Читаем без скачивания Бледная графиня - Георг Борн

II. ДРАГОЦЕННОСТИ

Гостиница, куда Мак Аллан привез своих гостей, находилась, как мы уже слышали, недалеко от берега Гудзона, отделенная от него только песчаными дюнами. За одной из них в темноте остановилась карета, с трудом проехавшая по песку, хоть она и была запряжена двумя хорошими лошадьми.

Подобные экипажи были в этой местности редкостью. Обычно тут ездили только телеги или маленькие повозки с рыбой, запряженные собаками. В такое же позднее время вообще, как правило, здесь не было видно ни души. Городские жители обходили это место стороной.

Из кареты вышел господин, закутанный в плащ, в шляпе с широкими полями, и направился к гостинице. Но тут ему навстречу вышел человек, который поначалу, похоже, не заметил его. Человек в плаще остановился, чтобы лучше разглядеть идущего, и позвал:

— Мак Аллан!

Ирландец тоже остановился и теперь уже заметил человека в плаще.

— А я как раз шел посмотреть, тут ли вы, господин Арно, — сказал он и добавил: — Все вполне удалось. Оба уже в гостинице. Я подготовил Джона Ралея. Переговорите с ним — он будет согласен на все, если ему хорошо заплатят.

— А бывший лесничий тоже с Гагеном?

— Да, в комнате по соседству.

— Этого молодца можно было бы оставить в полиции.

— Что могло бы легко погубить все дело, — не согласился ирландец. — Да и что вам о нем беспокоиться? Завтра он отправляется в глубь страны, так что вам остается следующая ночь для беспрепятственного исполнения ваших планов.

— Вы уверены, что хозяин согласится? — спросил Митнахт.

— На все, что хотите, — смеясь, сказал ирландец. — Он очень услужлив. Я недаром выбрал эту гостиницу. Только заплатите хорошенько, а Джон Ралей не подведет.

— Что ж, я не останусь в долгу ни у вас, ни у него. С вами я расплачусь сегодня же вечером, — заверил Митнахт.

— Тем лучше. Я хочу снова увидеть мою родину и Лондон, который покинул двадцать лет назад. И отправляюсь я туда как раз на том пароходе, на котором собирался отплыть ваш неприятель, — сказал Мак Аллан. — Я очень рад путешествию — все-таки перемена. Мне надоела вечная картежная игра по вечерам.

— Вы планируете посетить только Лондон, Англию или двинетесь дальше?

— Очень может статься, что я наведаюсь и на континент. А почему вы об этом спрашиваете? У вас есть ко мне какое-то дело?

— Мы поговорим об этом потом. Я хотел бы дать вам одно поручение… Однако там кто-то идет…

— Это Джон Ралей, хозяин гостиницы. Человек, у которого нет ничего святого. Он продал собственную дочь в публичный дом, только чтобы избавиться от лишнего рта. Жена у него умерла, и он теперь заботится только о деньгах… Сюда, Джон!

Хозяин, увидев их обоих, хромая, подошел.

— Что за ужасная погода, — пожаловался он, — просто хоть умирай от голода и холода в нашей глуши. Добрый вечер, господа! — он слегка приподнял шляпу.

— Послушайте, Джон, вот этот господин хочет переговорить с вами о приехавших сегодня гостях, — сказал Мак Аллан.

— Я весь внимание, сударь, — ответил хозяин гостиницы.

— Младший из этих двоих уедет завтра, — сказал Митнахт. — Старый не должен уехать. Я разберусь с ним.

— Он кровный враг этого господина, — пояснил Мак Аллан. — И господин, если говорить откровенно, не желает встречаться с ним больше никогда.

— Понимаю, сэр, понимаю.

— Но все должно произойти не сегодня, а завтра ночью, — уточнил Митнахт.

— В общем, надо избавиться от него навсегда, — подытожил ирландец. — А так как он собирается уезжать в Европу, то в Нью-Йорке о нем никто не станет справляться, а там, на континенте, родных у него нет.

Джон Ралей понимающе кивнул.

— Вы только поглядите на него, — засмеялся Мак Аллан, показывая на застывшего в выжидательной позе хозяина гостиницы. — Чего он, думаете, ждет?..

— Когда я приду сюда завтра ночью, я принесу с собой вознаграждение, — сказал Митнахт.

— Ха-ха-ха! Вы угадали, — расхохотался ирландец.

— Не спешите, сэр, — возразил Джон. — Я еще ничего не сделал, а тот, кто делает такие дела, не забудет взять свое.

