– До смерти не забудет недостойный этот вкус… – прошипел Кройон, коснулся пальцем засохшей крови и, брезгливо перекосившись, лизнул его.
Гончая только молча кивнула.
На безымянном перекрёстке разыгралась настоящая битва. В ход пошли и сталь, и магия, и боевая алхимия. Во всяком случае, в подобранном Стайни нагруднике выесть дыру размером в кулак могло только алхимическое снадобье. Какая-то из тайных кислот, с многократно усиленным действием и способностью пожирать даже защищённое чарами железо.
Чашники бились здесь. И – не преуспели. Кто-то другой устроил засаду, напал из-за угла и одолел. Но кто?
…Они исползали всё вокруг, заглянув под каждую травинку, под каждый листок. Победители унесли и убитых, и раненых, постарались подобрать вообще всё, что осталось после боя, но кое-что Гончей и демону всё же досталось, помимо того меча без клейм.
Разорвавшаяся шейная цепочка с ладанкой. Уже упомянутый лоскут окровавленного плаща. Короткий сточенный нож, какой носят за голенищем, – лезвие в половину пальца, такой нелегко заметить в густой траве. Кисет. Отрубленный человеческий палец с широким деветовым кольцом – Гончая аж присвистнула при виде этой находки, Кройон лишь брезгливо скривился. Демон никак не мог забыть своего «позора», когда он «осквернил» себя человеческой плотью.
Однако после того случая мэтра ни разу не «скручивало» жутким и необоримым желанием предаться тому самому «пожиранию», столь им презираемым.
– Их ждали здесь и здесь. – Теперь настала очередь Гончей выкладывать подобие карты из веточек и мха. – По обе стороны дороги. Я нашла следы – люди стояли необыкновенно тихо. Не переминались с ноги на ногу, не курили трубок, даже не отходили, прошу прощения, отлить. Как встали, так и стояли. Неподвижно. До самого каравана чашников.
– Многомудрая уже знает, кто это? – жадно спросил Кройон.
Стайни лишь покачала головой:
– Ещё нет. Рассуждаю по порядку. Нападавшие сделали всё, чтобы не оставить следов, кроме лишь «абсолютного минимума», как говаривали мои Мастера, то есть я хотела сказать – мои бывшие Мастера. Но бесследные засады случаются ещё реже: бесшумных Чашников атаковали. Со всех четырёх сторон. Причём сперва в ход пошла алхимия – видишь этот налёт на листе, мэтр Кройон? Псиодра, одурманивающее средство, одно из сильнейших. После него все в караване должны были повалиться без чувств, и нападавшие просто взяли бы всё, что хотели; но не-ет, чашников так просто не одолеть. Каким-то образом они перебили действие псиодры, ответили магией. Били по кустам чем-то вроде ледяных игл: листья пробиты во многих местах, словно булавками истыканы, а самих стрел я не нашла ни одной.
– Бить-то они били, – подхватил Кройон, – да только не преуспели. Смяли их и задавили. Да ещё и чем-то обрызгали, посильнее первой отравы.
– Тем не менее дошло до мечей, – закончила Стайни. – И нападавшие окончательно взяли верх. А вот это… по-моему, стоит всего остального.
На ладони её лежал ещё один обрывок ткани, затвердевший, но не от пролитой и высохшей крови, от чего-то иного.
– Алхимический эликсир, – медленно проговорила бывшая Гончая. – Эликсир мэтра Ксарбируса. Уж его-то я из всех узнаю.
– Многомудрый Ксарбирус был здесь? – схватился за голову демон. – Но почему?.. Но как? Но кем?
– Слишком много вопросов разом, мэтр. – Гончая вновь поползла на четвереньках, уткнувшись лицом в вытоптанную траву. – Ксарбирус был здесь, я уверена. И пустил в ход свой эликсир. Я утратила многое из способностей настоящей Гончей, но уж это-то узнаю из всех: затравка самогорящего пламени. Оружие Высокого Аркана – Мастера Смерти всё пытались его скопировать, да что-то никак не получалось.
– Самогорящего пламени? – заинтересовался демон.
– Угу. Самогорящего. Достаточно брызнуть на человека или там сидха – и он сгорит дотла, даже если кинется в воду.
– Почему же многомудрый алхимик не использовал это против тварей Гнили? – праведно возмутился Кройон.
– Спроси чего полегче, – только и смогла ответить Стайни. – Может, не хотел. Может, не мог. Может, против многоножек это не работает.
– Погоди, погоди, – вдруг всполошился демон. – Храбрейшая определила это по сему клоку ткани?
– Нет. Ткань – то другое. Но тоже Ксарбирус. Опознала-то я его именно по этому декокту: он вливал в меня что-то похожее. Разрушает действие других алхимических снадобий. А затравка – она здесь, – Гончая кивнула на оставленную огнём проплешину. – Наш мэтр отбивался.
– Достойнейшая уверена, что сей эликсир вышел из рук именно многомудрого Ксарбируса?
– Уверена. Эти два – точно. Тут, помимо их, хватает алхимической дряни, но о ней я такого уже не скажу. А Ксарбирус… он теперь во мне. Не знаю, думал ли он сам, гадал ли, что добровольно отдаст мне такую власть над собой?
– Так что же случилось? – сгорал от нетерпения демон. – Кто взял верх?
– Кто именно – не знаю, но явно не те, что везли дхусса.
– А многомудрый…
– А многомудрого Ксарбируса, похоже, просто скрутили.
– Храбрейшая знает или догадывается?
– Догадывается. Настоящая Гончая сказала б наверняка, а я… только так, взгляд и нечто.
– То есть на караван напали, – принялся загибать когтистые пальцы мэтр Кройон. – Мудрый Ксарбирус… был ли он с оборонявшимися или с нападавшими?
Стайни только покачала головой:
– Могу сказать одно – он был тут.
– И куда направился? И в каком качестве?
Гончая долго не отвечала, молча ползая взад и вперёд по изуродованной поляне.
– Направился прямо на запад, – наконец проговорила она, но не слишком уверенно. – Во всяком случае, мне так кажется.
На мягкой земле просёлка, казалось, должны были остаться хорошо видимые следы тяжёлых колёс; но нет, разбившие караван словно взлетели в воздух, внезапно обретя крылья.
Стайни и демон искали ещё долго – безо всякого успеха.
– Магия, – наконец выдохнул демон. – Недостойный не владеет ничем подобным. Следы затёрты – напрочь.
– Ты чувствуешь заклинание, мэтр? Ты можешь идти за ним?
– Нет, – покачал головой Кройон. – Не могу. Недостойный видит лишь начальную точку чародейства, исходный круг. А путей из него может выходить великое множество.
Они долго и бесполезно ползали по земле, пока не выбились из сил. Выбора не осталось – Гончая и демон решили идти прямо на запад, по узкому просёлку, надеясь, что слабый, едва уловимый «запах» Ксарбируса, доступный чутью бывшей Гончей, приведёт их на место.
Путь вёл прочь от моря, обратно к Вилосскому хребту, и, как объявила Стайни, там не имелось никаких крепостей или иных укрывищ, известных Мастерам Некрополиса. Что с почти полной уверенностью позволяло предположить, что там нет вообще ничего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
