Читаем без скачивания Обманутые иллюзии - Нора Робертс

- Тебя ведь учить надо. Роксана задумалась.

- Не надо, - повернувшись, она вышла, бурча что-то себе под нос. Вечно он всем недоволен. Она пошла на рынок прямо с репетиции, а он даже спасибо не сказал.

К тому же, она ненавидела мускусную дыню. Она сразу поднялась бы наверх, если бы не услышала голоса, доносившиеся из гостиной. Говорил Люк. А Нат от души хохотал. Она бесшумно приблизилась к двери и посмотрела.

Они сидели вдвоем на полу, темноволосые головы склонены, коленки сомкнуты. На ковре были разбросаны игрушки, свидетельствуя о том, чем занимались ее мужчины пока она мучилась с дынями. Люк терпеливо объяснял какой-то нехитрый фокус с карманом. Он, кажется, назывался "исчезающая ручка". Она в умилении прислонилась к косяку двери и стала наблюдать за тем, как отец учит сына.

- Прямо у тебя под носом, Нат, - Люк ущипнул На-та за нос, тот опять захохотал. - Прямо у тебя перед глазами. Давай попробуем. Можешь сложить свое имя?

- Конечно. Н - А - Т, - он взял у Люка ручку и листик бумаги, его лицо сосредоточенно напряглось. - Я учусь писать "Натаниель", а потом буду писать "Нувель", потому что это моя фамилия.

- Ara, - тень словно нашла на глаза Люка, когда он наблюдал за тем, как Нат старательно выводит букву "А", - Да, наверное, - он подождал, пока Нат завершит скособоченную букву "Т". - Ну ладно, смотри внимательно. Медленными движениями Люк завернул ручку в листок бумаги и закрутил этот листок с обоих концов. - А теперь, скажи волшебное слово.

- М-м-м.

- Нет, м-м-м не подходит, - сказал Люк, вызвав новый приступ смеха у Ната.

- Буш-вуш! - выдал Нат, гордый тем, что подобрал слово, услышанное от умного приятеля в детском саду.

- Звучит отвратно, но может сработать, - Люк разорвал бумажку надвое и с удовольствием увидел, как глаза Ната полезли из орбит.

- Она исчезла! Ручка исчезла.

- Полностью, - Люк не смог удержаться от картинного жеста. Он поднял руки вверх, стал вращать ладонями. Вера его сына, стоявшего перед ним с глазами навыкате, заставила его почувствовать себя королем.

- Хочешь, научу?

- А можно?

- Нужно дать клятву фокусника.

- А я уже ее давал, - сказал поникший Нат, - когда мама показывала мне, как пропускать монетку через стол.

- Она учит тебя магии? - он жаждал узнать как можно больше о мыслях, чувствах и желаниях своего сына.

- Конечно. Но обещай, что никому об этом не расскажешь, даже самым лучшим друзьям, потому что это тайна.

- Ладно. А ты что, собираешься когда-нибудь стать фокусником?

- Ага, - Нат не мог слишком долго находиться без движения и поэтому плюхнулся задницей прямо на пол. - Я буду фокусником, гонщиком и полицейским.

Полицейским, с удивлением подумал Люк. Интересно, в чем же они с Натом дали маху, если он так говорит?

- Всеми сразу, да? Ну, а теперь посмотрим, как ты справишься с этим фокусом, а иначе не победишь на конкурсе лучших полицейских и не сможешь преследовать бандитов.

Его обрадовало, что Нат скорее заинтересовался, чем расстроился, когда увидел этот фокус в действии. Люку показалось, что он едва ли не слышит, как ребячий ум переваривает фокус, раздумывает над вариантами.

Хорошие у него руки, подумал Люк, помогая мальчику своими руками. К тому же, он еще и сообразительный. А улыбка его разбила отцовское сердце.

- Ровно получилось.

- Удивительно, - с торжественным видом сказал Люк. Улыбка Ната сменилась ухмылкой.

- Удивительно ровно.

Люк не смог удержаться. Он наклонился и поцеловал эту ухмылку.

- Попробуй еще раз, чтобы еще ровнее вышло. Давай посмотрим, получится ли у тебя отвлечь внимание. Среди зрителей иногда попадаются критиканы.

- А что это такое?

- Это когда люди выкрикивают всякое или слишком громко разговаривают или ... пощипывают тебя.

Нат издал радостный возглас, когда Люк схватил его. После короткой яростной схватки Люк решил сдаться. Он нарочно издавал протяжные стоны, когда Нат барабанил кулачками по его животу.

- Уж очень ты крут со мной, парень. Дядюшка.

- Какой дядюшка?

- Да просто дядюшка, - чмокнув, Люк взлохматил темные волосы Ната. Это значит, что я сдаюсь.

- Покажи мне еще фокус.

- Может и покажу. А что ты мне взамен дашь? Нат дал взамен то, что всегда срабатывало с его матерью, и наклонившись, чмокнул Люка в губы. Ошеломленный такой быстрой привязанностью, тронутый до глубины души, Люк дрожащей рукой провел по голове Ната.

