Читаем без скачивания От чужих берегов - Андрей Круз

– Все! Хватит! Хватит!

«Азимут» заворачивал по часовой стрелке, явно никем не управляемый. Из машинного отделения поднимался негустой дым, которого только что не было,– все же повредить двигатель удалось. Затем яхта резко прибавила ходу, выровнялась и пошла от нас вниз по течению, постепенно удаляясь к противоположному берегу.

Вот так… справились. С чем справились – это уже другой вопрос. У меня пока было твердое ощущение, что справился я больше с самим собой – научился поступать так, как никогда бы не поступил раньше. Если я начну логически обосновывать этот поступок, то обосновать смогу, никаких сомнений. Все налицо – и признаки агрессии со стороны негров, и поведение, и сам их типаж – никаких сомнений в том, что это не ученики воскресной школы, и все же… На первый выстрел я их старательно «раскручивал», чего уж перед самим собой таиться. А что без стрельбы не разойдемся, я решил заранее – еще до того, как они вообще узнали о нашем здесь существовании. И получается, если глядеть глубоко-глубоко внутрь, что начал это я.

Сколько мы там людей убили? Не знаю, но нескольких положили точно. И кажется мне, что этот новый фактик моей биографии так просто уже никуда не денется. Ни Сэм, ни Дрика меня ни в чем не обвинят, но ведь ты сам про себя всегда больше всех знаешь, как бы ни гнал ненужные мысли. Просто знаешь – и все. И я буду знать, и как бы не отлилось это все мне или кому-то, кто рядом со мной. К грузу моих грехов сегодня добавилась большая гиря.

30 апреля, среда, вечер. Нью-Йорк Сити, США

«Дух Нью-Джерси» мы размародерили довольно просто: нашли бухту кабеля, через него запитали от генератора «Проныры» кухонный лифт – и уже на нем подняли все упаковки воды со склада на ресторанную палубу. А там быстро перебросили их к выбитому выстрелами большому окну для перегрузки.

Мертвецов на судне больше не было – мы обыскали его тщательно, палубу за палубой. В довершение всего сбросили в воду сходни, чтобы даже случайный мертвец не мог забрести на борт. И уже потом занялись делом.

Настроение было спокойным, какое-то шестое чувство подсказывало, что от проплывавших на «Азимуте» homies мы отбились всерьез и надолго. Откуда им знать, что мы на лодке? По ним вполне могла стрелять какая-нибудь «сухопутная» группа мародеров, с которой связываться себе дороже.

Только эта вода, последняя наша задача в большом мертвом городе. В больших бутылках, маленьких, пластиковых и стеклянных, обычная и газированная – всего почти сто пятьдесят ящиков, на все путешествие хватит без проблем. И несколько ящиков кока-колы, спрайта, тоника – все пойдет, яхта у нас большая, с комфортом в путь отправимся.

Дело к вечеру, уже опускались сумерки. На Одиннадцатой авеню, которая тянулась вдоль берега, было почти что пусто – всего несколько зомби бродило в поле зрения: ничто их здесь пока не привлекло, даже нашу суету не заметили. Хотя по ауре чувствовалось: город забит ими под самый край, их здесь миллионы. Пробуди их что-то – и настоящее цунами мертвечины захлестнет окрестности. Как я это ощущал – сам не понимаю, наверное, такая концентрация зла должна чувствоваться физически, не может не чувствоваться. Недаром Тигр сидел на «летящем мостике» напряженно, прижав уши к черепу, и внимательно смотрел на берег, время от времени недовольно подвывая. Пока мы были у берега противоположного, кот ничего такого не демонстрировал.

– Сэм, как думаешь, погода на маршруте какая будет? – спросил я, принимая от Сэма ящик с бутылками.

Он остался на «Духе Нью-Джерси», подавая упаковки минералки и «соды» в окно, а я принимал их на «Проныре» и составлял пока в штабеля, чтобы потом перегрузить вниз, в освободившиеся каюты. Дрика сидела рядом с котом на ограждении мостика, пристроив «штайр» на колени, наблюдая за рекой и берегом.

– Откуда я знаю? – вздохнул Сэм, нагибаясь за очередным ящиком.– В последние годы погода вообще стала такая, что не поймешь – то ли конец света близок, то ли у кого-то там…– он ткнул пальцем в небо,– нездоровое чувство юмора, да, сэр. Хотя конец света уже состоялся.

Выпрямившись, он подал увесистую упаковку «Эвиана» в окошко, где я ее принял, переставив назад.

– Ты мне вот что скажи,– спросил уже он меня.– Что будем делать, когда доберемся до России?

– Ну… тоже не знаю,– пожал я плечами.– Найдем семью, а там посмотрим. Я хочу перебраться от Москвы подальше, на Волгу.

– А что там?

Еще один ящик опустился на раму окна.

– Там? – задумался я над тем, как сформулировать понятней.– Там – все. Ниже по течению нефть, хлеб, много заводов, Каспийское море… это где икра,– пояснил я.

