Дмитриевич с ним и прочими бьется, даже всякими йоговскими штучками с ними занимается. Вы не поверите, они воду носом пить умеют.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
