возвращение на родину будет отложено.
‘У меня своя команда.’
Капитан недоверчиво уставился на них. - ‘Ты думаешь, что сможешь управлять этим судном с ниггерами?’
‘Прошу вас не говорить так о моей команде, - сказал Мунго. - Они свободные люди и равны любому моряку в Новом Орлеане.’
Капитан, казалось, собирался возразить еще что-то, но что-то в глазах Мунго заставило его передумать.
‘Пусть будет по-твоему, - пробормотал он.
***
Переступив порог Баннерфилда, Камилла стала совсем другим человеком. В Новом Орлеане она могла жить с иллюзией свободы. В Бэннерфилде этого уже не было. Что бы Честер ни позволял ей скрываться из виду, в его доме она могла быть только одна. Она сняла свою красивую городскую одежду и надела простое белое платье домашней рабыни. Она распустила волосы и спрятала их под простой чепец. Она поужинала вместе с другими слугами на кухне, едва притронувшись к еде. Наверху, в столовой, Честер и Исаак будут ужинать на тонком фарфоре и с серебряными столовыми приборами.
По крайней мере, она была там. Она думала, что будет трудно найти предлог, чтобы убедить Честера позволить ей приехать в Баннерфилд. Но шанс, на этот раз, улыбнулся ей. Честер вызвал ее сам, без всяких объяснений, на следующее утро после того, как она увидела Мунго. Целый день, чтобы подготовить себя, а потом два дня вверх по реке, привезли ее в Баннерфилд в тот день, который она установила. Часть ее беспокоилась, что это не было совпадением, что кто-то видел их вместе, но даже этот страх не мог полностью подавить надежды, которые она позволяла себе чувствовать. Она заберет Исаака, присоединится к Мунго и навсегда покинет эту жизнь.
Честер не позволил ей сразу увидеть Исаака. Вместо этого он отправил ее в маленькую комнатку на чердаке. Пребывание там, в ловушке этого тесного пространства, разрушило ее надежды. Это могла быть ее первая ночь в Баннерфилде – или даже еще раньше, в табачной лавке в Уиндемире. Она была совершенно беспомощна.
Она не знала, сколько времени прождала, когда услышала шаги на лестнице. Совсем как в старые времена, только теперь тяжелее. Ее мышцы напряглись. Ручка повернулась, и дверь открылась. Честер наблюдал за ней с порога.
Даже за несколько месяцев, прошедших с тех пор, как она видела его в последний раз, он стал еще страшнее на вид. Его волосы поредели до такой степени, что он не мог это скрыть. Вместо этого, смирившись с неизбежным, он обрил голову наголо. Он стал еще толще, его живот обвис на талии, а руки стали толстыми, как коровьи ляжки. Другой мужчина, возможно, выглядел бы жалко, но Честер нес этот груз с естественной силой. Он больше не был слабым адвокатом, которого другие не замечали; огромная масса его тела казалась эманацией силы, которая росла в нем. Или, возможно, сила всегда была здесь, но никто этого не замечал.
Невозможно было ошибиться, чего он хочет. На нем был только шелковый халат, под которым ничего не было. Его живот раздвинул складки халата.
‘Какие новости из Нового Орлеана?- спросил он, как будто они сидели в салоне и пили чай.
Так вот зачем он ее вызвал? Камилла была так удивлена, что с трудом ответила на его вопрос.
- В Манчестере, в Англии, строятся новые заводы. Они подняли цены на хлопок, и в настоящее время в Новом Орлеане нет предложения, чтобы удовлетворить спрос. Чем скорее вы сможете вывести свой урожай на рынок, тем больше вы получите от него прибыли.’
Честер задумчиво кивнул. - ‘Хорошо. Раздевайся сама.’
Камилла расшнуровала платье и сняла его. Она скинула нижнюю юбку и легла на кровать.
Подумай об Исааке, сказала она себе.
‘Есть еще кое-что, - сказал Честер. - Мунго Сент-Джон.’
Камилла замерла. Ей хотелось перевернуться на другой бок и зарыться лицом в одеяло, чтобы эмоции не выдали ее, но она не могла. Серые глаза Честера были тверды, как стекло, когда он смотрел на нее сверху вниз. Все его тело, казалось, пульсировало от желания, которое не имело ничего общего с телом Камиллы.
‘Вы нашли его? - Спросила Камилла.
- Нет, - ответил Честер. - Пока нет, - добавил он. - ‘Но в Новом Орлеане недавно появился человек, который называет себя Синклером. Гранвилл видел его на Рю-Рояль - он уверен, что это был Сент-Джон.’
Он сделал шаг в ее сторону. Его тело было влажным от пота, так что он походил на огромную скользящую улитку. - ‘Ты видела этого человека - Синклера?’
Что она могла сказать?
‘Он был на балу у Туссена.’
- И что же?’
Она попыталась вспомнить всех людей, которые там были. Кто-нибудь видел их вместе? Франсуа, конечно. Если Честер заговорит с ним, он быстро выяснит, сколько времени Камилла провела на балконе с Мунго. Или, возможно, он уже знал и играл с ней, проверяя ее преданность.
Она должна была что-то сказать. Она вспомнила предложение, которое он сделал ей раньше - твоя свобода и твой сын в обмен на Мунго Сент-Джона. Если она признается, что видела его, выполнит ли Честер эту сделку?
Но, глядя на него снизу вверх, она не думала, что он знает правду. Последние полтора года он провел в страхе перед Мунго. Если бы он был уверен, что Мунго вернулся, то не смог бы этого скрыть.
‘Это мог быть Мунго, - сказала она с сомнением, словно пытаясь вспомнить.
‘Мог быть?’
‘Он был в маске – я не видела его лица - и прошло много лет с тех пор, как я видела его в последний раз. Но ... он был подходящего роста.’
‘Ты с ним разговаривала?’
‘Нет.’
‘Он тебя видел?’
‘Я так не думаю. Я провела большую часть вечера, танцуя с твоими друзьями. И я тоже была в маске.’
Честер поплотнее запахнул халат. Он сел на край кровати, глубоко задумавшись.
- Завтра ты должна вернуться в Новый Орлеан и разузнать все, что сможешь, об этом мистере Синклере. Если это Мунго Сент-Джон, он придет к тебе.’
‘Он, наверное, даже не помнит меня, - сказала Камилла.
Честер рассмеялся холодным смехом, который наполнил ее сердце ужасом.
‘Я в