– Икру не пробовал, так что этим ты меня не удивишь,– усмехнулся Сэм, снимая неизменный свой «стетсон» и утирая пот со лба.– А что еще?

– Лучшая в мире рыбалка,– добавил я, тоже выпрямляясь и разминая гудевшую поясницу.– Лучшие в мире арбузы.

– Знаешь, кто у нас ест арбузы? – спросил он со смехом.

– Негры? – попробовал угадать я: вроде что-то такое слышал раньше или читал.

– Верно,– кивнул он.– Во времена моего детства в Миссисипи увидеть сидящих черномазых без арбуза было почти невозможно.

– А ты не ел? – спросил я.

– Нет, не хотел быть, как черномазый. У нас из мальчишек их никто не ел. Это сейчас появились «уиггеры», которым хочется быть на них похожим, а тогда таких не было, да, сэр. Особенно на Юге.

– Ну у нас с этим проще,– сказал я и добавил: – Водка под арбуз очень хорошо идет, кстати.

– Не сомневаюсь,– хохотнул Сэм, надевая шляпу и вновь нагибаясь за ящиком.– Я бы удивился, если бы русский сказал, что водка с чем-нибудь идет плохо, да, сэр.

– Ты пользуешься голливудскими штампами,– сразу обличил я его.– У вас там в фильмах все русские, когда пьют, говорят: «На здоровье!» – а я в жизни такого не сказал. Хотя пил достаточно, временами даже много.

– Значит, ты не русский, а только прикидываешься,– логично возразил Сэм, передавая мне ящик.– Кому об этом лучше знать – Голливуду, который никогда не врет, или тебе, которому нечем подтвердить свое звание эксперта?

– Мы не в суде,– буркнул я, принимая ящик.– Сядешь со мной водку пить – узнаешь, кто тут эксперт и куда дорога вашему Голливуду.

– А я предлагаю надолго это не откладывать,– сказал вдруг Сэм.– Отойти отсюда, встать на якорь в спокойном месте и там… отпраздновать отплытие.

Хм… я вроде то же самое хотел предложить. Один потерянный день погоды не делает, а вот стрессы снять, так сказать, точно не помешает. Потом выспаться – и двинуть в путь. Дальше уже всем вместе за столом с бутылкой собраться и не удастся: вахты пойдут поочередно, да и вообще не дело, в походе-то. А вот так, как Сэм сказал,– самое правильное решение.

– Если ты думаешь, что буду возражать,– ошибаешься,– сказал я и окликнул Дрику: – Слышала, что Сэм предлагает?

– Слышала! – откликнулась девушка, не оборачиваясь.– Согласна и участвую! Кстати, мы сегодня на яхте водку взяли. Ничего в ней не понимаю, но, кажется, хорошая.

– Точно, было такое,– подтвердил и я, вспомнив две пузатые бутылки «Абсолюта».

Еще один ящик, звякнув на этот раз стеклянными боками маленьких бутылочек, перешел через окно в мои руки, а потом разместился в штабеле у меня за спиной. Я обернулся за следующим и услышал негромкий стук со стороны «Духа Нью-Джерси» – такой, словно сумку уронили, не громче. Но из-за того, что вокруг стоит почти что мертвая тишина, любой звук расходится далеко. И этот разошелся.

– Момент! – сказал я Сэму, насторожившись и протянув руку за стоящим рядом «коммандо».

Компактный автомат удобно лег в руки, внушив некое чувство уверенности в себе.

– Что? – немного всполошился и Сэм, отставляя очередную коробку и тоже хватаясь за оружие.

– Что там у вас? – спросила Дрика, резко оборачиваясь: ее насторожил кот, вдруг вздыбивший шерсть и утробно заворчавший.

– Пока не знаю…– ответил я, скидывая предохранитель и понемногу смещаясь в сторону кормы.– Пока не знаю… но мне не нравится. Так, Сэм, тебе бы лучше сюда перебраться.

– И здесь нормально,– покачал он головой.– Ни с одной стороны ко мне не подберешься. Вы там сами поосторожней, да, сэр.

Чтобы мне провалиться на этом месте, если на судне не «супер», не мутант. Реакция кота, мало зомби вокруг… да и не заберется зомби на борт просто так: перехода нет, а до пирса метра четыре, прыгать надо.

«Супер» – это плохо.

Пробежался руками по гранатным подсумкам, нащупав гнутые предохранители светошумых М84. С утра помогли – может, и сейчас сработают… Как тот «супер» тогда от нас ломанулся… Еще бы и этот так, если это он, конечно.

Ничего не слышно, ничего не видно, что делать – не знаю.

– Сэм, сколько там осталось ящиков? Штук двадцать?

– Примерно,– ответил он.

– Бросаем, нам и того хватит, что загрузили,– принял решение я.– Там ведь все больше «сода» осталась?

Сэм отвернулся на секунду, затем сказал: