— Гермиона Грэйнджер! — продолжила веселиться гриффиндорка. — Она пробивается из–подо льда и из самых неожиданных мест нападает со своими экзаменами!
— Веселишься? Это хорошо. Как самочувствие?
— Готова к великим свершениям! — призналась девушка. — Осталось определить маршрут.
Она закрыла за собой дверь, подошла и села на стол, за которым восседал ее преподаватель.
— Я смотрю, наброски маршрута уже сделаны?
— Ну, если профессор жаждет свернуть в сторону черномагических познаний с намеченной дорожки…
— А владелец кабриолетика не будет против избранного гаража?
— Кабриолетик — вольная птичка, — холодно заметила Гермиона, перекидывая ногу на ногу, — сам себе хозяин.
— Машинка в коллекции недавно — еще не привыкла и не всё понимает.
— Ты чистокровный волшебник? — прищурилась Гермиона.
— Заботимся о чистоте крови? Дальновидно… Чистокровный. Но внимательный на маггловедении.
Гермиона молчала, изучая его взглядом.
— Прицениваешься?
— Нам стоит начать наш урок, — заметила девушка. — Что‑то пошло не так.
— Прошу.
* * *
В день Святого Валентина разразилось настоящее светопреставление. Прошедший ураган повыворачивал с корнем целую уйму деревьев на территории школы (позже их, под причитания профессора Спраут, собрал в огромную кучу и сжег черствый к судьбе растительности Хагрид). Традиционную вылазку в Хогсмид, в связи с не на шутку разгулявшейся стихией, пришлось перенести на последние выходные февраля. Сам же праздник для Гермионы прошел кошмарно скучно. Казалось, из самых близких к девушке людей удовольствие от бала, устроенного в Большом зале из‑за ненастья, получила только Джинни Уизли. Несколько раз Рон, правда, предпринимал попытки помириться с дочерью Темного Лорда, но они, по понятным причинам, провалились. Гарри же и вовсе даже не спустился в Большой зал, хотя, по большому счету, имел достаточно широкий выбор согласившихся бы стать его парой.
Гермиона тоже достаточно сознательно оградила себя от этого бала. Она вполне могла бы кого‑то подыскать, несколько человек даже сами порывались пригласить ее, ведь в последнее время внешний вид молодой гриффиндорки мало кого мог оставить равнодушным, — но девушка ловко лавировала среди опасных разговоров, так и не оказавшись в щекотливой ситуации поиска поводов для отказа. Чем и осталась довольна.
Во всяком случае, довольна она была сразу, потому что вечер в спальне Гриффиндора прошел уныло и крайне паршиво.
«Ничего, — думала Гермиона, — еще несколько месяцев. Всего несколько месяцев. И всё будет по–другому».
* * *
Перенесенная вылазка в Хогсмид не обещала ничего необыкновенного, когда Гермиона и Джинни выходили из замка и шли в сторону деревни. Гарри уехал с МакГонагалл на собрание Ордена Феникса, Рон же предпочел компанию Симуса и Дина. Хотя честнее будет признаться, что это Гермиона предпочла компанию Джинни. Но Рон признаваться в подобном точно не собирался.
Джинни и Гермиона бродили по заснеженной деревне как‑то совершенно бездарно. Они прошлись по магазинам, пополнив запасы необходимых для школы принадлежностей, купили немного сладостей в известной лавочке, побродили по «Зонко» и магазину парадных мантий — но не получили никакого удовольствия.
— Нужно срочно спасать положение, — заявила Джинни, когда они свернули на очередную улицу деревеньки. — Я думаю, может…
— Uno momento! — Гермиона вытянула шею и внезапно расплылась в улыбке. — Вирджиния, это будет сильно грубо с моей стороны, если я тебя покину? На… некоторое время?
— Достаточно грубо!
— С меня… эм… Домашнее задание.
— Три.
— Договорились.
