— Леон, котик, мы тут с сестричками подумали… Смена обстановки, новая база, новые впечатления, новые женщины… Да, да, не смотри так! Ты наверняка найдёшь здесь приключений на свою… кхм… голову, — красноречиво скошенный вниз взгляд не оставил сомнений, что именно имеет в виду валькирия. Со всех сторон послышались фырканья, а Эйди даже чихнула. Видно, фыркая, слишком зарылась в ворс. В итоге фырки перешли во взрывы смеха, принявшиеся эхом гулять по комнате. — И хотя мы очень не хотим тебя отпускать, но придётся. Тебе полезно приобрести новые интересные знакомства, да и нам нужно поделиться с сёстрами своим счастьем… Но всё это ты найдёшь сам. Мы же хотим сделать тебе подарок, чтобы разнообразить наши, и только наши, отношения.
— Ну же, не томи, рыжая! Я уже весь извёлся! И от твоего возбуждения, и от ощущения сюрприза!
— Это игрушка. В смысле, игрушка для постельных утех. Чтобы девочки и мальчики могли разнообразить свой…
— Перетрах, — подсказала непонятно когда подползшая к нам Эйди. Её точная и ёмкая реплика била диссонансом по торжественно-патетическому тону Старшей, поэтому кошки вокруг вновь зафыркали, и по их смешкам я ощутил, что все они подобрались ближе.
И тут милаха выложила передо мной… это. Больше всего игрушка напоминала трусы-боксёрки, только, в отличие от тканевого элемента гардероба, имела жёсткий каркас. В смысле, сохраняла форму тела. Наверняка эластичный материал, но внешне кажется очень плотным. И цвет — синий, с лёгким налётом белизны. От трусов их, пожалуй, отличал лишь очень странный гульфик — то ли прозрачный, то ли какой-то сетчатый, и очень рельефно выделенный.
— Вот, — изрекла Эйди, пододвигая ко мне «обновку». — Можешь примерить. Но они эластичные, из «умной» наноткани с жёстким каркасом. Всё же биологическая электроника, пусть и позапрошлого поколения…
Пояснения метиллии не слишком прояснили ситуацию, я в недоумении воззрился на подарок.
— И что это такое?
— Седло, — внешне безразлично пожала плечами Арья. На самом же деле девочка была крайне возбуждена, да ещё и сильно нервничала.
— Ладно, кошка, вижу, что тут что-то неоднозначное. Рассказывай. Вы все рассказывайте, в чём подвох.
— Нет там подвоха, — фыркнула Эйди. — Любишь двигать бёдрами — вот и двигай!
— Леон, эта штука «коннектится» с имплантом. По сути — подменяет его мысленный интерфейс. Ты любишь физические игры — когти, ротик, пальчики… Из боя — в секс. С седлом нам представится возможность сделать твои движения бёдрами более… прогнозируемыми?.. активными?.. к месту?.. Да, именно к месту! — Арья аж приблизила ко мне своё личико, настолько обрадовалась правильному определению.
— Если тебя в нём оседлать, кот, — подхватила куда более выдержанная Тиш, — то можно нажатиями колен, икр, пяток по определённым зонам воздействовать на имплант. Физически. Как ты любишь. Прочие нервные узлы тоже включаются в новую систему, так что когтями по соскам по-прежнему будет торкать.
Я оторопел. Нет, подспудно ожидал чего-то эдакого, но вот так… Чтобы меня захотели оседлать, как какого-нибудь жеребца… Ну кошки! Ну удружили!
— Зачем?.. Что я вам такого сделал, что вы решили меня… вот так прижать?
— Прижать? — в голосе Арьи проступили растерянные нотки. — С чего ты взял?
— Удовольствие регулируете, возбуждение — тоже… Теперь и мои движения бёдрами регулировать будете? Это-то вам зачем?
— Новые ощущения, Кошак, — неожиданно серьёзно заявила Тиш. — Для тебя и для нас. И никакой задней мысли. Любая игрушка как-то воздействует на партнёров, иначе зачем она вообще?..
