Читаем без скачивания Надежда смертника - Дэвид Файнток

– Ни за что! – Я сделал паузу. – Джефф, есть причины, по которым я не хочу видеть его.

– Думаешь, у меня нет ни одной? – Он едко засмеялся. – Ради бога, Сифорт знал меня еще мальчиком. И вернул меня в Академию. Ты полагаешь, что я буду прекословить ему без посторонней помощи?

Неожиданно мне пришло в голову: мы знали точно, чего капитан хотел от нас, хотя ни один не осмелился высказать это.

– Что, если вы не увидите его, пока это не закончится?

– Тогда я мерзавец. Уже довольно тяжело смотреть на себя в зеркало, – Он продолжал с кислой улыбкой. – Даже в политике существует вежливость. Ты просто не можешь отказаться видеть Генерального секретаря, в прошлом или настоящего.

– Я знаю.

Это был тот тип оскорбления, которое оставляло одного уязвленным навсегда. Даже смертельная игра политики имела свои правила. Я вздохнул.

– Звоните мне; я буду здесь. – Я ушел, чтобы умыться и глотнуть освежителя дыхания.

В приемной я поинтересовался у дежурного лейтенанта:

– Что был за шум?

– Проклятые штатские. – Он раздраженно тряхнул головой, – Дюжина демонстрантов в коридоре. Один глупый мальчишка пробовал прорваться сюда, чтобы увидеть адмирала. «Это ужасно важно!» – кричал он, требуя, чтобы я пропустил его. Я приказал гардемарину вывести его в главный вестибюль: пусть кричит в очереди за билетами. Кстати, есть боковой проход, если вы хотите обойти пикетчиков.

– Нет, все нормально. – Я пригладил волосы и мрачно нахмурился.

55. Педро

Рука на плече вытряхнула меня из сна, в котором я так нуждался.

– Пошли, старик. Они ждут.

Я сидел на кровати, ослабевший, не в силах двинуть ни рукой, ни ногой.

– Кто?

– Двигай. – Это солдат оонитов, молодой и высокомерный.

Я скорчил рожу.

– Хочешь, чтобы я помочиться на пол или в штаны?

Шумно вздохнув, всем своим видом показывать отвращения, он отвел меня в блестящую кабину для верхних, все там покрыто кафелем и освещено ярким светом. Когда я закончил, я вымыл лицо, чтобы прийти в состояние боевой готовности, надел пальто. Не знаю, куда они меня сопровождали, и не хотел рисковать потерять его. Оно – единственное, что у меня было, за исключением запаса товаров.

После того как генерал покинул нас, они заперли меня в комнате ниже, на следующем этаже. Окон нет. Если я упорно прислушивался, то мог уловить постоянное гудение вертолетов, так что я знал, что сражение еще не была закончена. Теперь я позволяю им сопровождать меня назад, к лифту. Я волочу ноги особенно медленно, чтобы, досаждать им, даже иногда специально останавливаюсь для вздоха, хотя мне это совсем не нужно.

Незадолго до этого я вернулся в зал заседаний, я был в нем прежде, где Ф.Т. называл себя Чако. На сей раз меня ждали два человека.

Один был мой любимый офицер-оонит. Я вглядываться в него, чтобы вспомнить имя: Грувс.

– А! – сказал я. – Майор Гроунс.

– Грувс, – холодно говорить он и обратиться к верхней женщине. – Вы уверены…

– Это уполномоченный представитель? И ему?..

Ее тело было напряженно, лицо изможденное. Я усмехнулся в душе. Она в плохом состоянии, чтобы торговаться.

– К сожалению.

– Я понятия не имела. – Она изучила мое лицо. – Господин Чанг?

Я слишком раздражен, чтобы быть вежливым.

– Мизз Рыболов.

Пусть она думает, что я всего лишь нижний дурак. Вероятно, это правда. Потому что я беспокоился о долбаных границах, я начал потасовку, котора истребит всех моих нижних. Если не дурость, что эта было?

Она обратилась к Грувсу:

– Если вы не возражаете? – И жестом указала на дверь.

– Здесь, одну? Невозможно; я отвечаю за вашу безопасность.

Жена Рыболова Арлина разглядывала его, как таракана в тарелке.

– Прошу прощения? Это я отвечаю за свою безопасность.

– Госпожа Сифорт, если вы возражаете против меня, я должен позвать солдата, но все нижние рассматриваются как опасные…

Она резко стукнула по столу.

– Вон, проклятая задница! – Она с гордым видом идет к двери, распахивает ее. – Вы думаете, что я здесь в опасности? Мне сказать Рубену, что вы отменили его приказ?

– Очень хорошо. – Он говорит строгим тоном, старается уйти с достоинством. – Я поставлю кого-нибудь снаружи. Позовите, если…

– До свидания.

Я сказал быстро, прежде, чем он исчез:

– Удачного вам дня, лейтенант Гроун*. <Groan – ворчание, брюзжание.>

Она закрывала дверь, посмотрела мне в глаза.

