— В палатке, — коротко ответил я, не желая озвучить свои соображения посреди улицы.
Когда мы вошли, то сразу расселись вокруг стола. Вопрос отсутствия оружия коробил не только меня, так что господа офицеры были настроены прийти к каким-то выводам и на их основе выработать стратегию дальнейших действий. Об этом прямым текстом сказал Дюган.
— Давай, выкладывай свои соображения. Подохнуть не за хрен собачий я не хочу. Так что если у тебя есть правдоподобное объяснение — мы слушаем. И подумаем, как навернуть на хитрый имперский болт свою ларрианскую гайку.
Собрав мысли в кучу, я начал:
— Если я что-то успел понять за время работы с имперцами, то у них мало что происходит просто так. Если тебе кажется, что имперцы творят какую-то дичь — присмотрись и поищи, кому это может быть выгодно. У них, в отличие от королевства, война властных группировок может быть в прямом смысле войной. Великие Дома могут целые вассальные рода кидать через колено, если сочтут это выгодным. Честь, обязательства, клятвы — пустой звук.
Ятис кивнул:
— Тоже успел заметить эту милую особенность. Но если ты прав, то это что получается? Кто-то хочет подстроить всё так, чтобы мы оказались с голой задницей в бою. И чтобы в этом кто-то был виноват, так? — вопрос был адресован мне.
— Только ерунда какая-то получается, — вздохнул. — Первым же виноватым будет наш майор, а за ним каждый следующий командир. И поднимется репрессивный аппарат настолько высоко, насколько большие последствия будут у нашего поражения. Поэтому этот вариант маловероятен.
Постучал пальцами по столу.
— Есть другой. В моей полусотне десятник — настоящий рубака. Боец отличный. Допустим, таких среди наших подопечных десять, может, двадцать. Завтра — послезавтра нас всех подставят так, что, столкнувшись с северянами, мы предпочтём сдаться, ведь в бою никаких шансов даже задержать, не говоря о том, чтобы остановить атаку противника. Нас сразу пытаются завербовать, и вот, команда внедрения оказывается в стане противника.
Дюган отрицательно покачал головой.
— Чушь. Есть куда более простые способы. Скорее уж диверсанты будут подстрекать всех переметнуться, а потом перебьют отказавшихся.
Киваю:
— Да, так даже правдоподобнее. Но вообще диверсантов забрасывают другими путями, так что это так, мои фантазии на тему. Я думаю, всё проще. Нас аккуратно выведут на поле боя. Навяжут бой, чтобы мы показали не разгромные, но низкие результаты. Наши командиры и ни при чём, это у нас дисциплина ни к чёрту и оружие мы в руках держать не умеем. Напишут красивые отчёты. А затем эти отчёты ткнут в морду тому, кто предложил использовать ларрианцев против северян. Позорное снятие с должности.
Дюган нахмурился.
— Это получается как? Мы своими жизнями будем платить за то, чтобы какую-то задницу подвинули с нагретого кресла?
Ятис невесело улыбнулся.
— Добро пожаловать в империю.
Гир демонстративно сплюнул на землю, выражая своё к империи отношение.
— Тогда что будем делать? — перевёл тему Ленс. — Мы даже не знаем, к чему конкретно готовится.
— Я могу подслушивать нашего майора, — предложил Гир.
На что получил ответ Ятиса:
— Мы тебя поздравляем, но что это даёт? Не думаю, что этот кретин стоит перед зеркалом и рассказывает сам себе, как нас обманул, смакуя хитроумный план. А ты вряд ли сможешь держать заклинание двадцать четыре часа без остановки.
Дюган самодовольно улыбнулся.
— Когда я говорю, что могу подслушивать, это значит — я могу подслушивать. Выдернуть малого воздушного духа, и пусть он целыми днями слушает всё, что происходит вокруг майора, — Гир широко улыбнулся. — У нас здесь не поместье родовое, защищённое по всем правилам. Никто ничего не заметит.
Это уже было интересно.
— А почему за майором? — спросил Ленс. — Может сразу за командиром полка?
Гир отрицательно покачал головой:
— Нет, опасно. Наш майор явно не самый выдающийся маг. Он постоянного присутствия наблюдателя и не заметит, а кто-то посильнее обратит внимание.
