Читаем без скачивания Коричневый меч - Иар Эльтеррус

– Ты расколдуешь их, да, Найяр? – только и спросила Ши’А.

Спазм в горле мешал говорить, в ответ я только кивнула. Память всех предыдущих Коричневых Лордов, и Аркмена в том числе, дала возможность понять, каким именно заклятьем воспользовался этот подонок. А зная состав яда, можно найти противоядие. И оно было в моих руках.

Хвост драконы нервно дергался, Ши’А не могла больше сдерживать волнение. Спустя столько столетий она вновь обнимет детей, сможет приласкать и расцеловать.

– Начинай, – выдавила из себя Мать Драконов.

«Ты готов?» – обратилась я к Феликсу.

«А разве бывает по-другому? Только что-то тут не так».

«Конкретнее сказать можешь?»

«Пока нет, но чувствую, что что-то неправильно».

Перестраховщик он. Что может быть «не так»? Заклинание – знаю, Силой Предела – владею. Что не так?

Наклонив голову и вытащив Меч, я приступила к плетению связки развоплощения. Вокруг каждого камня образовывалась невидимая паутина, которая разрушала твердую породу, отрывая кусок за куском. Я прикасалась Мечом к коричневым камням, произнося имена дракончиков. Через мои руки на рукоять, а потом уже и на само лезвие Меча текла энергия, несущая в себе Силу Предела. Каменная крошка осыпалась и осыпалась, но дракончиков видно не было.

«Я же говорил, тут что-то не то!» – заорал Феликс.

– Что происходит?! – зарычала дракона. – Где мои дети?!

От пяти камней остались груды мелкой крошки, и все… Драконят не было.

– Ты предала меня, – зашипела Мать Драконов. – Людишкам нельзя верить! Ты отобрала у меня последнее!

Хвост драконы метался из стороны в сторону, языки пламени вырывались из ее пасти. И вся эта махина горя, боли и ненависти двинулась в мою сторону. Я бы могла остановить Мать Драконов, призвав Силу Предела, но не стала. Даже инстинкт самосохранения не сработал. Нельзя, нельзя так поступать с Ши’А. Нельзя применять против нее магию. Если я это сделаю, то мир драконов навсегда будет потерян для людей. К тому же я никогда не была и не буду предателем.

До моей неминуемой гибели оставалось четыре драконьих шага. Ши’А надвигалась на меня как танк. И вдруг между нами заискрились пять серебряных звездочек. Они то подлетали ко мне, то к драконе, словно пытались остановить одну и защитить другую. Но ярость застилала глаза Матери Драконов, она ничего не замечала вокруг. Сейчас она дыхнет, и от Коричневой Леди останется горстка пепла.

– Мама!!! – неожиданно раздался звонкий детский голос. – Мама!!!

Дракона замерла.

– Мама! – кто-то вновь окликнул Ши’А.

Дракона оглянулась, я тоже. Но на плато никого кроме нас двоих не было. Только пять серебряных звездочек, мерцающих разделительной полосой между мной и Ши’А.

– Мама! Мама! Мама! – наперебой кричали детские голоса.

Звездочки рванули с места и закружились вокруг драконы. Голоса казались знакомыми до боли. Так вот кто это…

– Мама, Найяр не виновата. Она хорошая, – заступилась за меня Ла’Рей.

– Прими ее, – посоветовал мудрый Кор. – Она достойна дружбы драконов.

Голос мальчика звучал не по-детски рассудительно.

– Мы уходим, мама. Наше время давно прошло, – я узнала голос Ти’Рея.

Так вот оно что… Заклятье было снято по всем правилам, да только поздно. Время не пощадило детей драконы. Их тела, заточенные в камни, истлели. Вот почему в последних снах все окутывал туман. Я опоздала, совсем немного… Дракончиков больше нет, сохранились лишь их бессмертные души. И сейчас они свободны. Пять звездочек – пять драконят.

– Мы любим тебя, мамочка. Всегда любили и будем любить! – хором произнесли дети Ши’А.

– А сейчас нам пора, – в голосе Кора слышалась боль и тоска. – Когда-нибудь мы встретимся, я обещаю.

Звездочки вновь закружились вокруг драконы. Каждая из них прикоснулась к щеке Ши’А, словно в прощальном поцелуе, а затем они взмыли в небо и исчезли.

Говорить что-либо не имело смысла. Утешать? Как? Пустые слова, они не снимут боль и не вернут утрату. Слова не нужны ни ей, ни мне. Заходил за горизонт Цейл, освещая красным цветом слезы на наших щеках.

– Ты все еще хочешь слияния? – спросила дракона, глядя куда-то вдаль.

– Хочу.

– Тогда давай сейчас, пока я не передумала.

Вытерев глаза, я повернулась к ней и достала Феликса. Меч неоднократно объяснял мне, что надо делать и как происходит слияние.

– Привет, железка, – выдохнула Ши’А.

– Привет, лапуля.

Дракона протянула лапу и дотронулась до Феликса. Вторую она подала мне. Создав таким образом треугольник, мы голос в голос стали произносить заклинание Слияния. Нервное беспокойство электрическими разрядами било по телу. Мне стало как-то не по себе, тревога охватила дракону и Меч. Но мы продолжали. Вот прошла первая часть – Меч и Хранитель. Осталось только слиться с Драконом. Тело мое скрутило спиралью, разрывая на части. Грудь сдавило так, что дышать стало невозможно. Кромешная тьма окутала со всех сторон, в глазах засверкали искры, и я потеряла сознание.

– Нин, Нинок, – кто-то усиленно тряс мое плечо. – Нина…

Пахло попкорном. Я открыла глаза – рядом сидел Алешка Криворучкин.

– Кино кончилось, – улыбнулся Лешка. – Ну ты и мастер поспать.

Озираясь по сторонам, я не могла взять в толк, где нахожусь. Состояние – словно пыльным мешком по голове огрели. Если бы не шок, то я, скорее всего, заорала бы на весь кинозал.

– Идем, мы последние остались. Тебя сложно разбудить.

Три уборщицы смотрели выжидающе – им зал убирать после сеанса надо, а я, понимаете ли, спать соизволила. Мой кавалер растерянно улыбался:

– Идем, пора уже…

Словно в тумане, я поднялась и направилась следом за ним к выходу. Мутило и дико болела голова.

«Меч, миленький, что произошло?»

В ответ – тишина. Мне стало жутко.

«Феликс, прошу тебя, не молчи!»

Лешка робко взял мою руку и повел за собой, словно маленького ребенка.

Что случилось? Где Ши’А? Слияние произошло? Вопросы сыпались, словно горох. Мы вышли из кинотеатра, свежий ветер помог не потерять сознание. Господи! Что случилось? Мне было тошно и больно. Неужели все, что произошло – всего лишь сон? Меч, дракона, гибель Дара – это все плод моего воображения? При мысли о Даре сердце сжалось от боли. Оно не хотело принимать его смерть…

Криворучкин шел рядом молча. Сквозь пелену слез я посмотрела на него. Как давно мы виделись с ним в последний раз? Кажется, в прошлой жизни. Разреветься бы, но нельзя, Коричневая Леди не плачет.

«Фе-ликс, – выл внутренний голос, – ми-лень-ки-и-ий… Фе-ли-икс…»

Я отказывалась верить глазам – мир вокруг был чужим, не моим.