эту хрень из меня?
— Возвращаемся к началу?
— Тебя это бесит?
— Хватит, — злится Дарен.
— Я вижу как раздражаю тебя, но знаешь, мне всё-равно, — усмехаюсь, — Вы избавились от меня шестнадцать лет назад не понимая как ценна моя жизнь, а теперь ты хочешь вернуть меня.
— Не хочу. Мне плевать на тебя и твои чувства. Я обозначил сразу то, чего хочу и не лгал.
— Ага, помочь мне избавиться от того, без чего моя жизнь не сможет продолжиться!
— Послушай, я объяснил, что попытаюсь извлечь пламя так, чтобы ты осталась жива и это не говорит о моей заботе о тебе.
— Я помню! Чертово пламя погаснет, если я откинусь. Так что нам обоим это не выгодно.
— Тебе жить наконец захотелось? — Нагло ухмыляется Серафим.
— Что?
— Семнадцать раз ты пыталась покончить с собой.
— И попыталась бы ещё. Ты знаешь всё обо мне?
— Достаточно. Ты играла со смертью не понимая к чему это могло привести.
— Как раз я и понимала. Это вы здесь бессмертные и боль для вас просто пустой звук. Что такое семья для тебя?
— Тебе кажется ты много вынесла на земле, но поверь есть люди страдающие больше тебя в разы.
— А мне какое до них дело? Или пожалеть этих моральных ублюдков, которые желали мне смерти? Нет уж. Пусть сдохнут все.
— Ты изменилась, — сказав это Дарен вышел из спальни. Иду за ним.
— И что с того? Разве мысли о мести обуяли лишь мой разум?! А сам то?!
— Замолчи, — остановился Дарен напрягшись. Это я его так задела?
Вокруг небо-дома сгустились тучи затрещав над нами. Погода сменилась с ясной на мрачную и темную. Паника, подходящее чувство, которое охватило меня в этот момент.
— Уходи в храм! — Это он мне?
— Эй, Серафим, что происходит?
— Иди!
Едва делаю шаг, как в меня летит, что-то огромное, похожее на тучу, но оказалось, это человек… или ангел. Закрывшись руками падаю на колени громко визжа. Рядом, что-то с грохотом упало, а я осталась не тронутой этим чудовищем. Вскочив на ноги перешагиваю чьё-то тело на полу рванув к лестнице.
Все прочитанные войны мною в школьные годы оказались не похожими на этот кошмар. Длинные острые мечи сверкали от взмахов над головами неземных существ. Они взлетали в воздух как чертовы Шаолини и молниями падали на землю. Все жители дома сбежались сюда защищая меня и принимая удары вместо Серафима. Схлестнувшись в поединке темный ангел и светлый попадали в какую-то черную воронку и светлый проигрывал. Вероятно это темное энергетическое поле.
Над головой пролетела молния, затем следующая, как стрелы вонзаясь в тела ангелов и в предметы разрушая их. Ещё одна возникла из неоткуда задев мою щеку оставив порез. Пригнувшись, торопливо спускаюсь по лестнице надеясь сбежать от этого безумия как можно дальше. На последней ступени врезаюсь в темную фигуру охнув от неожиданности. Не произнеся ни единого слова обхватывает мою шею рукой, резко развернув, прижимает к своему телу моё, сдавив горло. Царапая его руку пытаюсь оторваться, но всё бессмысленно, я слаба. Моих сил едва хватит устоять на ногах. Перед глазами плывет, но я всё ещё пытаюсь сражаться дотянувшись до его лица и схватив за ухо тяну на себя обжигая его кожу. Отлетев как от взрывной волны на несколько метров, кряхтя поднимаюсь на колени. Небожители сплелись в поединке. Это единственный шанс сбежать.
Сжав серебряные цепочки на джинсах несусь со всех ног не оборачиваясь. Что будет, если Серафим не выстоит в этой схватке? Почему эти демонюки вообще перешли границу, ведь Дарен говорил, что на территорию светлых не один темный войти не решится. Солгал? Или сам не знал, что такое возможно? Впереди показался храм. Я смогу. Смогу!
Из под ног выбили почву. Упав, больно ударяюсь, хотя казалось, что облака должны были смягчить падение. Перевернувшись на спину выравниваю дыхание, но моё тело придавливают сильные руки. Чувствую как паутинка поползла от плеч к шее и груди высасывая мою энергию. В глубине капюшона светились красным глаза, но больше ничего не вижу теряя сознание.
— Оливия! — Резко открываю глаза.
— Да…Дарен… я здесь… — Давление ослабло, монстр исчез.
— Ты в порядке? — Склонился на до мной мужчина.
— Вроде. Они ушли?
— Битва закончилась, этот был последним. Давай помогу подняться?
— Да я в порядке, — отказываюсь от помощи.
— Уверена?
— Почему они пришли сюда?
— Все ангелы чувствуют как ты слабеешь желая получить пламя.
— Они думают, что смогут его вытянуть из меня как из тех ангелов, которых видела на земле?
— О чём ты? — Входим в храм.
— Они были опустошены, — отвожу глаза.
— Темные могут поглотить энергию светлого, но помнишь я говорил, что киаль забрать они не в силах?
— В тот день, в моих воспоминаниях… я видела странные вещи, — не горя желанием рассказывать, всё же продолжаю, — Я была на месте каждого убийства…
— Ты видела как убивала их?
— Нет.
— Тогда почему думаешь, что это ты?
— Похоже я могу забирать их души…
— Не возможно! — Прошел он вперед.
— Пока я была на земле часто не могла вспомнить целые дни из своей жизни. Что если это сделала я?
— Я допускал возможность, что сосуд необходимо наполнять, но не душами ангелов, — прикрыв глаза он вздохнул, — Не возможно.
— Я ведь не ангел и ты знаешь это лучше меня. Также как и не человек. Кто же тогда?
— Что ещё ты видела?
— Детство, но оно рассеялось как туман, как только мне исполнилось пятнадцать лет.
— По меркам высших существ, тебе исполнилась сотня лет и ты начала принимать свою исходную форму.
— Какую?
— Никто не чувствовал пламя, некоторые считали, что это миф, но чуть меньше года назад оно пробудилось вместе с тобой.
— В день катастрофы. Тогда я поняла, что со мной, что-то не так, — шокировано осознаю этот факт.
— Ты видела это в воспоминаниях?
— Нет.
— Ты не увидела аварии?
— Нет, — печально произношу.
— Как такое возможно? Неужели ты не увидела всего, что должна была?
— Я ничего не понимаю теперь даже больше чем раньше.
— Дважды в священного ангела никто не входил, но раз ты ничего толком и не узнала…
— Я к этому проклятому саркофагу не приближусь больше и на метр!
— Ты справилась с болью, но…
— Справилась?! — Перебиваю его, — Это по-твоему справилась?! Я чуть не умерла от дикой боли и беспомощности!
— Я понимаю, процедура не из легких, — вроде как виновато произносит Серафим.
— Ты сам то входил туда?!
— Конечно.
— И как? Понравилось?
— Моя боль была душевной, но я справился.
— Может вас этому специально здесь обучали, но меня
