было ни капли лжи. Видимо, он действительно позволяет гостям замка делать всё, что им угодно. Пока его происходящее в замке не касается, препятствовать никому он не намерен. Что же, вот и вскрывается крупица его «чудовищной» стороны души.
— Как бы то ни было, я рад видеть сильнейших людей континента. Посему, Клинок Красного Лотоса, вы для меня исключение.
Похоже, причиной, по которой Трисмегистос, якобы не интересующийся ничем из происходящего на континенте, вышел приветствовать второй отряд, был Изарио. Перед Трисмегистосом стояла миссия по уничтожению Пожирателя бездны. Так что любая сила, которая могла бы помочь исполнить ему эту миссию, была ему вполне сподручна.
— К тому же… Возможно, вы, брат жрицы, и эта девочка могли бы также сыграть роль в исполнении моей миссии. По крайней мере, стоит попытаться.
Так как среди прочих авантюристов не было ни одного, сравнимого хотя бы с рангом «A», их он в расчёт не принимал. Быть может, для них это даже благо. Но учитывая, что нашей целью было поговорить с Трисмегистосом на счёт разумного оружия, то, что он приметил Фран скорее являлось плюсом.
(Фран. Прямо сейчас об этом спрашивать нельзя. Не то место и время.)
— Угу… У меня к вам есть одна просьба. Мне бы хотелось поговорить насчёт кое-чего, но позже, когда успокоюсь.
— Ооо? Я не против. Вам — всегда пожалуйста.
— Угу!
— Говоря о том, зачем сюда явилась наша юная леди… Я правильно понимаю, что вы, как и мы, преследуете короля драконидов?
— Верно.
В данный момент главный приоритет находился в освобождении Белмерии с её матерью и мести королю. Фран тоже это понимала.
— Господин Трисмегистос, король драконидов всё ещё в этом замке?
— Кажется, он спустился в подземные помещения со своими пленницами.
— Так-так… Это не под землёй ли находится ядро?
— Быть не может! Зачем было вести Белмерию с матерью туда? Что Георг задумал?!
По слухам, именно в подземных помещениях замка скрывается ядро Пожирателя бездны. А значит, король драконидов, вероятнее всего, направился на его поиски.
Итак, значит наш противник, способный манипулировать иммунными демонами, собирается войти в контакт с ядром Пожирателя бездны? У меня нехорошее предчувствие на этот счёт.
— Пришло время разобраться с ним раз и навсегда. Если вы поможете нам с этим, то мы сделаем то, что вы хотите.
— Что ж, поверю вам на сей раз.
Однако весь отряд целиком не мог сейчас же броситься в погоню. В пространстве вокруг ядра, судя по всему, материализуются очень сильные демоны, и в условиях ограниченного пространства все бойцы не смогут туда пробиться.
В качестве божьей кары, Трисмегистос отныне призван вечно воевать с собственным творением, и убивать высокоранговых иммунных демонов, порождаемых ядром до тех пор, пока не иссякнет запас маны Пожирателя бездны. В общественном сознании именно в этом заключалось проклятие Трисмегистоса — быть заключенным вечно в каждодневном, изнемождающем сражении.
— В таком случае пойду я, юная леди и Фредерик.
— Хорошо.
Также следовало принять во внимание высвобождение божественного меча Изарио. В случае, если ситуация потребует высвобождения меча, большой отряд в замкнутом пространстве неизбежно окажется в зоне поражения Игниса.
Понимая это, авантюристы с долей досады, но согласились остаться наверху.
Мы последовали за Трисмегистосом вглубь замка. Драконид шёл медленной, непринуждённой походкой, словно спешить ему было некуда, смотря только прямо и ни на секунду не оглядываясь.
Замок сверкал богатым убранством, на стенах висело множество картин. Всё это было сохранено в безупречном виде.
Заметив недоумение на лице Фран, Изарио поспешил объяснить ей причину такого феномена.
— Этот замок поддерживается в неизменном виде божественной силой.
— Что, это боги тут всё чистят и подметают?
— Ха-ха-ха. Не совсем. Со времён божьей кары время здесь словно остановилось. Все разрушения мгновенно возвращаются в исходное состояние, а любые предметы убранства не способны покинуть барьер вокруг холма.
— Почему?
— Такова божья воля. Однако, этот замок хранит огромное количество сокровищ. Насколько я слышал, для драконидов, оставшихся жить на континенте, это значительная головная боль.
Богам не хотелось, чтобы не только сам Трисмегистос, но и его подданные-дракониды что-либо вынесли из замка?
Замок оставался прекрасным памятником прошлого, неподвластным времени и полным нетронутых сокровищ. Вероятно, он был призван оставаться символом великого греха, осязаемым наставлением о вреде алчности всем будущим поколениям.
— Сюда.
Трисмегистос привёл нас в большой тронный зал.
Он был достаточно просторным, что вместить несколько сотен человек. И этот простор при полной безлюдности только сильнее наводил жути.
Трисмегистос подошёл ближе к трону. Однако, вместо того чтобы сесть на трон, он поднял меч, прислонённые к его боку.
Это был серебряный фальшион с изящным дугообразным клинком. Сочетая в себе грубую практичность и красоту, этот меч с первого взгляда давал понять, что он не так прост, и создан искусным мастером.
Неужели тот самый…
Трисмегистос поднял обнажённый фальшион, и тихо пробормотал:
— Вот и пришло время сегодняшнего искупления. Отправляемся, Фаннаберта.
Глава 993 Вход в ад
— Вот и пришло время сегодняшнего искупления. Отправляемся, Фаннаберта.
Фаннаберта! Сомнений нет! Меч в руках Трисмегистоса — то самое разумное оружие!
И Фран тоже, судя по всему, это заметила.
— !
Она пристально уставилась на серебряный фальшион в руках Трисмегистоса.
— Это…
Боец уровня Трисмегистоса, несомненно, должен был почувствовать взгляд Фран. Однако золотого драконида совершенно не заботили тревоги Фран, и он, как ни в чём не бывало, зашагал дальше.
Не то, чтобы он совершенно её проигнорировал — просто ему было это не интересно. Вероятно, это не то, что он готов был бы удостоить комментарием.
Трисмегистос невозмутимо зашагал дальше, с пристальным, практически осязаемым взглядом Фран на своей спине. С каждым шагом хвост драконида, находящийся под плащом, качался то влево, то вправо.
Даже в таких мелочах он пытался сохранять утончённость.
— М, мы можем поторопиться?!
— Хочешь торопиться — торопись, брат жрицы. Я тебя не останавливаю.
— Меня зовут Фредерик.
— Хочешь, чтобы я тебя запомнил — стань сильнее. — Ответил Трисмегистос с предельно серьёзным видом. Вероятно, он действительно не запоминает имена тех, силу которых не признаёт.
— Кх!..
Фредерик невольно состроил гримасу. Терпение в такой ситуации давалось ему тяжело.
— …Может, тебе пойти первым?
— Нет, это слишком опасно.
— ?
— Под этим замком материализуются самые страшные в мире демоны. Оказаться против них одному — значит встретить бесславную смерть.
Как бы не спешил Фредерик, бежать впереди других он не мог. Дорога к «залу ядра» кишит потрясающе сильными иммунными демонами. Даже новый, эволюционировавший Фредерик не мог быть уверен, что прорвётся через них один. По его словам, родители приводили его сюда, когда он был ещё ребёнком с неопределённым элементом. Все воины-дракониды проходят своеобразный обряд посвящения.