Гермиона, не отводя взгляда от дверей кафе, в котором скрылась знакомая фигура, помахала Джинни и заспешила к обледеневшему крылечку.
— Это будут самые сложные и длинные задания! — крикнула ей вслед младшая Уизли.
В помещении было тепло и немного дымно. Она огляделась, расстегивая плащ, и прошла к одному из столиков. За ним с газетой и парой книг сидел только что отложивший меню Генри.
— Не занято?
Он поднял глаза и улыбнулся.
— Разведка работает неплохо. — Мужчина встал и учтиво отодвинул для нее стул. — Какими судьбами?
— Ты мне не рад? — надула губки Гермиона.
— Ну что ты. Что будешь заказывать? Я угощаю.
Гермиона склонила голову и проследила взглядом Падму и Парвати Патил, зашедших пару секунд назад и устраивающихся за столиком с Мэнди Броклхерст и Лайзой Турпин.
— Может быть, если ты уже так щедр и мил, пригласишь меня в иное место?
Он повернул голову по направлению ее взгляда.
— С удовольствием. Парной трансгрессии учить тебя не нужно?
Гермиона молча протянула ему руку.
— Великолепно. Но для данной прогулки придется скинуть мантии. Я надеюсь, ты не будешь возражать?
— А ты не слишком ли спешишь?!
— Вообще‑то я хотел отвести тебя в маггловский ресторан. А что ты, прости за нескромность, подумала?
* * *
Там, куда они вошли через полчаса, было очень уютно и красиво. Небольшой ресторанчик в каком‑то городе — в каком именно, она так и не поняла за время, пока из чистенькой подворотни они шли к входу в «Сизый клевер». Играла не очень громкая музыка, официанты улыбались и кланялись, а столы покрывали белые скатерти с нетронутыми приборами.
К своему тайному стыду, в настоящих ресторанах Гермиона бывала от силы раз пятнадцать. Во время каникул с приемными родителями, да на один из Новых годов, который ей посчастливилось праздновать дома. Ну и во время летнего отдыха во Франции… Просто в маггловском мире она находилась очень и очень редко, а в Хогсмиде не было знакомых ей заведений, которые можно было бы окрестить красивым словом «ресторан».
Тем не менее девушка старалась не показывать никакого восторга и всё принимать как должное. Хотя было приятно. Шикарные шумные пиры с золотой посудой в Большом зале — одно, а уютные изящные дорогие рестораны — совсем иное.
— Потанцуем? — предложил ее профессор, когда официант удалился, приняв заказ.
— С удовольствием.
Медленный танец, царящий, несмотря на дневное время суток, полумрак и очень красивая музыка настроили Гермиону на романтический лад.
Они говорили о какой‑то ерунде, которая прошла мимо сознания молодой девушки. Она просто бездумно получала удовольствие от общения с Генри. И была счастлива.
…Они танцевали вновь. Медленный, долгий танец. Так близко… Как они начали целоваться? Впоследствии Гермиона не могла вспомнить, кто был инициатором. Всё было как‑то естественно и синхронно. И долго… Так же долго, как и игравшая медленная мелодия.
Гермиона еще ни с кем так не целовалась. Она вообще делала это, по большому счету, совсем не часто. В период, когда недолго встречалась с Виктором Крамом — была еще совсем ребенком, с Роном в прошлом году — об этом даже думать не хотелось, а Люциус — это были не поцелуи. Это была игра — секс во время игры выходил естественный, а вот поцелуи не получались совсем. Скорее, борьба, борьба за первенство и главенство — даже в этом. А Генри… Тогда, перед Рождеством, опьяненная силой пентаграммы–портала она не почувствовала такого… Этой… Нежности? Может быть. Нежности ей очень не хватало. Не хватало давно, еще той, забытой, размытой и нечеткой сейчас Гермионе Грэйнджер. А Кадмина Гонт–Блэк почти сразу надела маску. Она чувствовала в ней и в своем новом мире привязанность, откровенность, заботу — но не нежность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
