Тем временем в Лэнгли полным ходом шли приготовления к нападению на Тизл-он-Даунз, владение Деклабера.
За эти дни многие побывали у Кристины, но только не Джейми.
Они с Эриком в деталях обсуждали план дальнейших действий. Джейми высоко ценил блестящие способности Эрика как стратега и его великолепные боевые качества как рыцаря. Он был незаменимым в вылазке, которая им предстояла. Однако оба знали, что в сложившейся ситуации Лэнгли нельзя оставлять без надежной и крепкой защиты. Какая-то неясная тревога не давала покоя ни Джейми, ни Эрику.
Лорен при встречах с Джейми была неизменно мила и любезна. Его отношения со Стивеном были вежливы, но прохладны. Судя по всему, Кристине удалось убедить брата в том, что отношения с Джейми начались исключительно по ее инициативе. Все решила она сама. Она и в дальнейшем будет сама решать свою судьбу.
Джейми был крайне удивлен, когда Стивен, улучив момент, попросил уделить ему немного времени для разговора с глазу на глаз.
День выдался особенно утомительный, и просьба Стивена сразу же насторожила Джейми.
– Я не расположен сейчас, лорд Стивен, говорить о вашей сестре, – предупредил он.
– А я, сэр Джеймс, не собираюсь настаивать на этом, – ответил Стивен.
Джейми согласно кивнул.
– В таком случае, о чем вы намерены поговорить?
– О двух вещах. Во-первых, Лорен и я уже некоторое время официально помолвлены. Учитывая недавние события, нам хотелось бы как можно скорее сочетаться браком. Отец Маккинли сказал, что будет счастлив совершить обряд бракосочетания.
– Насколько я понял, вы откладывали бракосочетание, чтобы на церемонии смог присутствовать отец Лорен? – спросил Джейми.
– Он поймет, почему мы предпочли обвенчаться в его отсутствие. Но поскольку в данный момент Лорен, как и я, является вашей заложницей, я обязан испросить у вас благословения.
– С радостью благословлю вас, и пусть отец Маккинли свершит церемонию.
Стивен удовлетворенно кивнул:
– Я не думал, что вы будете возражать, но должен признаться, что пока не говорил об этом ни с Лорен, ни Кристиной. Поскольку я не глухой и не глупец, мне известно, что вы намерены сделать вылазку на территорию Англии и напасть на принадлежащую Деклаберу крепость Тизл-он-Даунз.
– Это так, – кивнул Джейми, пристально глядя на Стивена.
– Я поеду вместе с вами.
Джейми удивленно приподнял бровь.
– Если вы примете участие в нападении на такую крепость, не видать вам ни прощения, ни помилования от короля Англии, – предупредил он.
– Ну, это еще спорный вопрос. Эдуард II склонен менять свои решения в зависимости от того, куда ветер дует. Если ему будет выгодно простить меня, он это сделает. Однако я согласен с тем, что это маловероятно, – сказал Стивен, пристально наблюдая за выражением лица Джейми. – Мой дом останется стоять на землях, которые много лет разоряют враждующие между собой стороны. Предполагается, что мы должны быть лояльны по отношению к англичанам, хотя большинство населения у нас сочувствует шотландцам. Поэтому англичане тоже производят на нас набеги из расположенных в округе крепостей. Король Англии иногда пожурит начальников гарнизона, но палец о палец не ударит, чтобы остановить их. Роберт Брюс принял меня в своем лагере и свел с вами, не угрожая насилием и не придавая никакого значения тому факту, что я беглец и что меня можно вернуть королю Эдуарду, потребовав вознаграждение.
– Роберт Брюс однажды помиловал одного человека, а его милосердие вскоре обернулось против него.
– Я не такой. Перейти на сторону шотландцев мне было непросто. Тут все сыграло свою роль – возмущение, обида и огромная жажда мести, потому что если бы не Деклабер, я не попал бы в заточение. Он однажды поклялся, что держит меня в заточении с большим сожалением, однако моментально забыл о своих дружеских чувствах, когда задержал меня по дороге в Лэнгли. Это он приказал своим людям, чтобы меня, Айона, Ламберта и Торна привязали к коням и проволокли по земле, но не убивали, потому что мы могли служить приманкой только пока живы. Он поспешил заявить, что я умру, а моя сестра и мои земли достанутся ему. Поэтому я с большим удовольствием буду сражаться вместе с вами против него и предлагаю вам свой меч – я владею им не хуже других, особенно если не горячусь, – и все остальное. Я знаю Тизл-он-Даунз. Ламберт тоже поедет с нами. Он очень обижен на своего прежнего хозяина, который не задумываясь подверг его жестоким пыткам. То, что он знает о местности, окружающей Тизл-он-Даунз, и о самой крепости, может принести вам неоценимую пользу.
– Я об этом подумаю, – ответил Джейми.
– Я попросил бы вас подумать еще об одном деле.
– О чем же?
– О том, что вы смертны, сэр.
– А вам не кажется, сэр, что каждый, кто идет в бой, может живым не вернуться?
– К возможности собственной смерти мы относимся спокойно. Я тоже не раз рисковал жизнью. Именно поэтому я так настаиваю сейчас на бракосочетании. Но в моем случае это скорее вопрос гордости. Отец Лорен богат и влиятелен, и она могла бы сделать гораздо лучшую партию, если бы мы так сильно не любили друг друга. Ваш отец умер, ваши родственники – люди замечательные, но кто, как не сам отец, сможет позаботиться о судьбе своего отпрыска? Если вас убьют, что станет с моей сестрой? Она, конечно, будет свободна. Но что будет с вашим ребенком? О сестре кому-то надо будет заботиться. Она, возможно, сочтет себя обязанной принять предложение английского короля или другого вельможи или рыцаря, чтобы выжить, потому что будет нести ответственность за другую жизнь. Если вас не будет, то вы уже никак не сможете повлиять на судьбу своего ребенка. Но если ребенок будет вашим наследником… Все, чем Роберт Брюс сочтет нужным вознаградить вас, перейдет вашему ребенку, признанному вами законным наследником.
Джейми молчал. Довод был весьма разумным, но он, поддавшись гневу, не принял его во внимание. Да и о своей смерти он уже давно не задумывался – после гибели Фионы он был никому и ничем не обязан.
– Я еще раз готов поклясться в своей преданности и с радостью приму участие в набеге на Тизл-он-Даунз, – продолжил Стивен. – Я могу вам очень пригодиться. Прошу вас отнестись к моим словам со вниманием. И как человек, которому предстоит сражаться бок о бок с вами, прошу проявить в другом вопросе такое же благородство, которого вы требуете от других.
Стивен поклонился и вышел, не дав Джейми возможности ответить не подумав.
Сидя в своей комнате, возмущенная Кристина то терзалась мыслью о том, что придется, видимо, еще долгое время провести в заточении, то успокаивала себя тем, что могло быть и хуже.
С заточением еще можно было смириться, но вот с тем, что она осталась одна… Кристина все еще сердилась на брата, потому что он, судя по всему, соглашался с остальными, что она не имела права рисковать своей жизнью, хотя ей удалось его спасти. И хотя она продолжала упрямо твердить, что не имеет ни малейшего желания выходить замуж за Джейми, однако самой себе она могла признаться, что делает это лишь потому, что он больше не желает ее видеть.