– Они говорят, что вас обвинят в измене. Возможно, если вы поможете мне, я могла бы свидетельствовать…

Я плюнул большую каплю на стол. Она расположилась между нами. Это остановило ее, как я и хотел.

Ее пальцы барабанили по столу, ее взгляд сверлить меня. Затем:

– Господин Чанг, я отчаянно нуждаюсь в вашей помощи. – Она резко вскочила, принялась измерять шагами длину комнаты. – И я не уверена… – Она остановилась, положила руки на спинку стула, оперлась на него, как будто утомленная ходьбой. Наконец она посмотрела мне в глаза с решимостью. – Я не думаю, что заслуживаю этого.

Думает, она обманет Педро Теламон Чанга, взывая к его сочувствию? Ха. Мое сочувствие с моими нижними, с сабом Халбером, с остальными племенами, которые умирают на улицах.

– Но Ф.Т. заслуживает это. – Ее глаза искали мои. – Ник ушел, чтобы попытаться остановить эту ужасную войну… и создалось впечатление…

Совершенно неожиданно ее глаза наполнились слезами.

Я сидел неподвижный.

– …будто он не надеялся вернуться. Итак, Ник покинул Филипа. Я – единственная, кто остался у сына. Пожалуйста, помогите мне найти его.

В торговле признание слабости было обычно плохой идеей. Очень редко – хитрым ходом. Видимо, она так думала.

Я сказал только:

– Мзда?

– Что вам с этого? Что я должна дать?

Ага. Она завладела трудной ситуацией. Какой смысл в торговле, если не оставлено цели?

Я говорю резко:

– Верните мертвых нижних.

– Если бы я только могла! И Адам…Я буду так тосковать без него. – Она медленно подвинула стул ко мне, положив руки на колени, наклонилась, голова рядом с моей.

– Мне нужно исповедаться. Вы не выслушаете меня?

Неохотно я пробормотал:

– Я не верхний священник.

В первый раз я чувствовать страх. Эта женщина могла выбивать из колеи, подобно Рыболову.

– Все потерпело неудачу. Даже если я этим вызову проклятия на голову моего сына, пришло время для правды. – Она подняла глаза и смотрела на меня. – Понимаете, я начала это. Я позвонила Генеральному секретарю Кану, попросила у него помощи в поисках Филипа. Мой сын так молод, такой доверчивый… Когда Джаред убежал, Ф.Т. решил, что это была его вина. Он отправился за Джаредом в гостиницу, обыскал улицы… Если бы он позвонил или объяснил… Мы обезумели, Ник и я. Адам и Робби Боланд присоединились к нам, когда мы проследили их до города.

Она сделала паузу, уставилась на стол, на мою каплю слюны.

– Мы ничего не достигли, и с каждым прошедшим часом… Когда я хотела просить у Кана помощи, у Ника был приступ. Робби и я обсудили… Это казалось хорошей идеей.

Она крепко стиснула руки, как будто на них были кандалы.

– Я признаю, тогда меня не волновало, что происходило с вашими людьми. Но я понятия не имела, что это зайдет так далеко.

Снова ее глаза встретились с моими.

– Злым людям никогда не бывает достаточно, не так ли?

Я пожал плечами.

– Что они рассказали вам?

– Я был заперт в комнате. Взорвали дамбу – последнее, что я слышал.

Я проклинал себя за глупость. Никогда не говори того, чего не знаешь. Так ты только сбиваешь старого Педро.

– Ваши ниж… ваши хакеры посеяли панику на рынках и сломали достаточно кодов, чтобы заставить флот стрелять по войскам ООН. Генеральный секретарь Кан решил, что этого более чем достаточно. Утром военная база с орбитальной станции начала обстрел старого города лазерной пушкой. Они разрушают квартал за кварталом.

– Аххх! – Рыдание вырвалось из меня. В бешенстве я поднял руки.

– Господин Чанг, они хотят очистить улицы. Я не могу дозвониться до Кана, чтобы остановить это. Я не могу отменить вред, который я причинила. И Ник не может.

Тишина, которая продолжалась долгое время.

– Видите? Я честна с вами. – Она выглядела измученной. – Но мой сын – двенадцатилетний ребенок. Вы могли бы найти в себе сочувствие после всего, что мы вам причинили? По крайней мере для него?

Я сказал жестоко:

– Мзда?

– Я не буду оскорблять вас деньгами. Есть только одна вещь, которую я могу предложить.

Я ждал, надежда смешивалась с беспокойством.

– Себя. – Ее тон был мрачен, но полон решимости. – Я стала причиной вашего краха. Ваши люди хотят мести? Если Филип у них или они могут найти его, скажите мне, куда идти. Я буду там, не вооружена, и сдамся вашим людям. Я только прошу узнать сначала, что Филип в безопасности. Это может быть сделано с помощью телефона, все можно обговорить заранее.