class="p1">Но тут мы вышли к реке. Сперва повеяло влажной свежестью. Потом мы услыхали плеск воды. И только после узрели небольшой пирс, к которому была пришвартована очень старая ладья.
— У меня такое чувство, что мы попали в Каирский музей. В самую скучную его часть, — проворчал Романов, и кинул свой Оскар в темную воду.
Последний час нашего пути он так развлекался. Отбрасывал от себя статуэтку, чтобы та вновь появилась в его руке.
— Нет!
Я с удивлением уставилась на Танеферт, лицо которой исказил неподдельный ужас. Ахмес тоже выглядел крайне потрясенным. Неужели этих двоих повергла в отчаяние одна старая ладья?
— Типа переправа отменяется? — догадался Романов.
Танеферт всхлипнула всем телом, и повернувшись ко мне, изрекла тоном, котором зачитывают некрологи:
— Это солнечная лодка бога Ра. Вот в каком она состоянии…
Глава 33. Танеферт
Я злилась. Очень. Ахмес прятал глаза и вздыхал, значит ничего хорошего дома меня не ждет. И в этом его вина. Мы долго шли молча, бок об бок. Он не хотел начинать разговор. А я решила пока подумать, раз уж есть такая возможность. Очевидно, что всю нашу компанию затянула на Небо именно я. Итак… Ни у кого из живущих магов нет таких сил, чтобы попасть в это место. Сюда мы добираемся только во сне. Под влиянием зелья, позволяющего отделиться нашему Ба от тела. Собственно, и сейчас тут не мы, а наши Ба. Допустим, как мне удалось перенести всех понятно — я использовала энергию, данную мне демоном. Не рассчитала, и сила подействовала не только на меня, но и на Романова, и на Дашу, и на Ахмеса и, скорее всего, на самого демона. Вот почему мы так странно все тут выглядим. Как персонажи из детской книжки. Это не мы, это наши Ка в моменте: наши мечты, надежды, наши знания, наш характер. Поэтому мы чувствуем себя в этих своих оболочках, как будто бы в своих телах. Хотя… я уже немного неуютно. Наверное, если мне удастся отсюда выбраться, мой Ка тут изменится. Как минимум у меня отрастут длинные густые волосы. И вот отсюда вопрос, как нам выбраться? И куда мы выберемся, если это вообще возможно? Или мы все уже умерли и теперь стали частью Неба.
Я почувствовала легкое прикосновение к своей руке пальцев Ахмеса.
— Рад, что ты жива и невредима, моя госпожа, — прошептал он.
Я посмотрела на него не без удивления и изрекла в подобающей манере:
— Наши Ба на Небе. Что с нашими телами не понятно. Так что я бы не была столь оптимистичной. И кстати, почему мы все идем именно в том направлении?
— Потому что я так сказал, — он тоже улыбнулся, — А ты всегда идешь за мной. Хотя никогда этого и не признаешь.
— Вот еще! Забыл, что я выпила зелье, чтобы сбежать от тебя.
Он показательно развел руками и заявил:
— И вот где мы все!
Бесит!
— Знаешь, что я думаю? Я уверена, что все вот это не моя ошибка, а твоя — я неопределенно махнула в сторону. Тут в любую махни будет неопределенно. Кругом черный туман.
— Интересно, и в чем я ошибся?
— Тебе с самого начала не нравилось, что я поехала в столицу. И ты узнал о моем плане. А потому подпортил мне зелье, чтобы мое Ба не смогло переместиться в тело Мутемуйи.
— Если бы я взялся портить твое зелье, то рассчитал бы все правильно. Ты оказалась бы в теле рабыни и провела ту ночь со мной, — прорычал Ахмес, — Может быть хоть так поняла, от чего бегаешь.
— И что пошло не так?
Ахмес вдруг перестал шипеть рассерженной гадюкой, и ответил нормальным, даже усталым человеком:
— Не знаю. Я понятия не имел о твоем дурацком плане. Ты ведь держала его в тайне, разве нет? Я услыхал о нем от Неши, когда она прибежала и начала верещать, что в тебя вселился демон.
— Ну, тогда версия номер два, — я пожала плечами, — Ты вызвал демона, и он вышел из-под контроля.
— Хм… — он посмотрел на меня с интересом, — Я помню тот трактат, с которым мы играли в детстве. Последние дни я думал о нем все чаще и чаще. Если честно, я подозревал тебя в том, что ты вызвала демона, и он вышел из-под контроля. Хотя еще десять дней назад эта старинная писанина казалась мне проделкой старинного шутника. Там такие дурацкие ингредиенты: кровь мертвого крокодила и порошок бирюзы смоченной слюной пустынной собаки и зарытой на три часа в пустыне в полнолуние.
— Зарытой на локоть, — я усмехнулась.
— Вот именно. В детстве это была отличная игра, но обретя знания я понял, что рецепт не более, чем розыгрыш.
— И все же демон каким-то образом попал в наш мир.
— В какой-то из миров, — поправил меня Ахмес и слегка кивнул на шедшую за нами парочку, — Эти люди не из нашего мира.
— Из нашего, — я вздохнула, — Только из далекого будущего.
— Ты была в нашем будущем? — его глаза расширились.
Только вот порадовать мне его было нечем:
— Нас там уже тысячи лет как нет. И богов наших давно забыли.
— А что же там есть? — он выглядел потрясенным.
— Интернет, телевизор, тик-ток, высокие дома и очень быстрые повозки. И Амрит Дубей, — я усмехнулась, снова оглянувшись на идущих рядышком Дашу и Романова. Кажется, они встали на путь примирения. Во всяком случае Саша смотрел на Дашу с нескрываемым обожанием.
— Он Амрит Дубей? — Ахмес деловито ощупал на поясе все представленное оружие, словно выбирая, с каким кинуться на несчастного парня.
— Нет, что ты! Он всего лишь Саша Романов, простой студент. А Амрит Дубей настоящий принц.
— У тебя с ним что-то было?
— О да, — смех сдерживать становилось все труднее. Ахмес так уморительно свирепел, — Я перед ним голой танцевала.
— Демоны Дуата!
На этом интригующем моменте разговора мы вышли к Реке. А потом увидели божественную ладью. И сразу многое поняли. За исключением одного, как же все-таки демон проник в мир людей?
Романов подошел к причалу и ткнул ладью в обветшалый бок. И палец его провалился в трухлявую обшивку.
— И что все это значит?
Он задал вопрос нам обоим, но отвечать взялся Ахмес.
— Полагаю, это выход. Надо проплыть божественным путем до восточной точки горизонта. Иначе в мир людей отсюда не попасть.
— Божественная ладья? — Сашка еще раз ткнул пальцем в обшивку, снова проделав в ней дыру, — Это хуже, чем пенопласт. Нам понадобится куча богов, чтобы привести судно
