бьешь?
— Матушка, доложи ты барыне, что ваша свинья пестра моей свинье сестра, а у нашей завтра свадьба. Так не отпустит ли барыня свинью в свахи, а поросят в поезжане?
Барыня выслушала эти речи, да как расхохочется:
— Какой дурак, какой дурак мужик — просит свинью на свадьбу, да еще и с поросятами! Ну что ж, пусть над ним люди посмеются. Наряди поскорей свинью в мою шляпку да вели запрячь в повозку пару лошадей. Пусть соседи видят — не пешком моя свинья на свадьбу идет.
Нарядили свинью с поросятами. Посадили в повозку, отдали мужику. Сел парень и поехал со двора.
А барин был в то время на охоте. Вернулся, он, а барыня его встречает, сама со смеху умирает:
— Ах, душенька, не было тебя дома, не с кем было посмеяться. Был здесь мужичок, кланялся нашей свинье. Ваша свинья, говорит, пестра моей свинье сестра, и попросил ее к своей свинье в свахи, а поросят в поезжане.
— А ты ее отдала?
— Отпустила, душенька, и дала повозку с парой лошадей.
— Да откуда мужик-то?
— Не знаю, голубчик.
— Эх, милая, выходит — не мужик дурак, а ты не умница.
Рассердился барин, что жену обманули, выбежал из хором, сел на коня, поскакал в погоню.
Слышит мужик, что барин его догоняет. Завел лошадей с повозкой в густой лес, а сам снял с головы шапку, положил на пень сучок, прикрыл шапкой, да и сел подле.
— Эй ты, борода! — закричал барин. — Не видал ли мужика на паре лошадей? Еще у него свинья с поросятами в повозке.
— Как не видать? Видал. Уж давно проехал.
— В какую сторону? Как бы мне его догнать?
— Догнать не устать, да поворотов много. Того и гляди заблудишься. Тебе здесь дороги незнакомые.
А барина растрясло, устал он.
— Поезжай братец ты. Поймай мне этого мужика да сюда приведи. Я тебя награжу.
— Нет, барин, мне никак нельзя с места сойти. У меня под шапкой хозяйский сокол сидит.
— Ничего, я постерегу твоего сокола.
— Нет, барин, ты еще выпустишь, а птица дорогая. С меня хозяин шкуру сдерет.
— Да что она стоит, твоя птица?
— Да рублей триста стоит.
— Ну, если упущу, так и триста заплачу.
— Э, барин, теперь-то ты сулишь, а что после будет?
— Экой невера! Ну, на вот тебе триста рублей для верности да садись на мою лошадь, догоняй обманщика.
Взял мужик деньги, сел на коня и поскакал в лес. А барин под кустом сидит, пустую шапку караулит. Вот уж солнышко закатывается, мужика нет как нет, барин над шапкой сидит, задумался:
— Посмотрю-ка я, что за сокол такой?
Поднял шапку, а там гнилой сучок. Плюнул с досады барин:
— Экой мошенник! Ведь, наверное, это и был тот самый мужик, что барыню обманул.
К ночи приплелся барин домой. Улыбнулся жене и говорит:
— Твоя свинья ведь и моя свинья. Не стану перечить — пусть уж она на свадьбе погуляет.
А мужик уже дома давно.
— Ну, матушка, — говорит он старухе, — живи у меня хоть и до ста лет. В барских хоромах глупее тебя люди. Вот ни за что ни про что дали мне тройку лошадей, триста рублей денег, да свинью с поросятами.
Солдатская шинель
хал барин зимой на тройке по просёлочной. Шуба на нем хорьковая, шапка соболья, а все-таки дрожит, мерзнет. Нагнал барин солдата. Идет солдат браво, трубочку курит, песню поет. Закричал ему барин:
— Эй, солдатик, чего песни поешь, аль замерзнуть не боишься?
А солдат ему в ответ:
— Чего мне бояться? У меня ведь шинель. Я как спать захочу — постелю шинель, и в головах шинель, и закроюсь шинелью, куда как хорошо засну.
Удивился барин:
— Обменяй мне, солдатик, твою шинель на мою шубу. Я тебе еще и шапку впридачу дам. В своей шубе я больно мерзну, а дома и на перине не сплю.
— Хорошо, — говорит солдат, — бери знай.
Ну прискакал барин домой, бежит к жене:
— Вот какую я, милочка, вещь купил. Мне теперь ни перины, ни подушек, ни одеял не стели. Я лягу на шинель, и в головах шинель, и укроюсь шинелью, и спать крепко стану.
Стал укладываться — никак не идет: и узко, и коротко, и в головах пусто, и лежать жестко, и укрыться нечем.
Всю ночь промаялся, утром побежал к командиру жаловаться.
Приказал командир фельдфебелю, привели к нему солдатика.
— Ты что же это, брат, барина обманул?
— Никак нет, ваше благородие, — говорит солдат, — мы вот как это делаем.
Взял шинель, расстелил, положил голову на рукав, полою накрылся.
— Куда как хорошо, ваше благородие, в походе на шинели спится.
— Молодец, — говорит командир, — жалую тебя чаркой. А вы господин, не обессудьте: кто поработает да устанет — и на шинели спит, а кто ничего не делает — и на перине не уснет.
Догадливый мужик
ил-был бедный мужик; детей много, а добра всего один гусь. Долго берег он этого гуся, да голод не тетка. До того дошло, что есть нечего. Вот мужик и зарезал гуся. Зарезал, зажарил и на стол поставил. Все бы хорошо, да хлеба нет, и соли не бывало. Говорит мужик своей жене:
— Как станем мы есть гуся без хлеба, без соли? Лучше я отнесу его барину на поклон, — может, хлебом одарит.
— Ну что же, муженек, попробуй.
Пришел мужик к барину:
— Принес вашей милости гуся на поклон, чем богат, тем и рад. Не обидь меня, барин.
— Спасибо, мужичок, спасибо. Я тебя не обижу. Раздели только ты гуся между нашей семьей поровну: умел подарить — сумей и разделить. Сумеешь — дам тебе хлеба, не сумеешь — накормлю тебя березовой кашей.
А у того барина была жена, да два сына, да две дочери — всего было шестеро.
Подали мужику ножик, стал он кроить, гуся делить. Отрезал голову и дает барину:
