-- Цель его приезда нашему агенту была неизвестна, но информатор сообщил, что Аль Захири, сопровождаемый одним из своих людей, неоднократно совершал долгие пешие экскурсии по центральной части столицы, - продолжил Слюсаренко. - При этом Абдула Аль Захири и его люди практически не контактировали с местными чеченцами. Как только информатор выяснил, где именно находится логово Аль Захири и его боевиков, я решил провести задержание, для чего привлек к операции бойцов СОБР. По моей просьбе коллеги из местного отделения взяли особняк Акаева под наблюдение до прибытия спецназа, который немедленно произвел захват. В результате штурма особняка Акаева были убиты два боевика, оказавших вооруженное сопротивление, но Аль Захири и его бойцов мы упустили. - Полковник умолк, ожидая реакции своего начальства на такой рапорт.
-- Как арабы смогли скрыться, если за домом, где они находились, велось постоянное наблюдение? - последовал резонный вопрос одного из высших офицеров.
-- Аль Захири всегда был очень острожен, у него чутье на засады, как у волка, и я не хотел вспугнуть его раньше срока, а потому приказал группе наружного наблюдения не проявлять себя, держась на предельно возможном расстоянии, - поморщившись, ответил Слюсаренко. - Дважды израильская разведка пыталась ликвидировать Аль Захири в отместку за особо жестокие акции, но всякий раз он успевал почувствовать угрозу, избегая смерти в последний момент. Абдула Аль Захири - профессионал, - вдруг неожиданно веско произнес офицер. - Уйдя от наблюдения, он легко может затеряться в толпе, благо, наверняка имеет под рукой фальшивые документы на любой выбор. Поэтому мы старались быть осторожными, но, видимо, все же он что-то заметил, и сумел покинуть убежище так, что никто из наших людей этого не заметил. Я понимаю, что допустил ошибку, но это было сделано из лучших намерений.
-- Молодец, полковник, - желчно произнес помощник директора ФСБ Котов, недовольным взглядом буравя стоявшего навытяжку, точно примерный ученик, отвечающий урок, Слюсаренко. - Теперь где-то в городе затаилась диверсионная группа, которая может нанести удар где угодно и когда угодно. У тебя был шанс покончить с ними, ведь ты точно знал, где их лежбище, а теперь мы снова слепы и глухи, и нам остается только ждать.
-- Убитые при штурме боевики - это арабы из отряда Аль Захири, - жестом заставив своего заместителя умолкнуть, спросил глава ФСБ Юрий Быков. - Вы установили их личности?
-- Так точно, установили, товарищ директор, - кивнул Слюсаренко. - Это люди из личной охраны Хороева, главы чеченской мафии, который, кстати, исчез несколько дней назад, в точности, как и Акаев, хозяин того самого особняка. Мы подняли всех информаторов, но никто не имеет представления, где может скрываться Исмаил.
-- Что это может значить? - коротко спросил Быков.
-- Вероятно, в городе готовится крупный теракт, к организации которого привлечена и местная мафия, чеченцы, живущие в Москве, - предположил Слюсаренко. - Аль Захири - мастер высшего класса, которого к пустячным делам не привлекают. Он, между прочим, учился в Рязани, в училище ВДВ, двадцать лет назад, а потом служил в рядах сирийских "коммандос", - сообщил полковник. - Был замечен в Палестине, Боснии, воевал против американцев в Афганистане. Аль Захири свободно владеет русским языком, что позволит ему легко смешаться с толпой, тем более, внешне он сильно похож на выходца с Северного Кавказа. Его люди также проходили службу в разных подразделения специального назначения в сирийской, иракской или иорданской армиях. Русский некоторые из них тоже знают очень неплохо. В общем, это профессиональная слаженная команда диверсантов, которая, как верно заметил товарищ Котов, может появиться где и когда угодно, благо оружия для любого теракта у них хватает. В подвале дома Акаева были обнаружены пустые ящики, судя по маркировке, из военного имущества. Мы уже связались с особистами, и те скоро выяснят, с какого именно склада оружие попало к чеченцам. Возможно, тогда мы сможем выйти на кого-то из людей, осведомленных о задаче Аль Захири.
-- Так у них еще и куча стволов на руках? - делано расхохотался Котов. - Ну, хорошо поработали, нечего сказать! А если они сейчас выйдут на улицу, и просто начнут расстреливать прохожих? Ты хоть понимаешь, что прокололся, полковник, и очень здорово прокололся?
-- Так точно, - стиснув зубы, ответил Слюсаренко. - Признаю свою вину и готов понести наказание. Я постараюсь исправить ошибку.