— Хватит и Ракбина. Рано или поздно сам он или кто-то из его окружения проговорится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Дюган вздохнул.
— Есть один нюанс, господа. Пусть призванный дух не требует моего ежесекундного контроля, но расход магии…
Гир недвусмысленно намекал, чтобы мы поделились с ним эссенцией. И это меня удивило, я знал, что расход там должен быть вполне терпимый. Но, раз ему зачем-то потребовалась магия, это приемлемая цена. Эссенция входила в стандартное довольствие, ими офицеров снабжали имперцы. Я первый передал ему свой флакончик.
Родовой источник Эвверанов меня подпитывал, однако не в полную силу. Сейчас источник, вероятно, приводили в порядок. И это играло мне на руку. Всё же когда маг подпитывается от полноценного истока — это заметно.
— Держи. Будем надеяться, майор проболтается до того, как мы окажемся в западне.
Глава 6
Тревога прокатилась по лагерю обжигающе холодным душем. Каждый из нас знал, что рано или поздно, не завтра так послезавтра, мы встанем и стройными рядами пойдём умирать и убивать. Не знаю, какие разговоры ходили среди солдат, уверен, были и те, кто сторонился этих мыслей, стараясь не только не озвучивать возможную близость боя, но даже думать себе запретил о подобном. Другие, наверняка, наоборот, охотно обсуждали предстоящие бои, с показательным безразличием настаивая на неизбежности потерь. Мы в своём кругу до абстрактных разговоров не доходили, не было в нашей маленькой компании настолько дружеской атмосферы, чтобы делиться переживаниями и эмоциями. Стресс мы снимали работой и подготовкой.
Но вот сигнал к началу подан. Людские массы пришли в движение. Стоило звуковому сигналу утихнуть, как понеслись команды десятников и, реже, лейтенантов, старающихся придать внешне хаотичному метанию упорядоченный и стройный вид.
Меня сигнал застиг в расположении хозяйственной роты. Проверял, это только моим ребятам достались рваные тряпки вместо портянок, или явление сие носит массовый характер. Оказалось — массовый, какие-то проблемы с тканью. Трое немолодых рядовых, в силу различных обстоятельств негодных для строевой службы, но пожелавших продолжить тянуть лямку, показывали мне, из чего приходится нарезать портянки, одновременно сетуя на жизнь и службу. С моим появлением мужики сначала напряглись, но когда мы познакомились, и я показал, что усложнять им жизнь не планирую, отношения были налажены. Правда, профита получить так и не удалось, мужики и так старались по максимуму. Всё зависело от снабжения. Тревога заставила их полностью переключиться на работу, и я последовал их примеру.
В расположение полусотни пробивался через снующих туда-сюда солдат, особо не спешил. У нас никаких предписаний на тему действий на случай тревоги не было. Не нужно было куда-то бежать, срочно вооружаться, снова бежать и занимать какие-нибудь позиции. Требовалось только собрать и проверить личный состав, после чего ждать приказов.
К тому же моё спокойствие подкреплялось магией. Первое, что я сделал — прислушался к потокам энергий. На моём текущем уровне подготовку мощных атакующих или осадных заклинаний я мог определить с дистанции в километр, а может, и полтора. В этом с хаотиками никто не мог соперничать.
Картина, встретившая меня на крохотном клочке земли, была ожидаемой. Ралф стоял в стороне и смотрел на метания рядовых и рекрутов со смесью брезгливости и насмешки. Динг и Варис строили людей, два новоиспечённых десятника, Илик и Хойс, старались спрятать панику и в меру разумения построить хотя бы рекрутов в ровную коробочку, чтобы они не мешали остальным. Моё появление, как водится, резко снизило уровень паники и повысило уровень вменяемости у всех участников балагана. Вид спокойного и уверенного командира успокаивает и настраивает на рабочий лад. А тем, у кого настройка сбита, зуботычинами и затрещинами помогал Ралф, включившийся в процесс.
Вскоре передо мной стояли три десятка рядовых, каждый под командованием одного из настоящих десятников, а за их спинами две коробочки рекрутов.
