Девушка ещё на лету увидела, что здесь её поджидают – со стороны какого-то технического здания бежал спецназовец в полевой униформе с чёрным облегчённым шлемом на голове. Приземлившись, Лина выхватила пистолет, но стрелять не стала, помня, что он лишился боеприпасов. Выхватив из кармана запасную обойму, она вставила её в рукоять, оттянула затвор, но выстрелить не успела – тяжёлый ботинок выбил оружие из рук.
Лина отскочила назад, встав в низкую стойку. Противник был выше её на голову, следовало попытаться превратить его преимущество в помеху. Однако он тоже знал эти фокусы и не стал переть без оглядки, пытаясь задавить девушку массой; вместо этого припал к земле, рванул вперёд, бросая всё тело в мощнейший удар, не поддающийся блокировке. Даже сверхъестественная реакция Лины с трудом смогла её спасти – она увернулась от летящего ботинка в последний миг, но спецназовец успел взмахнуть рукой, приложив ей чуть пониже левой груди.
Знал он об этом или нет, но угодил прямиком в уязвимое место недавней раны. Рёбра срослись, лёгкое зарубцевалось, но полностью тело ещё не восстановилось. Лина согнулась от боли, рухнула на колени, прижимая ладони к груди. Спецназовец рванул к ней, намереваясь провести захват, но девушка не сдавалась, хлёстко взмахнула рукой с выставленным лезвием верного ножа. Противник успел среагировать, ушёл в сторону, но полностью погасить инерцию не сумел – сталь рассекла ногу чуть выше колена. Будь эта рана с задней стороны, он бы упал с подсечёнными сухожилиями, а так лишь вскрикнул, отскочил на пару шагов.
Вдохновлённая Лина, пытаясь отрешиться от боли в разбережённой ране, вскочила, пошла в атаку. Ей надо победить быстро, пока не подоспела подмога. С двумя подобными бойцами ей не справиться даже с помощью самурайского меча. Выпад, противник отскочил к самой стене, лишая себя маневра; режущий удар – он пошёл в сторону, девушка крутанула тело, вбивая весь свой вес в удар ногой. Ребро ступни впилось в середину бедра спецназовца, очень удачное попадание. Взвыв, он рухнул на бок, хватаясь за повреждённую ногу. Лина только этого и ждала: не став тратить драгоценное время на добивание, она рванула дальше. Быстрее, ей надо наверстывать потерянное время.
Выскочив за угол здания, девушка нос к носу столкнулась со вторым спецназовцем, сходу распласталась в выпаде, намереваясь пронзить его плечо. Не получилось – противник легко ушёл в сторону, перехватил её запястье, закрутил её тело в жестоком броске, успев второй рукой заехать в живот, выпустив весь воздух из лёгких. Падая, Лина поняла, что столкнулась с очень серьёзным бойцом, будь она даже со свежими силами и в хорошей форме, вряд ли ей что-то здесь светило. Согнутые ноги смягчили удар об асфальт, но всё равно, он вышел сокрушающим. В голове загудело, тело отказывалось повиноваться, но это не оправдание для прекращения схватки. Лина повела рукой параллельно земле; она не видела врага, но догадывалась, в какой он стороне, и хотела зацепить ножом его голень.
Номер не удался, тяжёлый ботинок припечатал запястье к асфальту. Лина не сдержалась, вскрикнула. Мало того, что эта рука не так давно была сломана, так в придачу вчера её жестоко выкрутил охранник отца. Сплошное невезение – как тут не закричать? В следующую секунду она позабыла о боли – противник заехал ей в бок, незатейливо, будто по мячу бил. Хрупкое девичье тело отбросило в сторону, голова ударилась о стену.
Сознание мгновенно помутилось, Лина не почувствовала, как сильная рука ухватила её за воротник куртки, вздёрнула, будто нашкодившего котенка. Уже проваливаясь в темноту, она увидела перед собой чёрный блестящий шлем, поднялось забрало, показав симпатичное мужское лицо с ниспадающими на лоб непослушными каштановыми кудрями. Ледяные глаза изумлённо сверкнули, спецназовец охнул:
– Практикантка?
Свет погас.
Глава 18
По Ордену из года в год кочевал один длинный, не совсем приличный анекдот. В нём фигурировал монастырь братьев-параноиков и обитель сестёр-шизофреничек. Плоская шутка выросла не на пустом месте – она имела под собой весьма плодородную почву. Монастыри представляли собой наиболее милитаризованную часть организации, чтобы получить в них место повара или простого технического работника, необходимо было в обязательном порядке иметь опыт военных действий и боевые награды. Очень приветствовались ранения, особенно тяжёлые, так что значительное число сотрудников были инвалидами – это не считалось большим недостатком.
Монастыри Ордена, однажды подняв свои стены, никогда на этом не останавливались. Век за веком росла их толщина, укрепления становились всё более затейливыми, сложными, паранойя вояк заставляла штурмовать земную твердь, выстраивая многоуровневые казематы и системы глубоких галерей. Здесь же с удовольствием размещали учебные помещения, склады, зимние стрельбища. Каждый настоятель или настоятельница по традиции добавляли свой узелок в это хитросплетение защитных сооружений, внося свою лепту в систему безопасности.
Нельма создала Ковчег.
Нет, и до неё настоятельницы этого Монастыря возводили автономные подземные комплексы, но по мелочам, как элементы снабжения отдельных бастионов. В ХХ веке, с появлением новой тактики борьбы, они стали ненужными, разве что местами уцелели, став частью комплекса ПВО. Причём, надо сказать, маловажной частью, ибо в одном из них на свободной площади размещался склад овощей.
Нельма спроектировала принципиально новое сооружение. Потакая традиционной паранойе, присущей всем хозяйкам Монастыря, она решила создать настоящую подземную крепость, способную не только спасти сотни воспитанниц и сотрудниц, но и стать базой для продолжения борьбы в случае глобальной катастрофы. Нашествие орд низших, атомный Армагеддон, захват власти адептами Последней Церкви... что бы ни случилось, они смогут воевать даже при полном уничтожении наземного комплекса.
Ковчег размещался на большой глубине, он был защищён десятками метров грунта и железобетона, что позволяло не бояться даже прямого попадания тактической ядерной боеголовки. Автономная система водоснабжения и вентиляции, собственная электростанция, сеть запасных выходов, туннели к которым протягивались на несколько километров, – всё это позволяло не бояться многих опасностей. В случае необходимости Ковчег способен прокормить тысячу человек в течение трёх месяцев, даже если не ограничивать рационы.
Сооружение Нельмы не зря получило такое название – это был замкнутый мирок, способный существовать изолированно от остальной вселенной. Но, в отличие от своего библейского тезки, монастырский Ковчег был построен вовсе не для созидания. Склады оружия и боеприпасов позволяли вести затяжные боевые действия против многочисленного противника. В случае осады или попыток штурма подземелье могло преподнести врагу немало смертоносных сюрпризов, а в самом крайнем случае, когда не останется другой возможности нанести неприятелю ущерб, в действие приведут термоядерный самоликвидатор мощностью в двадцать четыре мегатонны, и местность превратится в огромный радиоактивный кратер. Этот жуткий памятник погибшим защитникам можно будет рассмотреть с низкой орбиты невооружённым глазом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
