прикрывающей шахтный ствол. «Озеро?» — мигнул Гедимин, оглядываясь по сторонам. Откуда-то тянуло прохладной влагой, но гораздо слабее, чем от обширного водного зеркала Атабаски. «Не помню, чтобы я работал тут на расчистке. Надеюсь, шахта не плывёт от такого соседства,» — подумал eateske.
— Внимание! — гаркнул в рупор охранник в экзоскелете. Ещё двое маячили у оранжевой «коробки», и двое — у пристроенного к ней слева генератора. Ангар, поставленный справа, вплотную к шахтному стволу, не охранял никто.
«Мирный служащий» в бронежилете пошёл вдоль строя, прикрепляя к поясам рабочих дозиметры. «Не самка,» — слегка удивился Гедимин. «Странно.»
— Слушайте! — Сет Хепри забрал у охранника рупор и встал перед строем. — С расчисткой шахт покончено, они готовы к работе. С этого дня наша бригада прикреплена к этой шахте — «Жёлтое озеро — один».
«Наконец дело дошло до урана,» — довольно хмыкнул Гедимин, вместе с другими рабочими заходя в оранжевое здание. Охрана расступилась, пропуская их к механизмам, выстроенным вдоль стены. Ещё ни с одним из них Гедимин не встречался, но все видел на многочисленных рисунках и чертежах «Тёплого Севера».
— Распределение! — объявил в рупор Сет Хепри и указал на двоих рабочих. — Машинисты на погрузчики — ты и ты, помощники машинистов — ты и ты, машинисты на электровозы… Взрывники?
— Помню я, помню, — проворчал eateske рядом с Гедимином.
— Навальщики… — Сет, помедлив, указал на ремонтника. Тот пожал плечами. «Везёт мне на рытьё и бурение…»
— Основные бригады — разобрали инструмент и пошли! — скомандовал Сет. Погрузчики медленно вползли в клеть подъёмника, следом вошли те, кому транспорта не полагалось.
— Он что, не в себе? — громким шёпотом спросил машинист погрузчика, приоткрыв бронированный люк. — Гедимина — махать лопатой⁈
— Но правило пятнадцати минут ещё в силе? — взрывник повернулся к Гедимину. — Ты проверишь этот металлолом? Я его только увидел, и мне он уже не нравится!
Ремонтник пожал плечами.
— Ты пойдёшь в штрек первым? Я начну с твоего оборудования.
С тех пор, как Гедимин видел шахту в последний раз, в ней стало гораздо светлее и шумнее. Вдоль потолка протянулась нить светильников, красные огоньки датчиков мигали по стенам. Электровоз, гремя на стыках пустыми вагонетками, прополз двести метров и остановился, рядом встал, опустив ковш, погрузчик. Впереди замигал жёлтый свет — взрывник возвращался и, едва он подошёл достаточно близко, над электровозом сомкнулось защитное поле.
— Пять минут, — сказал взрывник, забираясь в вагонетку.
От грохота качнулись стены, упругая волна, ослабленная защитным полем, вдавила рабочих в дно вагонетки. Гедимин не спешил подниматься. Он слушал, как осыпаются обломки, а потом наступает тишина. Через пятнадцать минут взрывник поднял руку и постучал по борту вагонетки. Все зашевелились, кто-то облегчённо вздохнул. Электровоз прополз ещё сотню метров и замер там, где окончились рельсы. Рядом остановился погрузчик.
Первыми из вагонетки выбрались крепильщики, лучи их фонарей замелькали в темноте; в тусклом свете Гедимин увидел обширную пустоту в стене туннеля и огромную груду раздробленного камня под ней. Погрузчик загудел, разворачиваясь и поддевая руду ковшом. Гедимин вылез из вагонетки и отошёл к стене туннеля, высматривая далеко откатившиеся обломки. Взвившаяся в воздух пыль оседала на комбинезоне и наверняка просачивалась под респиратор; помощник машиниста уже дотянулся до огромного распылителя и разбрызгивал над грудой обломков водяную взвесь. Ковш погрузчика опрокинулся над вагонеткой, камни загрохотали по днищу, частью высыпаясь через борта. Машина отъехала, пропуская Гедимина к электровозу. Поддев просыпавшиеся обломки на лопату, он осмотрел их. Даже в свете фонаря нигде не блеснули вкрапления урановой смолки. «Другая руда,» — подумал ремонтник, сбрасывая камни в вагонетку. «Или неправильный способ добычи.»
…«Почему эта местность называется Жёлтым озером?»
Би-плазма была доедена, вода выпита; в этот раз к еде не примешали никаких мутагенов, и настороженные шахтёры немного успокоились. По обрывкам негромких разговоров Гедимин понял, что не только ему не досталось инструкции к снам, а галлюцинации у всех были равно неуправляемыми и бессмысленными. Ветер с близкой воды усилился, и ремонтник, определив его направление, двинулся к предполагаемому озеру.
— Эй, куда ты? — забеспокоился Сет, увидев, как Гедимин проходит мимо.
— Посмотрю на озеро, — ответил тот.
— Не опоздай к отлёту! — крикнул бригадир ему вслед.
Высокие злаки доходили Гедимину до пояса, в них терялись чахлые деревья; хвойные тут даже не успевали прорасти, но удавалось пробиться быстрорастущим лиственным. Раздвинув ветки, ремонтник выбрался на притоптанную тропу в один след — тут прошёл кто-то в экзоскелете, измяв злаки и поломав кустарник. Тропа привела его на обрывистый берег огромного котлована.
«Тут определённо добывали уран,» — Гедимин, содрав слой почвы, подобрал осколок камня. С одной стороны он нашёл маленькое пятнышко рыжеватого налёта. «Тогда же, когда работали все местные шахты. Их засыпали, а карьер оставили. Теперь здесь озеро.»
Вода залила карьер полностью, на много метров; обрывистые берега местами осыпались, но потом их скрепили корни растений. Кое-где земля просела — там можно было подойти к воде, но Гедимин не пошёл туда.
«Дикий водоём,» — он заглянул в воду — что-то всплеснуло у берега, но, скорее всего, это были круги от упавшего насекомого. «Интересно, купаются ли здесь макаки? Я бы не стал.»
05 августа 56 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити
— Теск, мать твоя пробирка!
В дверях, уперев руки в бока, стоял Гай Марци. Из-за его спины выглядывали сбежавшиеся поселенцы — взрыв был достаточно громким, чтобы поднять на ноги весь барак.
— Никакой опасности, — пожал плечами Гедимин, быстро прихлопывая ладонью тлеющий угол матраса. Скирлин немного оплавился, но его не прожгло — в отличие от комбинезона ремонтника. Чуть выше пояса образовались три небольших обугленных отверстия, и кожа под ними побагровела и вспухла. Дотянувшись до фляги с водой, Гедимин смочил ладонь и прижал к обожжённому боку. «Неудачный эксперимент,» — думал он, досадливо щурясь на плоскую ёмкость, расколотую надвое. Одна её половина, дымясь, торчала из стены, вторую он успел поймать на лету — перчатка выдержала жар, а вот комбинезон — нет.
