А в заключение, обращаясь к марсианам (надо же нести славу Сталина и на Марс), автор предсказывает:
Но пройдут года – и вы оттудаВдруг увидите живое чудо,И объявит ваш ученый древний,Разглядев зеленый свет вдали,Что явился небывалый Гений,Изменяющий лицо Земли!
В своем усердии автор далеко переплюнул всех сталинских гусляров и песельников, угодив аж до Марса. Он избрал правильную мишень: многочисленные каналы Марса определенно указывают, что там, кроме древних ученых, имеются и лагеря (тоже древние, судя по обилию каналов), и древние шарашки, и вся милая сердцу древняя культура, во всех своих чертах напоминающая такие земные чудеса, как постройка пирамид, гуманизм Чингиз-хана и милосердие инквизиции.
Я читал и удивлялся – не содержанию и поэтичности стихов, но автору. Неужели он всерьез? Это напомнило мне, что сегодняшние наши газеты насмехаются над песней "Алеет восток, восходит солнце, явился Мао Цзе-дун". Над кем смеетесь?
Фамилию автора нынешние читатели могут угадать сами. Я ее называю для внуков, не будучи твердо уверен, что он попадет в классики. Николай Грибачев. Но он не одинок. Имя песельникам легион. Читайте:
…И он вошел в ту комнату, где ЛенинЖил в первый год священный Октября.Здесь все дышало строгой, мудрой силой,И даль времен в ночной вернулась мгле,Как будто только приняла РоссияДекреты те о мире и земле,Как будто Сталин сам под эти сводыСейчас входил, и Ленин с ним вдвоемРешал судьбу бесчисленных народовЗемли родной за этим вот столом…
Отрывок взят не из песни безвестного радио-халтурщика, а из поэмы весьма почтенного автора, который в дни Октября был уже взрослым и читал газеты. Поэма называется «Ночь в Смольном», автор ее Николай Тихонов. В угоду лжи известный поэт утверждает (хорошо зная, что лжет), будто Ленин со Сталиным вдвоем решал судьбу народов. Тем самым, заметьте, Ленину приписывается сталинская манера «решать судьбу»: сесть за стол и одним росчерком красного карандаша решить судьбу малого и беззащитного народа. Ленин так НЕ делал. Кроме того, он решал вопросы не вдвоем со Сталиным. Перечитайте Джона Рида, чтобы убедиться в этом еще раз.
Как видите, в стихах уважаемого поэта не только прямая неправда, но и косвенный недостойный выпад против Ленина. Дети учат историю не только по учебникам, но и по романам, поэмам, мемуарам и пьесам – что же они почерпнут из этой поэмы? Ложь.
Заговорив о том, как подделка истории незаметно толкала авторов под руку, чтобы они, восхваляя Сталина, тем самым выступали против Ленина, не могу не привести поразительный факт, которому я бы не поверил, если бы не убедился своими глазами.
После смерти Ленина были опубликованы воспоминания А. М. Горького – "Владимир Ленин" (в позднейших изданиях заглавие изменено на "В. И. Ленин") Недавно я держал в руках чудом сохранившиеся первые издания этой статьи; одно – отдельной брошюрой, изданной в Москве в 1924 году, другое – на страницах журнала "Русский современник", № 1 за тот же год. Оба издания СОВЕТСКИЕ, а не заграничные. Приведу строки, где Горький передает свою беседу с Лениным в его кабинете:
"Да, часто слышал я его похвалы товарищам. И даже о тех, кто по слухам будто бы не пользовался его личными симпатиями, Ленин умел говорить, воздавая должное их энергии.
Удивленный его лестной оценкой одного из таких товарищей, я заметил, что для многих эта оценка оказалась бы неожиданной.
"Да, да, я знаю, там что-то врут о моих отношениях к нему. Врут много, и кажется, особенно много обо мне и Троцком".
Ударив рукой по столу, он сказал:
"А вот указали бы другого человека, который способен за год организовать почти образцовую армию, да еще завоевать уважение военных специалистов. У нас такой человек есть. У нас все есть. И – чудеса будут!"
Он вообще любил людей, любил самоотверженно".
Так сообщал Горький в 1924 году – сообщал, заметим, по свежей памяти. Разговор, как явствует из содержания, происходил не раньше 1920 года ("организовал за год почти образцовую армию"). Беру последнее издание сочинений Горького, нахожу статью "В. И. Ленин". И вместо только что приведенных строк (напечатанных, повторяю, в советских изданиях), читаю – после неизмененного абзаца ("Да, часто слышал я…") такие строки:
"Я был очень удивлен высокой оценкой организаторских способностей Л. Д. Троцкого, – Владимир Ильич подметил мое удивление.
– Да, я знаю, о моих отношениях с ним что-то врут. Но что есть – есть, а чего нет – нет, это я тоже знаю. Он вот сумел организовать военных спецов.
Помолчав, он добавил потише и невесело:
– А все-таки – не наш! С нами, а – не наш. Честолюбив. И есть в нем что-то… Нехорошее, от Лассаля."
Под вторым вариантом воспоминаний стоит двойная дата: "1924, 1930". Читателю дают понять, что Горький сам "перевспомнил" в 1930 году свой разговор с Лениным и внес важные уточнения. Согласно первоначальным, свежим воспоминаниям, речь шла о неожиданной оценке не Троцкого, а кого-то другого, чье имя и не названо: "один из таких товарищей", об отношении Ленина к которому "много врут". Оценка же Троцкого в первый раз не удивила Алексея Максимовича, ему вспомнилась даже такая деталь: Ленин ударил кулаком по столу. Согласно же перевспомнившемуся разговору, врут только об отношении Ленина к Троцкому. А где "один из таких товарищей"? Почему о нем перестали врать? Не потому ли, что к 1930 году было разработано такое вранье, рядом с которым все прежнее не стоило и упоминания?
Но в "перевспоминаниях" не это главное. Вся соль – в двух вариантах отзыва о Троцком. В первых изданиях статьи отзыв – полностью положительный, причем Ленин говорит о Троцком, как об организаторе Красной армии (а не только военспецов) и подчеркивает, что организовал он армию за год – и почти образцовую. В последующих же изданиях той же статьи отзыв прямо противоположный: во-первых, организовал не Красную армию, а военспецов, то есть, царское офицерство – а для чего, не сказано, может, для той же цели, что и Каледин, и Колчак, и Деникин. Во-вторых, честолюбив и не наш – таким образом, намек, заключенный в первой фразе, настолько усиливается, что становится понятным и ребенку: потенциальный враг. Характеристика убийственная! Чем доказано, что ее давал Ленин?
Приписываемая Ленину в последних изданиях статьи характеристика Троцкого противоположна не только той, что приведена в первых двух изданиях этой статьи. Она полностью противоположна также характеристике, которую Ленин дал Троцкому в подлинном документе – в своем завещании.
Да и насчет отношений между Лениным и Троцким, о которых Горький, как он пишет, знал по слухам, теперь пользоваться слухами незачем: имеется 54-й том сочинений Ленина, и в нем – не печатавшиеся доныне письма Ленина и к одному, и к другому из "таких товарищей". Из подлинных писем вполне выясняется его отношение к каждому из них. Читайте первоисточники!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
