что он за собой не убрал? Я никогда не прощу ей того, что она за спиной отца встречалась с оценщиками. По правде говоря, я начинала винить ее в том, что моя надежда становится все слабее и слабее. Может быть, мама подорвала авторитет отца, если мэр и губернатор уже знали, что она хочет взять деньги и сбежать.
Я услышала, как к дому подъехала машина:
– Пока! – крикнула я и выбежала на улицу.
Но это была не Морган. Это был еще один пикап. Пикап Чарли, и в кабине с ним сидел еще какой-то мужчина. Не Сай, а кто-то другой. Я села на крыльцо и стала смотреть, как они выходят из машины и бегут в открытый гараж отца. Он сидел там на складном стуле и просто смотрел, как идет дождь.
Подъехала машина Морган. Мне не пришлось даже поворачивать голову, чтобы понять, что это она. Мне достаточно было услышать ее музыку. Из машины неслись оглушительные звуки песни «Лед Зеппелин». Когда я все-таки повернулась, подруга улыбнулась мне и в такт музыке забарабанила по рулю своей машины. Я не видела, как она делает это, уже целую вечность. Морган улыбалась – широко, от уха до уха.
– Ты можешь на секундочку сделать свою музыку немного потише? – спросила я, забрасывая вещи на заднее сиденье и натягивая капюшон.
Морган рассмеялась:
– О’кей, бабуля.
Я попыталась подслушать, о чем мужчины говорят с отцом, и подошла поближе к гаражу, но у меня все равно ничего не вышло. Дождь барабанил слишком громко. По жестам мужчин я поняла, что все плохо. Они засунули руки в карманы, отец, словно бросая им вызов, сложил руки на груди. Затем он увидел, что рядом стою я, и повесил голову.
– В чем дело? – спросила Морган.
Я могла бы подойти к отцу и обо всем спросить, но, честно говоря, я ничего не хотела знать. Я хотела просто поехать на бал, встретиться с Джесси и забыть обо всех своих печалях.
– О, он замыслил что-то по-настоящему крупное, – сказала я.
– А ты не шутишь? – В голосе подруги не было скептицизма, она тоже смотрела на моего отца.
– Я не знаю всех подробностей. Отец сейчас особенно осторожен. Но да, все хорошо. – Я опять сделала музыку громче. – Поехали!
Пока мы ехали по городу, Морган получила сообщение от Уэса. Поскольку дороги до Эбердина были сейчас перекрыты для всего иногороднего транспорта, парню пришлось пробираться через лес. Когда мы подъехали к нему, он стоял на краю дороги в домашних трусах.
Я протянула руку и просигналила ему, прежде чем Морган смогла меня остановить.
Уэса передернуло от неожиданности, что привело меня в хорошее настроение.
– Что ты тут делаешь, извращенец?
Наверное, мне стоило бы начать разговор с Уэсом в более позитивном ключе, но я знала, что, если я поддразню его, у меня улучшится настроение.
– Мои джинсы испачкались в грязи, и я не хотел измазать ею машину Морган, – сказал он, быстро надев темно-синие брюки.
– А… тогда это очень мило, – сказала я, в основном потому, что Морган, похоже, нервничала, а я не хотела, чтобы она думала, будто я буду поддевать Уэса всю ночь.
– Это и впрямь было страшновато, – сказал парень, залезая на заднее сиденье машины. – Думаю, я прошагал миль пять. – Он подался вперед и чмокнул Морган в щеку: – Привет.
– Привет, – смущенно пробормотала она.
– Я купил тебе вот это. – И Уэс достал откуда-то прекрасный браслет из цветов. Цветы были белые и кремовые. Как только он открыл двухстворчатый пакет, вся машина наполнилась ароматом фрезий. – Извини, я не знал, какого цвета платье ты наденешь.
– О господи, тебе было необязательно дарить мне цветы, – засмущалась Морган.
По мере того как мы ехали, Уэс переодевался на заднем сиденье машины, облачаясь в темно-синий пиджак под стать брюкам, белую рубашку и черный галстук. Теперь он выглядел как картинка из рекламного буклета частной школы. Но я подумала, что с его стороны это мило – мило, что он воспринял это приглашение на бал так серьезно.
Как и говорилось в инструкциях на видео Джесси, мы припарковались в нескольких кварталах от дома директрисы Банди. Эта предосторожность была почти излишней, поскольку все дома на этой улице, кроме одного, были покинуты жителями и уже осмотрены и вычищены, но когда Джесси давал указания, он этого еще не знал. Стоя на тротуаре, мы с Морган облачились в праздничные платья и наложили макияж.
Вот тогда я и обратила внимание на платье подруги. Она не оделась в облегающее кружевное платье своей матери, как мы планировали. На ней было платье, в котором она появлялась на Весеннем балу. То самое, которое она купила, чтобы пойти на выпускной бал к Уэсу, перед тем как они поругались.
Я не могла в это поверить, ведь Морган ничего не сказала мне заранее. Я ждала, что подружка скажет мне что-нибудь об этом сейчас, но она молчала. И тогда я вспомнила, что еще раньше отключила свой телефон. Так что, может быть, Морган меня и предупредила. Снова начался дождь, и мы поспешили к дому Банди. По дороге Морган рассказывала Уэсу, что нам предстоит этой ночью:
– Практически, это все задумали и подготовили Кили и ее бойфренд. Это просто потрясающе! Ты можешь в это поверить? Выпускной бал в доме нашей бывшей директрисы! Так бывает только в кино.
Я тут же простила Морган за то, что она не сказала мне про платье, потому что мне понравилось, как она хвастается моими успехами перед Уэсом. И если честно, мне и впрямь было чем гордиться. Об этой ночи люди будут рассказывать своим друзьям всю жизнь. Если нам повезет и мы все когда-нибудь снова встретимся на вечеринке в честь этого события, это будет история, которую заново захотят вспомнить все, минуту за минутой. К тому же то, что Морган с Уэсом снова вместе, было здорово. Подруга все еще была влюблена в этого парня. Сама она никогда не хотела с ним порывать отношения и сделала это только ради меня, чтобы доказать, как много для нее значит наша дружба.
Сегодня вечером мы обе будем счастливы.
Мы вошли в дом директрисы Банди через заднюю дверь. Джесси стоял, прислонившись к барной стойке на кухне и глядя на что-то на экране своего телефона. На нем был настоящий смокинг и черные кроссовки «Конверс», и он выглядел потрясно. Я собиралась сказать ему «привет», но тут какая-то незнакомая девушка, по-моему, девятиклассница, запрыгнула прямо на него, прижавшись сиськами к его спине, хихикая
