войны. Освободившись из американского лагеря для военнопленных, он приехал к родителям в советскую оккупационную зону и в 1947 году поступил на инженерный факультет Йенского университета, который окончил в 1950 году. Через год он бежал в Западную Германию, где устроился на работу к американцам в специальное подразделение, занимавшееся разминированием порта Бремерхафена. Там он познакомился и подружился с Фрицем Бриземайером, бывшим младшим морским офицером. В 1955 году Людвиг подал прошение о зачислении в ряды недавно созданного бундесвера, получил офицерское звание и прошел курс начальной летной подготовки. По соглашению между Бонном и Вашингтоном многие офицеры бундесвера направлялись проходить курс дальнейшей подготовки в США. Так Людвиг попал на базу ВВС США в Пенсаколе, штат Флорида, где провел два года.
Как-то раз, пытаясь совершить посадку на палубу авианосца, он рухнул в море, получив серьезные травмы. Правда, вскоре оправился и вернулся в Германию, где продолжил службу в авиационных частях, обслуживавших военно-морской флот. Людвиг быстро пошел вверх по служебной лестнице и в начале лета 1958 года получил назначение на учебные курсы на базу Королевского военно-морского флота в Шотландии. Предполагалось, что там он улучшит свое летное мастерство согласно разработанной руководством НАТО схеме: сначала будет летать на истребителе «Си Виксен», а затем пройдет курс обучения на новом английском всепогодном морском истребителе «Симитар», в ту пору еще засекреченном. Предполагалось, что эти боевые машины будут официально взяты на вооружение лишь к концу года. Людвиг успешно прошел все натовские проверки и на базе имел доступ ко всем секретным материалам и руководствам по эксплуатации нового самолета.
А тем временем в Германии в сети к Гелену попался на редкость крупный улов. В 1956 году одним из его источников категории «S» стал не кто иной, как заместитель главы восточногерманского «координационного отдела». В сущности, это было подразделение Минобороны ГДР, занимавшееся военным шпионажем против ФРГ и стран НАТО. Это был сорокачетырехлетний полковник по имени Зигфрид Домбровски. Он пользовался особым доверием своего начальника, генерала Альберта Линке, и офицеров советского ГРУ, которым принадлежала в министерстве реальная власть; правда, Домбровски любил красивую жизнь и с завистью поглядывал на заграничное изобилие. Летом 1956 года он решил инкогнито провести отпуск в шикарном отеле в Шварцвальде, где комфорт, вкусная еда и напитки считались делом само собой разумеющимся. Там, по чистой случайности, он встретил одного офицера, с которым, еще лейтенантами, они вместе служили в годы войны. По другой, не менее удивительной, случайности, этот человек оказался одним из геленовских «коллекционеров». За несколькими бокалами рейнского они вскоре заключили договор — правда, предварительно «коллекционер» все-таки получил по телефону от Гелена «добро». Домбровски должен был вернуться на работу и далее выполнять обычные свои обязанности. За предоставляемую информацию он будет ежемесячно получать вознаграждение в размере 900 немецких марок — внушительную сумму по сравнению с той, которую он, несмотря на свое звание и опыт, получал в родном министерстве. На протяжении почти двух лет Домбровски передавал поистине бесценную информацию. Опять-таки, как и в других подобных случаях, когда источниками категории «S» становились работники аппарата кабинета министров или сотрудники госбезопасности, в Пуллах попадали документы с грифом наивысшей степени секретности.
В одном из донесений Домбровски в августе 1958 года говорится о существовании советской агентурной сети, которую возглавляет советский агент по кличке «Шутц». Однако кто он такой в действительности, Домбровски неизвестно. Эта агентурная сеть занимается шпионажем внутри бундесвера, и «Шутцу» удалось завербовать как минимум одного офицера, имеющего доступ к важным натовским секретам. Гелен, который к тому времени сосредоточил в своих руках всю разведде-ятельность западногерманских спецслужб, в том числе и отдела контрразведки, тотчас выслал по следу своих ищеек. Первым агентом, попавшим к нему в сети, стал Вернер Йегер, фотограф из Мангейма, выполнявший роль курьера. От Йегера ниточка потянулась к его шурину Людвигу. Следующим попался Фриц Бриземайер, старый приятель Людвига по разминированию Бремер-хафена — теперь он служил мичманом в ВМС ФРГ. Жена Йегера и сестра Людвига Ханни также была арестована, поскольку, как и ее супруг, нередко выполняла роль курьера. А вот загадочный «Шутц» и другие агенты, куда более важные, чем те марионетки, которых они дергали за нитки, сумели избежать ареста.
Правда, факты арестов держались в секрете, и Людвиг у себя на базе в Шотландии неделю-другую не слишком беспокоился по поводу отсутствия писем от своих товарищей. Этот красавец-немец сумел расположить к себе англичан, причем не только офицеров на немецких курсах, но и представительниц прекрасного пола. Он даже по секрету обручился с победительницей местного конкурса красоты двадцатидвухлетней Джун Джилберт. За время своего пребывания в Шотландии он снял на микропленку как саму базу, так и самолеты (последние — в воздухе и на земле), а также учебные пособия и конспекты, которыми пользовался на курсах. Все это он разослал по условленным адресам в Западной Германии, в том числе и своей сестре. Ее муж проявил полученные фотоматериалы, которые затем были переданы «Шутцу» или его курьерам. Для этого использовались тайники в различных городках Рейнской области. В то же самое время Бриземайер снабжал советскую агентурную сеть материалами о базе ВМС ФРГ в Киле.
На судебном процессе над Людвигом, Бриземайером и четой Йегер капитан Курт Хитц, офицер отдела III/F в Пуллахе, заявил суду, что Людвиг собрал удивительную фотомозаику морских и воздушных объектов НАТО, передавал противнику чертежи и фотографии засекреченных боевых машин и ракет, а также имена и должности старшего офицерского состава Королевского флота и ВВС, в том числе и тех из них, что служили в частях НАТО; это позволило Советскому Союзу сделать выводы о причинах назначения того или иного специалиста, а также о характере и задачах выполняемой им работы. Однако конкретные факты, которые капитан Хитц приводил на суде, разглашению не подлежали.
Людвиг чистосердечно признался во всех грехах. Он подробно описал, как его угрозами и посулами заманили в советскую шпионскую сеть. В начале 1954 года, когда он все еще был занят на разминировании Бремерхафена, его навестил отец, который поведал ему весьма странную историю. С просьбой организовать в Восточном Берлине встречу с его сыном к нему как-то обратился некий восточный немец. В случае отказа родителей ожидали неприятности. Людвиг отправился на встречу, где его поджидал «Шутц». Шпион доходчиво объяснил Людвигу, что, если тот ослушается его приказов, родители «расстанутся со свободой». Он также велел Людвигу подать прошение о приеме на службу в бундесвер и порекомендовал пройти курс летной подготовки.
С того момента он якобы делал лишь то, что требовал от
