Зена входила и выходила, чувствуя мышцы барда, сжимающиеся вокруг её пальцев. Но воительница по-прежнему контролировала свои движения, не проникая достаточно глубоко.
Молодая женщина стонала. Дрожа от удовольствия, она ещё крепче ухватилась за воина, пытаясь удержаться на слабеющих ногах: «Прошу. Я… я… О, боги!!!»
Сдавшись на волю нестерпимому желанию, Зена больше не могла сдерживаться. Её пальцы нашли клитор барда.
Ощущения были непередаваемыми и столь сильными, что Габриель почувствовала, как уходит из-под ног земля. Весь мир вокруг перестал существовать. Была лишь Зена: её прикосновения… её желание… её пальцы, заполнившие барда.
Ощутив усилившееся напряжение мышц Габриель, воительница потянулась свободной рукой и, не тратя драгоценное время на возню с завязками, рывком порвала тонкую блузку барда, обнажив её грудь. Подавшись вперед, она с жадностью припала к возбужденному соску возлюбленной.
Для Габриель это было уже слишком. Выгнувшись всем телом, она отдалась на волю удовольствию, её поглотил мощный оргазм. Не в силах контролировать собственное тело, она громко застонала, чувствуя, как её накрывает одна волна за другой. Вцепившись в возлюбленную, она осела в её объятиях, лишенная последних сил.
Зена осторожно опустила барда на пол и ещё долго удерживала её в своих объятиях, прежде чем аккуратно высвободить пальцы.
Габриель вздохнула, испытав странную потерю, и ещё плотнее прижалась к воину.
«Как ты?»
Женщина сделала глубокий вдох, после чего кивнула: «Да, это было тааааааак хорошо!»
«Думаешь, теперь переживешь обед?» - поддразнила её Зена.
Габриель легонько поцеловала её в губы: «Ммм, не знаю насчет обеда, но до десерта, пожалуй, доживу».
Зена покачала головой: «Ненасытная».
Бард опустила глаза на порванную блузку и со вздохом запахнула её: «Я здесь ни при чем. Тебе так идет быть плохой».
«Кто бы говорил!» - усмехнулась Зена.
Габриель превратилась в саму невинность: «О чем ты?»
Улыбка воина стала ещё шире: «Твой отец прав. Ты всегда знаешь, что сказать, чтобы получить то, что хочешь».
«Ну, Азия говорила, что слова – это мой дар».
«Ммм, не могу с ней не согласиться».
Габриель усмехнулась: «Наверное, мне стоит переодеться» - стянув с себя блузку, она игриво запустила её в воина - «Похоже, новый аспект наших отношений здорово скажется на нашем гардеробе».
«Это плата за то, что ты меня мучила».
«Прости, но я ничего не могла с собой поделать» - призналась бард.
«Да уж» - протянула Зена – «Я заметила».
Габриель быстро извлекла из седельной сумки новый топ и, надев его, повернулась к двери.
Воительница прочистила горло: «Ничего не забыла?» - поддев трусы барда, лежащие на полу, она покачала ими перед женщиной, удерживая их на указательном пальце.
«Ой… я… эээ»
Зена подозрительно сузила глаза: «Кажется, у кого-то плохая привычка постоянно терять их».
Габриель густо покраснела и поспешно заговорила: «Я… я могу объяснить».
«Очень хорошо, рада это слышать. Потому что мне не терпится услышать твои объяснения».
Выхватив свои трусы у воина, Габриель быстро пристроила их на место, после чего оправила юбку: «Как-нибудь потом, обещаю» - лучезарно улыбнувшись, она выскользнула из комнаты.
* * *
«Кому-нибудь ещё подлить чаю?» - предложила Гекуба.
«Нет, мам, спасибо».
«Мне тоже не надо. Спасибо за потрясающий обед» - вторила барду Зена.
«Значит, тебе пришелся по вкусу мой фазан?»
Воительница посмотрела на свою спутницу и демонстративно медленно облизала пальцы, которые ещё совсем недавно доставляли той неимоверное удовольствие: «Просто пальчики оближешь» - произнесла Зена, хитро подмигнув барду.
Габриель обдало жаром, и она поспешно отвела взгляд.
Воительница же снова повернулась к матери барда и улыбнулась: «Никогда не ела ничего подобного. Пожалуй, не откажусь от добавки».
«Конечно-конечно» - засуетилась Гекуба, беря тарелку воина. Она мельком глянула на дочь – «Дорогая, ты слегка раскраснелась. Тебе нехорошо?»
«Мам, сказать по правде, мне ещё никогда не было так хорошо».
* * *
Закрыв за собой дверь в спальню, Зена нервно огляделась: «До сих пор не могу поверить, что твои родители позволили нам спать в одной комнате».
Габриель расплылась в улыбке: «Полагаю, ключевое слово здесь спать».
«Точно. Наверное, будет лучше, если ты займешь кровать, а я лягу на полу».
«Ты шутишь?! Мы наконец-то добились благословения родителей, а ты собираешься спать на полу?!»
«Мда».
«Н…но почему? Я просто хочу заснуть в твоих объятиях».
Зена закатила глаза: «Ага, где же я слышала это раньше?» - она повернула к барду спиной и расстелила возле кровати одеяло – «Спокойной ночи, Габриель».
Будучи не в силах скрыть свое разочарование, бард издала горький вздох: «Я… я не могу поверить».
«А придется. Я не собираюсь больше рисковать. Мне кажется, мы обе очень хорошо доказали сегодня днем, что ни одной из нас нельзя доверять. Мы как кошки».
Габриель глубокомысленно помолчала, после чего вдруг заявила: «Ну, хорошо, может ты и права».
«Разумеется, я права».
Лукаво улыбнувшись, бард легла на кровать и немного свесилась с краю: «Спокойной ночи, Зена, и приятных снов».
Воительница резко выпрямилась и погрозила ей пальцем: «Даже не думай об этом».
«О чем?» - удивленно осведомилась Габриель.
«Не надо разыгрывать мне здесь невинность».
«Что? Ты решила, будто я задумала завлечь тебя в свои сны?»
«Ээ… а разве нет?»
«Почему, если речь заходит о твоих неосознанных желаниях, ты ничего не можешь с ними поделать? А если дело касается меня, то все обязательно спланировано?»
«Ты права. Извини».
«Ну» - созналась Габриель – «Сказать по правде, у меня проскользнула такая мысль» - наградив воина самым жалобным взглядом, на который она была только способна, бард отдернула покрывало – «Пожалуйста… здесь так холодно без тебя».
Зена размышляла не больше секунды, прежде чем перебраться в кровать: «Ладно, ты победила, но веди себя прилично».
Габриель улыбнулась, довольная собой: «О, я обещаю…»
* * *
Воительница ещё какое-то время следила за мирно спящим бардом, прежде чем склониться и разбудить возлюбленную поцелуем.
С первым же прикосновением губ Зены, Габриель, открыла глаза, сонно моргая.
«Доброе утро».
«Мммм» - улыбнулась бард – «Несомненно, доброе».
«Я подумала, может, встанем пораньше и приготовим завтрак, порадуем твоих родителей до отъезда?»