— Какой знаток человеческой натуры! — воскликнул Мак Аллан. — Однако — до завтра, Джон Ралей, спокойной ночи!

— Прощайте, сэр! — поклонился хозяин и через дюны отправился к дому.

— Этого человека можно использовать для любого дела, — говорил по дороге Мак Аллан Митнахту. — Если вы отправите вашего врага на тот свет, Джон позаботится о том, чтобы он исчез без следа: под его домом прорыта канава, доходящая до самого Гудзона, она уносит все, что должно исчезнуть.

Они сели в карету.

— Вы домой? — спросил Мак Аллан. — В таком случае высадите меня у моей квартиры.

Митнахт приказал кучеру сначала довезти ирландца до его дома. Карета покатилась. Сильные лошади быстро домчались до города.

— Теперь скажите, Мак Аллан, сколько вы хотите за сегодняшнюю услугу? — спросил Митнахт.

— Я знаю, что вы всегда умели достойно отблагодарить тех, кто помогал вам, — дипломатично сказал ирландец.

Митнахт вынул из бумажника несколько крупных банкнот и подал их Мак Аллану.

— Тысячу раз благодарю вас, фон Арно. Желаю вам всяческого успеха! — рассыпался в благодарностях ирландец.

Митнахт молча кивнул.

— Я еще увижу вас до вашего отъезда, — сказал он после некоторой паузы.

Карета доехала до дома Мак Аллана.

Поднявшись в свою квартиру, ирландец первым делом пересчитал полученные купюры. В пачке была ровно тысяча долларов. Путешествие в Лондон и обратно было оплачено со всеми путевыми издержками, а ему необходимо было туда поехать, чтобы продать украденные у испанки драгоценности, стоившие по крайней мере тридцать тысяч долларов. Сбывать в Нью-Йорке их было опасно, а в Лондоне это можно было отлично устроить.

Положив деньги в письменный стол, Мак Аллан взглянул на часы. Они показывали одиннадцатый час. Он погасил свет и снова вышел из дома.

Дождь не прекращался. Мак Аллан поплотнее закутался в плащ и направился в Центральный парк, где в это время было уже совершенно темно. Он не боялся идти по пустынным аллеям, где не светилось ни единого фонаря. У него всегда был с собой заряженный револьвер. Войдя в парк, Мак Аллан направился в ту боковую аллею, в которой видела его следившая за ним испанка. Темнота не помешала ему безошибочно выйти к небольшому домику сторожа. Мак Аллан заглянул в окно. Внутри было темно. Сторож, вероятно, уже спал.

Убедившись, что сторож спит, ирландец пошел к маленькому сарайчику, находившемуся за домом. Он был не заперт. Здесь хранились лопаты, грабли и прочая садовая утварь. Мак Аллан взял заступ, осторожно прикрыл дверь сарая и через кусты возвратился на ту самую аллею, где в прошлый раз Бэла безуспешно следила за ним.

Свернув с дорожки, ирландец через кусты пробрался к небольшой лужайке. Он подошел к старому вязу, под которым лежало много листьев. Взяв заступ, Мак Аллан сначала разгреб листья, потом начал копать под деревом. Поблизости никого не было, поэтому он все свое внимание сосредоточил на работе.

Он копал усердно, но руки его, не привыкшие к труду землекопа, скоро устали. Тем более что он вообще не отличался физической силой. Правда, земля в этом месте была мягкой, что облегчало его задачу.

Наконец он отрыл спрятанные здесь драгоценности. Но, еще не успев открыть шкатулку, где они лежали, он вдруг из ближайшей аллеи услышал женский крик.

— Сюда! Помогите! — громко кричала женщина. — Тысячу долларов тому, кто спасет меня!

Услышав про награду, Мак Аллан вскочил, отбросил заступ и выхватил револьвер.

— Помогите! Помогите! — раздалось снова.

Мак Аллан выбежал на аллею, но крики о помощи стали удаляться. Он побежал в их сторону, но тут все стихло, и в темноте он не мог ничего различить.

Неужели звавшая на помощь могла так быстро исчезнуть? А может быть, нападавшие уже убили ее? Но тут Мак Аллан вспомнил о цели своего появления здесь и, уже не заботясь о дальнейшей судьбе кричавшей, поспешил вернуться к оставленной под вязом шкатулке. Встав на колени перед выкопанной ямой, он попытался нашарить шкатулку. Он напрасно ощупывал дно и стенки ямы — шкатулки не было. В ужасе ирландец стал рыть глубже, но все напрасно! Мак Аллан в отчаянии заскрипел зубами, он ничего не мог понять.