- Хочешь, обниму в придачу?

- Конечно, хочу, - Люк раскинул руки, взял Ната и ощутил непередаваемое удовольствие от покачивания своего сына. Закрыв глаза, он потерся щекой о щеку Ната. - Ты весишь целую тонну.

- А я ходячий аппетит.

Нат отпрянул и улыбнулся Люку сверху вниз. - Мама меня так называет. Я ем все, что не прибито гвоздями.

- Кроме лимской фасоли, - вспомнив, промурлыкал Люк.

- Ага. Жалко, что я не могу заставить лимскую фасоль исчезнуть во всем мире.

- Ну, над этим мы еще поработаем.

- Писать хочу, - заявил Нат, у которого, как и у всех счастливых детей, была привычка сообщать о своих физиологических функциях.

- Только здесь не надо, ладно?

Нат захихикал. Ему нравилось быть с Люком, нравился его запах, непохожий на запахи других членов семьи. Хотя в его жизни были и мужское влияние, и общение с взрослыми мужчинами, этот мужчина был совсем непохож на всех остальных. Может быть из-за магии.

- А у тебя есть пенис?

Люк еле удержался от смеха, увидев наивный взгляд ребенка.

- Разумеется.

- И у меня есть. А у девочек нет. И у мамы тоже. Боясь сказать что-нибудь лишнее, Люк прижал язык к внутренней стороне щеки.

- Надо думать, в этом ты прав.

- Мне нравится, что он у меня есть, потому что не надо садиться, чтобы пописать.

- В этом есть свои преимущества.

- Мне пора идти, - встав на ноги, Нат стал слегка пританцовывать. - А ты не попросишь у Леклерка печенья?

От пениса до печенья, подумал Люк. Детство - удивительное время.

- Иди, иди. Я тебя догоню.

Повернувшись, Нат увидел мать, но его мочевой пузырь уже был напряжен до предела.

- Привет. Я хочу писать.

- Привет. Заходи, гостем будешь.

Нат ускакал, прижимая руку к промежности.

- Интересная беседа, - выдавила из себя Роксана, услышав, как хлопнула дверь туалета.

- Мужской разговор, - Люк распрямился сидя и ухмыльнулся. - Он такой... - он оборвал фразу, - увидев, как Роксана прижала ладонь ко рту. Что случилось? - забеспокоившись, он встал. Подходя к ней, он наступил на игрушечный грузовик.

- Ничего, - на сей раз она не могла сдержаться. Да и не хотела. Ничего, - повернувшись, она побежала вверх по лестнице.

Она могла бы запереться у себя в комнате, но прежде, чем она успела в нее войти, Лок был уже рядом. Разозлившись на себя, она повернулась и распахнула дверь на террасу.

- Что с тобой происходит? - спросил он.

- Ничего со мной не происходит, - боль была такой сильной, такой всепоглощающей, что преодолеть ее можно было только с помощью резких слов.

- Уходи! Я устала. Хочу побыть одна.

- Это что, Рокс, один из твоих припадков? - Он сам был на грани срыва, когда повернул ее к себе. Со стороны квартала доносилась музыка, быстрый ритмичный джаз. Казалось, она звучит кстати.

- Ты недовольна, что увидела меня с Натом? О, Боже! О, Боже! Она проигрывает. Чем ближе она была к грани срыва, тем спокойнее становился Люк.

- Я буду видеться с ним, Роксана. Я стану частью его жизни. Я должен это сделать и, Бог тому свидетель, имею на это право.

- Не надо говорить мне о правах, - отпарировала она, потеряв на мгновение голос.

- Он ведь и мой сын тоже. Как бы тебе ни хотелось об этом забыть, факт остается фактом. Я все пытаюсь понять, почему ты не скажешь ему, что я его отец. Я пытаюсь с этим смириться, но я не собираюсь расставаться с ним оттого, что ты хочешь сохранить его только для себя.

- Да нет же! Нет! - она застучала кулаком по его груди. - Ты не представляешь, что я испытываю, когда вижу вас вместе, когда вижу, как ты на него смотришь. На глазах выступили слезы, но рыдания ей все-таки удалось сдержать.

- Мне жаль, что тебе от этого так больно - жестким голосом произнес Люк. - Может быть, я не вправе винить тебя за то, что ты хочешь наказать меня лишением отцовства.

- Я не хочу тебя наказывать, - неистово желая все высказать, она сжала губы. - Может, вообще-то и хочу, не знаю, и это труднее всего. Я считала, что знаю, что надо делать, что правильно, что лучше всего, а потом увидела тебя с ним и поняла, что потеряно столько времени. Да, мне больно видеть тебя вместе с ним, но не в том смысле, в каком ты имеешь в виду. Больно так же, как когда я смотрю на рассвет или слушаю музыку. Он держит голову так же, как ты, - она раздраженно отгоняла прочь слезы. - Он всегда ее так держал и это разбивало мое сердце. У него твоя улыбка, твои глаза, твои руки. Они намного меньше, но они твои. Я обычно смотрела на них, когда он спал, считала его пальцы и смотрела на его руки. И тосковала по тебе.