— А ведь и правда, так лучше, — согласился бедняк. Взял он в обмен плетеную шляпу и пошел дальше.
Но вот посыпал снег, поднялась метель. Видит он — темнеет в открытом поле каменный Дзидзо[202].
— Надо же, в такой холод, в такую метель стоит, бедняга, совсем нагой! Снег ему на голову сыплется… Озяб, верно, Дзидзо-сама, — сказал про себя бедняк и надел широкую шляпу на голову Дзидзо.
А дома жена поджидает с нетерпением, когда же вернется муженек, рису принесет, чтобы можно было новогодний ужин приготовить. Уже в потемках вернулся муж с пустыми руками и стал рассказывать:
— Не продал я пряжу. Обменял ее у одного старика на плетеную шляпу, да увидел, стоит на дороге каменный Дзидзо-сама, зябнет под снегом. Я и надел шляпу ему на голову.
Не упрекать стала жена, а ласково утешать:
— Шляпа-то нынешним вечером нам и вовсе не нужна. Вот и хорошо, что ты подарил ее милостивому Дзидзо.
Без ужина сумерничать не в радость, и муж с женой рано улеглись спать. Посреди ночи проснулись: как страшно бушует метель!
Вдруг вой ветра утих и послышались грузные шаги, будто тащит кто-то тяжелую ношу.
— Кто б это мог быть? В такую пору! — толкуют меж собой бедняк и его жена.
А шаги все ближе и ближе… Путник идет к их дому. Изумились муж с женой, подняли головы.
Вдруг кто-то громко крикнул:
— Спасибо за драгоценный подарок!
Бух! — ночной посетитель сбросил тяжелую ношу у самых дверей.
Выглянули муж с женой. Лежит возле дома большой мешок, а вдали исчезает за пеленой метели каменный Дзидзо с широкой шляпой на голове.
Открыли мешок, смотрят — а он битком набит золотыми монетами.
165. Замок Повелителя Муравьев
В старину это было, в далекую старину. Один человек торговал рыбой вразнос. Как-то раз полил сильный дождь. Вдруг разносчик заметил, что одного муравья вот-вот унесет потоком воды. Держится он лапками за сосновую иглу, а гибель подступает к нему все ближе.
У разносчика сердце было доброе:
— Эх ты, бедняга, жаль мне тебя!
Протянул он муравью конец своего коромысла и вызволил его из беды.
На другой день опять идет разносчик этой же дорогой. Вдруг, откуда ни возьмись, вырос перед ним человек огромного роста и говорит:
— Вчера ты спас муравья. Великое тебе спасибо! Мы хотим тебя отблагодарить. Следуй за мной!
— А куда идти-то?
— Я покажу тебе дорогу.
Пошел великан вперед и вдруг остановился перед крошечной дыркой в земле. Показал он на нее рукой:
— Полезай туда!.
Разносчик так и оторопел:
— Куда, в эту махонькую дырку? Да как же в нее влезть?
— А ты зажмурь глаза покрепче, остальное — не твоя забота.
Послушался разносчик, зажмурил глаза. А когда открыл их, то показалось ему, что он в райском саду.
Цветут кругом цветы всех четырех времен года — красные, белые, желтые, лиловые. Над цветами пестрые бабочки летают невиданной красоты. В воздухе разлит сладкий аромат. А поодаль сверкает сквозь легкое покрывало весенней дымки великолепный замок. Замер невольно на месте разносчик и спрашивает:
— Чей это замок?
— Я тебя провожу туда, — ответил великан. — Это замок Повелителя муравьев.
В тот же миг очутились они в замке. Ласково принял разносчика Повелитель муравьев. Гостю подали роскошные яства, а девушки-муравьи позабавили его веселыми плясками.
— Возьми эти дары в благодарность за спасение моего кэрая, — сказал Повелитель муравьев и подарил разносчику великолепный наряд из шелка.
— Стоит только махнуть рукавом этого халата — и получишь все, что пожелаешь. Но смотри, никому его не показывай, не то лишится он своей чудесной силы.
С той поры уже не надо было разносчику торговать рыбой.
Стоило только махнуть рукавом чудесного халата и пожелать чего-нибудь, как все вдруг появлялось: и деньги, и платье, и вкусная еда. Богато зажил разносчик в новом, прекрасном доме.
