Генерал взглянул на Славина:
— Понял, в чем дело?
Отвечать на этот вопрос было сложно. Славин понимал, что предложение о назначении на другую должность должно исходить непосредственно от начальника управления, и поэтому схитрил:
— Понял только то, что из-за меня разгорелся какой-то сыр-бор.
— Поясню. Мы решили тебя назначить начальником районного отдела. Как ты на это смотришь?
— Я солдат. Как прикажете, так и поступлю.
Лисицыну было действительно жаль расставаться с хорошим сотрудником, но он знал, что плохих сотрудников не выдвигают на повышение, и поэтому хмуро сказал:
— Соглашайся, Славин. Я же понимаю, что тебе расти надо. Может, дай бог, сменишь меня, старика, на этом месте. Я только рад буду.
Было ясно, что вопрос о его назначении решен, поэтому Славин не стал упираться и дал согласие. После этого он доложил генералу и полковнику о сообщении Мочалова. Генерал взволнованно воскликнул:
— Неужели зацепимся?
Начальник управления прошелся по кабинету, достал сигарету, помял ее в руках, но, задумавшись, не стал прикуривать, а стоял у окна и смотрел, как на землю падают редкие снежинки, потом повернулся к Славину:
— Ты назначаешься начальником райотдела, где работает Мочалов, тебе и карты в руки. Сдавай, Владимир Михайлович, дела и приступай к новой работе. Твоя кандидатура согласована с райкомом партии и исполкомом. Завтра повезу тебя представлять.
Славин вышел. Генерал, глядя на начальника уголовного розыска, сказал:
— Я специально поручил Славину проверить этот сигнал. Сам знаешь, что у него творится на душе. Ты же, Леонид Федорович, свяжись с Гродно да и Славину помоги.
— Есть, товарищ генерал. Я и сам бросился бы на это дело.
— Знаю, но нам с тобой надо понять Славина. Он же в мирное время потерял двух своих двоюродных братьев, и задержать убийцу — не только его обязанность, но и право.
58
НАЧАЛЬНИК РАЙОННОГО ОТДЕЛА
ВНУТРЕННИХ ДЕЛ
МАЙОР МИЛИЦИИ СЛАВИН
Зима пришла ранняя, с сильными морозами и вьюгами. Иной раз Славину казалось, что он опять находится в Сибири. Ночами от сильных морозов громко стреляли деревья и даже дощатые заборы.
Хлопот у молодого начальника было много. Обстановка в районе, куда его недавно назначили, была в оперативном отношении тяжелой. Мочалову и Новикову, которым начальник отдела поручил розыск пропавшего квартиранта Ермоловой и его дружков, пока не везло. Они как сквозь землю провалились. Положение осложнялось еще и тем, что в районе почти ежедневно были происшествия, и Славину приходилось много внимания уделять текущим делам. Работников милиции беспокоили воры, а ночами на отдаленных от центра улицах города действовал опасный преступник. Он неожиданно появлялся перед прохожими одинокими женщинами и грабил их. Лицо его, по словам потерпевших, было закрыто маской, в руке — нож. Вот, пожалуй, и все, что было известно о нем работникам милиции. Грабитель уже совершил шесть нападений, и все шесть потерпевших даже одежду его называли по-разному.
Владимир Михайлович приказал дежурным о каждом таком случае сообщать ему лично в любое время.
Вот и сейчас, стоя на сильном морозе, он дожидался машины из райотдела и думал: «Даже время он выбирает разное. Сегодня вышел на „промысел“ ровно в два. На прошлой неделе — в половине первого, тридцатого ноября — в двадцать три часа...»
Преступник, как волк, появлялся неожиданно, совершал ограбление и исчезал, с тем чтобы через несколько дней, а порой и недель, объявиться снова, но обязательно в другое время. Оперативные группы милиции сбились с ног в поисках.
Подошла машина. Славин поздоровался с водителем и поторопил его. Машина резво понеслась вперед. А вьюга разыгралась не на шутку, в бешеной снежной круговерти чуть просматривались электрические фонари. Славин даже удивлялся, как водитель видит сейчас дорогу и умудряется держать скорость под шестьдесят. Вскоре машина резко взвизгнула тормозами и остановилась у входа в райотдел милиции. Майор, втянув голову в плечи, поспешил в помещение. Дежурный — седоволосый, с отекшим от бессонницы лицом капитан — спокойно и быстро доложил:
— В два часа двенадцать минут дежурный по управлению соединил меня с женщиной, звонившей по ноль-два. Назвалась она Игнатенковой Полиной Астаховной и сообщила, что ее ограбил какой-то мужчина.
— Ваши меры?
— Направил к месту происшествия оперативную группу, с ней поехали эксперт научно-технического отдела и инструктор с собакой. По радио сориентировал патрульные машины и наши оперативные группы, работающие по розыску этого преступника, после доклада о происшествии вам, по вашему указанию, приказал совместно с потерпевшей прочесать близлежащие улицы и попросил управление блокировать патрульными машинами весь наш район.
— Собака взяла след?
— Так точно. Привела к стоянке такси, где след был утерян. Считаю, что преступник воспользовался такси.
— Где находится потерпевшая?
— Сейчас ее привезут сюда.
— Направьте по одному сотруднику в таксопарки, пусть побеседуют с водителями, когда те будут прибывать в гараж. Как только привезут потерпевшую, доставьте ее ко мне в кабинет, подготовьте телефонограмму во все райотделы, ГАИ, милицию на железнодорожном транспорте, медвытрезвители и спецприемник, сориентируйте всех сотрудников, находящихся сейчас на службе, и сторожей вневедомственной охраны.
Славин, выйдя из дежурной части, по широкой лестнице поднялся на второй этаж. Прежде чем открыть дверь, взглянул на часы: два часа пятьдесят две минуты. С момента нападения прошло около часа. «Если действительно он сел в такси, — размышлял Славин, войдя в кабинет и снимая пальто, — он сейчас далеко от места происшествия. Похоже, что опять ушел!»
Тихо звякнул телефон прямой связи с дежурным. Тот доложил, что потерпевшую уже доставили в отдел и повели к нему. Славин пригладил рукой торчавшие после сна жесткие, отливающие синевой волосы, положил перед собой маленький блокнот и стал ждать.
В кабинет в сопровождении старшего лейтенанта вошла женщина. Лицо бледное, чуть припухшее от слез. На голове белый пуховый платок, на плечах — большой мужской полушубок.
Славин пригласил сесть, спросил:
— Какая у вас была сумка?
— Коричневая... средних размеров, с двумя ручками, закрывается на молнию.
— Что в ней было?
— Мое водительское удостоверение, деньги в сумме сорока пяти рублей, щетка для волос... кое-какая косметика: помада, пудра. Там еще были маленькие ножницы... зеркальце круглое, носовой платок и ключи от квартиры... вот, пожалуй, и все.
