– А ты заметил: мы, кажется, стали чуть легче?! А значит, и подниматься нам тоже будет легче!
– Неужели?! – воскликнул Женька и, спрыгнув с лошади, чуть не упал оттого, что не рассчитал своего полета и зацепил своей ногой стремя. А в результате, не удержался и проговорился. – Умница моя, какая ты наблюдательная!
– Опять?! – послышался возмущенный вопль.
– Пускай! Говори, что хочешь, но ты не просто умница, а умничка, которую я готов на руках носить. Чует мое, ну или Зарово, сердце – не раз ты еще меня здесь вытаскивать будешь из всяких глупостей!
– Ну что ты будешь делать с таким упрямцем! – смилостивилась Лэя. – Ладно, умница, так умница – тебя не перевоспитаешь!
После короткого обсуждения, решили разбить стоянку на обед, после чего начать подъем. Илаир решил остаться лагерем до утра "на всякий случай" и понаблюдать за альпинистами. Хлюп не разделял беспокойства насчет восхождения – лонки от природы умели лучше, чем сэйлы лазать по деревьям и не боялись высоты. Это перед отвесной стеной у магнитной пещеры он сплоховал, а обычное карабканье его нисколько не смущало.
Несмотря на объемные рюкзаки, начало подъема, они прошли почти без остановок, петляя по заранее намеченному пути между нагромождениями глыб. Шли в связке:
Женя – Лэя – Хлюп. Женька настоял на таком порядке, объяснив строптивой начальнице похода, что ее персона самая важная в коллективе, и не потому, что она принцесса, а потому что она волшебница, без которой у них ничего не выйдет.
Хотя про себя Женька берег ее из совсем других, гораздо более эгоистических соображений.
Скоро они подошли к первому серьезному препятствию. Нужно было подняться метра на четыре в узкой расщелине, чтобы потом продолжить подъем по относительно ровному склону. Женька не стал прибегать к услугам своей волшебницы, разумно сберегая ее силы на непредвиденный случай.
– Ты же рискуешь! Здесь нельзя подняться! – не соглашалась Лэя, глядя на отвесные стенки каменного колодца.
– Поверь мне, я ни за что не пойду на необдуманный риск и не оставлю тебя одну посреди этого ведьминого вертепа одну! Так что, спокойно смотри – сейчас я тебе продемонстрирую, как лазают у нас на Земле!
Уговорив Лэю, он начал подъем в распоре. Через три минуты он был наверху и счастливо улыбался Лэе. На самом деле подъем оказался очень легким, наверно еще из-за облегченной силы тяжести. Следующим этапом было поднимание Лэи. Женька решил не рисковать и не оставлять ее напоследок. Хоть она и была стройной и меньше Заровых комплекций, но субтильной ее спортивно развитую фигуру никак назвать было нельзя, да и маленькой он ее называл только из нежности – ростом она была почти с земного Женьку.
Он научил принцессу некоторым приемам альпинизма, лазая с ней и с веревками по стенке сарая во дворе Лэиного дома. Сейчас настала пора ей продемонстрировать, чему она научилась. Они договорились, что Лэя ухватиться за веревку и будет перебирать ногами, упираясь в стену, пока Женька будет тянуть ее наверх.
Подниматься в распоре она еще не умела.
Основную высоту уступа Лэя преодолела легко. Самым ответственным моментом было преодоление верхней кромки скалы. Лэя вовремя крикнула, чтобы Женька перестать выбирать веревку. Упасть она не могла, так как была подвязана за пояс. Но Женьке не улыбалось ободрать свою принцессу о край уступа, как об крупнокалиберную терку. Слава богу, Лэя четко выполнила все инструкции, аккуратно прижавшись к склону, и, помогая Женьке, ухватилась за верхний край скалы руками. Они совместным усилием вытянули ее корпус почти до пояса над кромкой. А дальше ей осталось, только, удерживая завоеванную позицию и держась за натянутую веревку, упереться другой рукой в уступ и перекинуть ногу. Затем ее спортивное тело само вылетело на скальную плоскость, и она оказалась в объятиях своего радостного учителя по скалолазанию.
С вещами, а тем более с Хлюпом не возникло никаких проблем. Оказалось, что в Хлюпе было много не только от плюшевого Чебурашки, но и от проворного шимпанзе.
Он сказал, чтобы Женька просто держал веревку и через несколько секунд был наверху. У Женьки сложилось впечатление, что он пользовался только руками для лазания по веревке.
Им встретилось еще одно подобное место, но там все обошлось еще проще, так как стена была не вертикальной, а наклонной, и Лэя просто забежала на нее, держась за веревку. К вечеру они вышли на каменное плато. Пройдя по нему с милю, идущий впереди Женька заметил в стороне справа какую-то серую массу. Указав рукой на нее, он спросил Лэю, что она думает по этому поводу. Девушка долго всматривалась, нахмурив бровки, и сказала:
– Сдается мне, я уже видела это, когда оно еще летало.
– Ты что, думаешь это птица? Таких не бывает! Этот стог перьев в небо не взлетит! – недоверчиво испуганно ответил Женька.
– Еще как взлетит! – озабоченно вздохнула Лэя. – Заметь, что мы намного легче, и птица тоже легче. Только здесь, наверно, и есть предел ее возможностей, иначе она вылетела бы из этого края.
Они подошли ближе. Это оказались останки воистину огромной птицы с размахом крыльев около шести – семи метров. Побелевшие кости и разлетевшиеся перья, говорили о том, что мелкие хищники и время сильно потрудились над уничтожением останков, но все же в силуэте еще можно было узнать птицу, похожую на орла.
Белеющий костями череп, нес внушительных размеров клюв, говорящий о том, что птичка кормилась далеко не мирным путем.
– Я видела пару месяцев назад с мостков у дома такое создание, парящее в этой стороне. Я еще сначала не придала значения, а когда вгляделась, то сама себе не поверила, – призналась в своих натуралистических наблюдениях Лэя.
– Да, может, меня такая и не утащила бы, но Хлюпа – запросто, – оценил транспортные возможности пернатого гиганта Женька.
– Не забывай, что здесь все легче, так что и нам следует опасаться таких визитеров с воздуха.
Постояв немного у останков гипертрофированного орла, путники решили немного продолжить путь, прежде чем останавливаться на ночь. Ночное соседство с трупом летающего колосса никого не прельщало.
Ночь прошла без происшествий. Основной трудностью оказалось найти топливо для костра – его пришлось разводить из разного растительного мусора и кустарников, и только для приготовления пищи. Хорошо, что ночь выдалась не холодной. Но спать все равно было жестко – они так и прокрутились втроем всю ночь, прижимаясь и толкаясь друг с дружкой. Не выспавшись, как следует, они наспех перекусили и с первыми лучами солнца поспешили вперед. Благо, там уже виднелся спуск с голой скалы. Где-то ближе к полудню, посреди спуска Лэя заметила, что с виднеющейся впереди равниной что-то не так. Они остановились, вглядываясь в расстелившуюся пред ними в легком мареве зеленую панораму.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
