Гном сознался сам и сразу. Мне жутко хотелось его прибить. Да и не мне одному. Чаролика с трудом удержал Светозар, а Анабель - Лилирей. Но это бы ничего не решило. Кара могла околдовать любого. Интересно, как Снежный принц мог ей противостоять? Готов биться об заклад, что на тот момент она была еще и единственной, кто мог ему помочь - снять проклятие Дераса, ее брата. Ну, или ослабить. Пенелопа этого не рассказывала, но догадаться несложно.
И на этот раз мы даже не стали спорить, кто отправится на поиски. Зачем время терять, если так или иначе там окажутся все?
Мы переместились к шахтам, осмотрели завал. Гномы пришли к неутешительным выводам о том, что магия у Кары специфическая. Завал нужно разбирать вручную. И пока это сделаешь...
Лилирей спросил, где есть еще один вход. Гномы показали. Скэн на поверхности превратился в собаку. Черную и большую. Он - единственный мог подсказать нам направление. Мы прошли совсем немного, когда перед нами сгустилась тьма. Сандрия сдавленно охнула. Я прижал Диру к себе. Но ничего плохо не случилось.
Похоже, что Пенелопа вместе с талантом поиска неприятностей унаследовала еще и удачу. И как же это чудесно!
Глава двадцать четвертая
Пенелопа Громова.
Часовня для Ларинель была готова. Небольшая, но изящная. Построена она была из белого камня, обсыпанного янтарем и золотистыми блестками, от чего сияла на солнце так, что глазам было больно. Внутри на огромных стрельчатых окнах сверкали витражи. На полу - мозаика. Белое и золотое. Ничего лишнего. Ничего кричащего. Торжественное. Красивое. Естественное. Вдоль стен - живые цветы. Лилирей сделал так, что они никогда не завянут. У меня лично душа при этом радовалась. Надеюсь, что и Ларинель понравится. Мы творили от чистого сердца.
Да и время нашлось. Почему-то нашим двум тройкам опять выпала практика в Светлом Лесу. Уж не знаю, кто тут постарался, но я вздохнула с облегчением. Как бы ни хотелось мне посмотреть на то, как живут драконы и оборотни, сейчас важнее было посидеть в библиотеке в свободное время. И спасибо Лилирею, который направил нашу энергию на созидательную деятельность, а вторую половину дня отдал в свободное распоряжение.
Снежный принц был рядом. Всегда. Помогал нам строить часовню, а потом шел тоже в библиотеку. И если мы все забывали о еде, приносил нам ее, как заботливая нянюшка. Иначе не скажешь. Я засиживалась дольше всех, пока глаза не слипались и не становились красными. Дважды заснула прямо за книгами. Андриан уносил меня наверх. И я уже миллион раз поблагодарила судьбу за то, что он такой замечательный. Не ругается на меня, во всем помогает, поддерживает, ухаживает... Мечта, а не мужчина. И казалось бы, чего мне еще надо? Ладно, не буду себя накручивать, раз обещала.
Но поиски были безрезультатны. Мы договорились с Лилиреем и Анабель, что пройдем последнюю практику, и каждый вечер, когда начнется учеба, Андриан будет перемещать нас во дворец в библиотеку. Правящая эльфийская чета согласилась дать разрешение на пересечение границы Светлого Леса ему в любое время.
Последняя практика выпала нам у людей в небольшой деревушке с названием Копыта вепря. И зачем так называть место, где подобных зверушек не водится?
Сашка и Дира устроились ночевать в доме на окраине у одной вдовы, пообещав той помочь по хозяйству, если что. Мы с Андрианом оказались в противоположном конце деревни в доме купца. Нет, можно было, разумеется, остановиться у местного старосты на постой, но у него были три дочери на выданье. И они так смотрели на Снежного принца, что тот разом передумал. И правильно, ему только моей ревности не хватало. А ведь я еще и пакость могу сделать...
Практика у людей была скучноватой. Тут не было магии и чудес, как у эльфов или гномов. Но зато можно было развивать свои таланты. За шесть дней я придумала кучу заклинаний. Призывала дождь, очищала пруды, разыскивала пропавших коров и поросят. Веселее некуда.
Сашка и Дира тоже радовались практике так же, как я. Они безумно много рисовали утвари и посуды. Хорошо, что Ларана с нами не было. Ему бы пришлось хуже. Заставили бы выращивать деревья, кусты и цветы. Про овощи и ягоды я вообще промолчу.
И мне даже пришлось лечить рану маленькому мальчику, который напоролся на сук дерева, своим пением. Просто он очень боялся целителей, а меня почему-то считал волшебницей. Наверное, это было единственное полезное дело, которое я совершила. Хотя, возможно, что найденные поросята и коровы, вместе с их владельцами придерживаются противоположного мнения. На мой взгляд, остальное время я могла потратить с большей пользой. Поискать заклинание для Эрика, к примеру.
На третий день моего ворчания Андриан не выдержал и перенес нас в замок. Сказал, что мы собирались выбрать сокровищницу. Вернее, место для нее. И сейчас самое время. Ну да, в два часа ночи осматривать замок - самое оно. А какой он огромный оказался-то! Я и не подозревала обо всех этих парадных залах, лестницах, арках, переходах и башнях! Да уж, создавая его, Снежный принц явно перестарался. В итоге, после долгих колебаний и споров, одна из западных башен нас целиком удовлетворила. И сундуки, прятавшиеся повсюду, перекочевали туда. Мы вернулись под утро после этой чудной прогулки в деревню, а я, отвлекшись от тяжелых мыслей, смирилась с неизбежностью провести тут еще несколько дней.
Как хорошо, что теперь осталось завтра и все! Мы возвращаемся в Академию Магических Талантов. Я так по ней соскучилась. Как только я об этом подумала, в комнату ко мне без стука влетела девушка. Ну, в общем, здравствуй очередной пропавший поросенок, похоже.
- Там...там...на детей напали тени, - выпалила она.
- Где? - голос Андриана был холоден.
- В лесу. На поляне, где ели-шатры, - выпалила она.
Снежный принц кивнул. Я вскочила. Это место мы знали.
- Ты не идешь, - коротко бросил он мне.
Как это я не иду? У кого тут практика?
- Вызывайте подмогу, - кивнул он девушке. - Староста знает как. Если что - Пенелопа поможет.
С этими словами он открыл портал, а меня, словно током ударило. Страх холодной стеной пополз по телу, заструился по венам. У меня создалось ощущение, что отпущу его сейчас - никогда не увижу живым.
- Андриан, - не думая, рванула к нему, вцепилась в последний момент в его локоть.
Кажется, пока мы перемещались, он ругался. Сильно так, со вкусом. Мне было все равно. Главное - вместе.
Когда мы оказались на поляне, я впервые ужаснулась тому взгляду, которым он окутывал меня. Андриан разозлился. Глаза сверкали, синева стала почти черной. И он явно раздумывал над тем, что со мной делать - применить действенное телесное наказание или просто обратно отправить.