Спорить было сложно, но всё равно что-то во всём этом казалось неправильным — как минимум, на первый взгляд. И тут в происходящее неожиданно вмешалась Мисель, причём кошка сразу задействовала тяжёлую артиллерию: подползла ко мне под бочок, гибко прижалась всем телом. А в довершение, завершая полный разгром моего негодования, доверчиво умастила головку на лопатке, чуть пониже плеча. Было неожиданно и очень мило — особенно неожиданно от такой оторвы, какой была эта метиллия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Не хотим мы на тебя давить, Кошак! Незачем. Просто решили попробовать. Минет же освоили? Освоили. Ты от восторга теперь пищишь, когда тебя облизывают. Так почему бы не углубить ощущения от привычных тебе движений? Мы так же, как тогда, будем изучать. Пробовать. Там нет вложенных алгоритмов. Вернее есть, но крайне примитивные, только воздействие-отдача. Комбинируй — не хочу. Мы будем пробовать… вместе. Понимаешь?
— Постой, Миска. Разве вы не владеете этой техникой, как имплантом?
— Нет. Она устарела. Ещё и куча проблем с использованием… — протянула метиллия.
— Опять проблемы?
— Так, успокоился! — на этот раз Мисель не смогла сдержать своего вспыльчивого нрава. — Проблемы не в тебе. Проблемы в обычных республиканцах. Ты думаешь, просто заставить его хотя бы полчаса подвигать бёдрами?! Думаешь, он так и ждёт, что я, вся такая красивая, усядусь сверху и тут же… поскачу в рай?
Смешки и фырканья стали наградой блеснувшей красноречием метиллии. Что характерно, в них звучала полная и безусловная солидарность. Девочка явно наступила на больную мозоль присутствующих.
— Физухи им банально не хватает, — меланхолично высказалась Викера, подползшая слева. Наши взгляды встретились… и я утонул в её чёрных, подёрнутых паволокой серебра глазищах. Иногда эта брюнетка могла так зацепить, как не удавалось куда более эффектным снежкам. А ведь не она, а рыжая до сих пор обнимала меня ногами!.. — Ты же в отличной физической форме и даже не заметишь дополнительных нагрузок. Тем более, сам постоянно норовишь подвигать бёдрами…
— Ты утрируешь, кошка. Как может не хватать физухи… на секс?! — оказалось, прошлый поворот разговора вовсе не был тем сюром, каким казался: подлинный сюр наступил только сейчас.
— На активный секс, котик, — вздохнула наша многоопытная наставница. — Это у тебя подготовка полноценной валькирии, у мальчиков же с этим туго… Коты ещё туда-сюда, а вот остальные — не тянут. Понимаешь, это как с когтями. Для тебя — нормально и естественно, а для большинства республиканцев, не говоря уже о внешниках — дикость и насилие. Боятся наши когтей. До дрожи боятся. Поэтому сёдлами, как и когтями, балуются совсем уж повёрнутые на сексе натуры. Но для тебя это нормально. Кошки правы — ещё и добавки попросишь. Ты ведь там, в отличие от импланта, сам участвовать в процессе будешь. Поверь мне, как наставнице.
Странно, но вдумчивая отповедь ариалы подействовала отрезвляюще. Я взглянул на проблему с новой стороны.
— То есть, в отличие от импланта, теперь и я смогу вносить свой вклад? Сам смогу регулировать ощущения партнёрши?
— Да. Мы создадим нужные алгоритмы, и будем их задавать — ты и твои кошки. Вместе, — с придыханием, в самое ушко, зашептала Арья, чем окончательно меня добила.
— Я готов! Надевайте!
И тут, в лучших традициях жанра, ожил мой инт. Входящий вызов оказался настолько высокого приоритета, что голограмма включилась, не спрашивая одобрения пользователя. Перед нами из воздуха соткался образ Координатора Службы Контроля, во всей красе её рыжей, немного лисьей, ипостаси. Высшая застала стаю в весьма пикантной обстановке. Я стоял в упоре лёжа, нависнув над Арьей. Та лежала на спине, чуть приподнявшись на локотках, и плотно обнимала меня ногами. Мы с рыжей образовывали центр экспозиции, остальные валькирии разместились вокруг нас в самых разнообразных позах — как те котятки вокруг мамаши-кошки. Ещё и Миска седло мне протягивает…
— О!.. Я не вовремя! — однако в интонациях снежки не было ни грамма раскаяния, открывшаяся ей картина только сильней распалила её любопытство. И без того отличное настроение Высшей взлетело на непредставимую ещё недавно высоту.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Не вовремя, — обрубила Милена, хмуря брови.
Ещё бы Старшей не быть хмурой! Кошке пришлось прервать такое увлекательное действо… В позе на карачках, с эффектно оттопыренной попкой, она пыталась тереться о моё плечо.
