поставил с техникой или пулемётными установками. В итоге, меня обозвали милитаристом и поджигателем войны. Я, конечно, был возмущён до глубины души, но решил не спорить. Милитарист, значит милитарист. Бес с вами.
Пока возили урожай, мы выбросили из купейных вагонов электрические титаны, где грелась вода для чая. Поставили туда другие, которые топились углём. Их демонтировали с тех пассажирских вагонов, где они ещё оставались. Такие же титаны установили и в броневагонах. Зато теперь горячий чай не зависел от наличия электропитания. Доделывали в эшелоне то, что ещё оставалось. Окончательно установили вооружения. Полностью забили броневагон с боеприпасами. Мало того, достаточно патронов складировали и в самих вагонах. В первую очередь в броневагонах. В купейных вагонах мне не дали расположить боеприпасы женщины во главе с мамой.
— Марк, ты совсем с ума сошёл? — Возмутилась мама, придя к первому купейному вагону во главе женского кагала. Я как раз пытался с парнями затащить туда ящики с патронами к пулемётам.
— А в чём дело?
— Мы хоть в этих вагонах нормально хотим ехать, а не переступать через твоё железо и спать на нём.
— Мама, патронов никогда много не бывает.
— Избавь, пожалуйста, нас от этого. Давай хоть пара вагонов будет по настоящему комфортабельными.
В итоге, махнул на это дело рукой, но затащил пару ящиков с боеприпасом в своё купе. Мама только покачала головой. Но я всем видом показал, что не отступлюсь. Это моё купе и надо, буду спать на этих ящиках. Тем более, я их положил под нижние спальные места, в багажное отделение. Позже тоже самое сделал и с остальными купе. Таким образом, боеприпас не мозолил глаза и никому не мешал.
С базы привёз крупнокалиберные винтовки «Корд» калибра 12,7 миллиметров и СВДК (снайперская винтовка Драгунова крупнокалиберная), калибра 9 миллиметров. Начал натаскивать жену стрелять из них. Лучше всего у неё получалось стрелять из СВДК. Всё же она была короче, чем «Корд» и легче. Но ничего и с большой винтовкой справлялась. Но это было уже на крайний случай. Закрепил за ней СВДК. Так же провёл апгрейд двум снайперским винтовкам СВТ-40, как и хотел. Заменил ложе и приклад на те, что были из полимерных материалов. Установил планку Пикатинни. Теперь винтовки стали легче и удобнее. Очень понравились. Из них тоже с женой стреляли с азартом. Познакомил Ольгу с устройством СВТ. Особое внимание её сосредоточил на газовом регуляторе. Именно из-за него в Красной армии не очень любили эту винтовку. Но если всё делать правильно, то он не подводил. Ольга сшила под СВТ два чехла. Хорошая девочка, сделала это без моего напоминания. Всё же ещё один вагон пришлось цеплять, дополнительный. Это было мне, как ножом по сердцу, но ничего не сделаешь. Туда складировали оружие, которое скопилось у нас в оружейке, плюс то, что забрали из склада Росгвардии — ящики с АК-12, АК-15 и АК-74М уже тюнинговые. Гранатомёты и выстрелы к ним. Плюс туда добавил и боеприпасы, в том числе снаряды к танковому орудию на ПТ и броневагоне. Мины к «Васильку», ручные гранаты. Кстати, на складах в Артиллерийском нашли противотанковые советские гранаты РПГ-43, РПГ-6 и РГК-3Е. Две первые на вооружение Красной армии стали поступать с 1943 года и находились в строю до середины 50-х годов. Потом им на смену пришла РГК-3. И уже позже её заменили ручные гранатомёты.
Я смотрел на ящики с этими гранатами.
— Марк? — Обратился ко мне тогда Георгич. — Ты что на них смотришь?
— Взять хочу.
— Зачем? Тебе мало противопехотных?
— Не мало. Но эти обладают гораздо больше разрушительной силой.
— Марк, они 50-х годов выпуска. А вдруг у них взрывчатка уже не стабильная? Может сдетонировать.
— А мы сейчас проверим. — Взял три гранаты, по одной каждого наименования. Мы вышли из склада и прошли на пустырь. — Сейчас будем кидать.
— Твою душу, Марк!
— Всё нормально.
Я кинул РПГ-43. Чеку не выдергивал. Болванка упал метрах в двадцати от нас. Пока летела мы упали на землю. Тишина.
— Ну вот видишь, Георгич, взрывчатка стабильна.
— Марк, ты совсем рехнулся? — Я усмехнулся ему в ответ.
— Полежи.
Сам встал и кинул РПГ-6. Упал рядом с Георгичем. Опять тишина.
Встал и кинул так же РГК-3Е. Тут даже падать не стал. Эта граната имеет четыре предохранителя. Даже если выдернешь чеку за кольцо и уронишь, взрыва не будет. Ожидаемо, болванка, пролетев около 20 метров, упала на землю, чуть прокатилась и замерла.
— Вставай, Георгич. Взрывчатка стабильна.
Я потом покидал ещё. Ни одна не взорвалась. Отлично. Загрузили три ящика. По ящику каждого наименования.
С картофелем закончили. Но продолжалась жатва. Ещё потребовалась неделя, чтобы убрать всё, просушить сколько могли. Благо погода позволяла. Как только закончили, загрузили последние мешки в вагоны. Пошёл дождь. Словно сам господь помогал нам. Народ был уставший. Дня три отдыхали на базе. Отсыпались, мылись в бане, готовились к походу. Баня пока ещё не была загружена. Загружены на платформы были: БМП-3, танк ПТ-76/57 и мой УАЗик. Оставались БТР, наш «бардак», грузовой Урал и японский кран-борт Хино. Его тоже решили брать, он очень удобен для мародёрки, тем более всё равно платформу для Урала пришлось цеплять.
Люся спокойно гуляла по территории клиники. Иногда убегала в лес, но к вечеру всегда возвращалась. Сначала народ был напряжён, видя рядом с собой Люсю, но постепенно расслабился. Как только я приехал на базу, Люся моментально меня нашла. Подошла близко, смотрела в глаза. Я улыбнулся.
— Привет, Люся. Давно не виделись.
Она подошла ко мне ещё ближе, вплотную, потёрлась носиком о моё лицо. Оглядела меня всего. Потрогала мне щёки и… дотронулась до моего ножа. После чего посмотрела вопросительно. Все, кто были рядом ожидающе молчали.
— Люся, ты хочешь мой нож?
Девочка опять дотронулась до рукоятки моего ножа и вновь вопросительно посмотрела на меня. Я вынул нож из ножен. Хороший нож. Подал ей рукояткой вперёд. Она взяла его. Рассматривала, потом поднесла к своей левой руке. Я понял, что она хочет вновь порезать её. Я положил ладонь на её ладошку, державшую нож. Покачал отрицательно головой.
— Не надо, Люся. — Взял её под руку и повёл на кухню. Народ пошёл за мной. Как раз готовили ужин. На разделочном столе лежала размороженная горбуша. Я подвёл Люсю к рыбе. Взял у неё нож и показал, как режу.