Полковник действительно все понимал, ожидая сейчас самой суровой кары. Вся операция оказалась составлена из одних ошибок, и главной было то, что Слюсаренко, поленившись, отвлекшись на другие дела, не поехал организовывать наблюдение за логовом арабов лично. Он доверился местным оперативникам, которые не оправдали возложенные на них надежды. Но теперь ссылаться на кого-то было глупо, просто не достойно офицера.
-- Что планируешь делать, полковник? - спросил Быков, тяжелым взглядом буквально придавливая своего подчиненного к креслу, в которое тот опустился, повинуясь нетерпеливому жесту всесильного босса.
-- Пока нет данных от военной контрразведки по поводу каналов, по которым чеченцы доставали оружие, еще раз потрясем всех наших информаторов, - с излишней поспешностью, выдававшей тщательно скрываемое волнение, начал излагать свой план Слюсаренко. - Проверим дома и квартиры некоторых людей Хороева, тех, у кого могли пока укрыться арабы. Повод для обыска всегда найдется, так что спрятать у них никого не получится, - убежденно сказал полковник. - Я думаю, пока особые меры безопасности в столице вводить не нужно, иначе начнется паника, а это террористам только на руку.
-- Здесь я с тобой согласен, - кивнул директор. - Пока нужно действовать незаметно, не поднимая шума, тем более, среди милиции у чеченцев куча информаторов. Если Хороев или Аль Захири узнают, что мы разыскиваем арабов, они просто затаятся, и наши усилия будут напрасны. Но ты все же поторопись, полковник, а то голову сниму! Не дай бог, эти чурки что-то устроят, ты будешь виноват, - пригрозил глава ФСБ. - Если не сможешь упредить арабов, как минимум, лишишься погон, ясно?
-- Товарищ директор, - хмыкнул вдруг Котов, бросив недовольный взгляд на полковника. - Я не считаю нужным оставлять это дело в ведении Слюсаренко. Прокол, который он допустил, может отозваться такими последствиями, что мы уже будем говорить о трибунале. Я думаю, пока не поздно, полковника следует отстранить, дело передать кому-то другому, а Слюсаренко пусть отдохнет.
-- Это настоящий профессионал, - возразил Быков, - и разбрасываться такими кадрами я не стану. Повторяю еще раз, если эта ошибка полковника обернется чем-то большим, чем простая безалаберность, он будет наказан, пока же все остается на своих местах. Я верю товарищу Слюсаренко, и хочу дать ему шанс восстановить и ваше доверие также. Он должен найти Аль Захири, его людей, и оружие, и я уверен, что он это сделает.
В то время, пока руководство русской контрразведки обсуждало планы по его поиску и нейтрализации, Абдула Аль Захири, отставной майор сирийских "коммандос", настоящий солдат удачи, объявленный в международный розыск несколько лет назад, в трех странах приговоренный заочно к смертной казни, никого не опасаясь, спокойно сидел в кабине санитарной "Газели", рядом с водительским местом. Он смотрел в окно, лениво потягивая из жестянки "Кока-Колу". Автомобиль, имевший все атрибуты "скорой помощи", был припаркован в переулке возле Кутузовского проспекта, происходящее на котором сейчас приковало к себе все внимание араба.
Аль Захири, сделав еще один глоток прохладного напитка, отвлекся от творящегося на улице, взглянув на сидевшего за рулем "скорой" молодого парня по имени Арби, единственную помощь, которую он затребовал от Хороева. Боевики Аль Захири, такие же профессионалы, как и их командир, были слишком ценными кадрами, а для реализации плана, разработанного сирийцем, требовался дешевый расходный материал, тот, кого не имело смысла жалеть. И этот юнец, недавно покинувший горный аул в тысячах километров отсюда, идеально подходил для замыслов Абдулы.
Чеченец уставился вперед остекленевшим взглядом, никак не реагируя на происходящее вокруг. Он сидел так уже много минут, напоминая статую, только статую мелко дрожащую. На лбу Арби выступил пот, а пальцы так крепко сжимали баранку, что кожа на костяшках побелела. Парень был уже на грани нервного срыва, и это Абдуле очень сильно не нравилось. Еще несколько минут ожидания - и весь план может быть сорван из-за проклятого молокососа.
Впрочем, мысленно вздохнул араб, все и так едва не сорвалось из-за продажности здешних бандитов, гордо называвших себя мафией. Кто-то сдал временную базу группы, устроенную в загородном особняке одного из приближенных главаря чеченской группировки. Аль Захири буквально передергивало при мысли, что задержка на считанные минуты могла обернуться для его бойцов столкновением с целым подразделением русского спецназа, исход которого сомнений не вызывал.