Как-то раз, когда муж ушел из дома, стала жена разносчика прибирать в чулане и заметила какой-то ларец. Откуда только он взялся? Открыла она его — а в нем нарядный узорчатый халат. Разобрала жену ревность.
«Уж наверно, — думает она, — принес муж этот наряд из какого-нибудь дурного дома, вот и прячет от меня. Ну погоди же, я проучу тебя! Узнаешь, как ходить к продажным красоткам!» Бросила она драгоценный наряд в очаг. И тут пламя ярко вспыхнуло и расстелилось по полу, как циновка. Все сразу занялось, запылало и сгорело дотла: новый хороший дом, одежда и утварь.
Вернулся разносчик, а вместо дома — пепелище. Стоит жена возле дымящихся углей и горько плачет:
— Большую беду натворила я, муж мой! Нечаянно, сама не знаю как, сожгла весь дом.
— Как, неужели все сгорело дотла? Но хоть ларчик успела ты вынести из огня? Тот, что стоял в углу чулана?
— Нет, он сгорел самым первым.
Разносчик только вздохнул:
— Ну, тогда все пропало! Не взмахнешь рукавом, которого нет.
166. Как впервые выпал снег
В глубокой древности страна Аидзу[203] не знала ни снега, ни зимнего холода. Круглый год там было тепло.
Однажды пришел туда с севера какой-то бродячий монах. В одной руке у него был посох, а в другой — широкий зонт. Устал он и решил отдохнуть в чайном домике. А там народу полным-полно. Уже долгие часы совещаются между собой крестьяне этого села, а ничего придумать не могут. У всех тревога на лицах написана.
Понял монах, что дело нешуточное, и захотелось ему помочь людям.
— Вижу я, вы сильно чем-то озабочены. Скажите, что за беда у вас случилась?
Отвечают ему крестьяне:
— Получили мы бумагу, что прибудет завтра в нашу деревню с досмотром сам владетельный господин здешних земель. И содержится в этой бумаге вот какой строгий приказ: «Чисто-начисто все прибрать, чтобы господин ни единой пылинки не заметил ни по дороге в деревню, ни в самой деревне. Ничто не должно оскорбить его взора». А в других деревнях, мы знаем, не сумели выполнить этот приказ, и вот кого мечом насмерть зарубили, кого в темницу бросили, а кому оброк удвоили. Всюду плач и стоны, и у нас в деревне тоже великое смятение. Совсем мы голову потеряли: ведь времени-то на уборку почти не осталось! Что тут придумаешь!
— Хо-хо, в самом деле, вот неожиданность, — улыбнулся монах, — словно птица из-под ног выпорхнула. Досадное дело!
Поразмыслил он немного и сказал:
— Не тревожьтесь, я придумал, как избыть беду. Прежде всего надо, чтоб завтра ударили сильные холода. Самый придирчивый господин скрючится тогда в глубине своего паланкина и даже носа наружу не высунет. А если все-таки выглянет, и тут я могу помочь. Знаете ли вы, что такое снег? Он холодный-холодный, но белый и красивый. Засыплет снег всю деревню, заметет поля и горы… Как господин ваш ни строг, но и ему будет не к чему придраться. Успокойтесь же, ничего худого с вами не случится.
Он говорил так уверенно, с такой добротой, что крестьяне удивились и обрадовались. Успокоенные, разошлись они по домам, толкуя о том, что такое «снег» и на что он похож.
На другой день все в деревне проснулись раньше обычного. Стали вставать крестьяне с постели, и вдруг их обдало небывалым холодом. Вот это был холод! Кожа на руках и ногах, того и гляди, потрескается. Вышли они из дома и ахнули! Неужели это снег, тот самый снег, о котором вчера рассказывал монах в чайном домике?
И поля, и горы, и дома, и деревья, и дороги — все кругом белым-бело стало, а с неба все падают и падают белые хлопья. Вся деревня, и стар и млад, высыпала на улицу, позабыв о лютом холоде. Люди кричали и шумели, бегали и прыгали, ловили снежинки и дивились на них.
А между тем прибыло известие, что господин сегодня с осмотром не приедет. Крестьяне на радостях побежали к дому старосты, где остановился на ночь бродячий монах.
