На глаза Кэтлин навернулись слезы.
— Спасибо вам, Льюис. А теперь мне пора вернуться к себе. Кажется, слуги уже в кухне — надо начинать новый день.
Постепенно дом осветили первые лучи рассвета, и Кэтлин надеялась, что это рассеет ее уныние. Позвонив в колокольчик, она вызвала Дульси и велела приготовить ванну. Приняв ее, Кэтлин быстро оделась, спустилась в кухню и начала помогать Тильде по хозяйству, чтобы чем-то занять себя. Однако еще до полудня почувствовала, что стены дома душат ее.
Решив отправиться в город, чтобы хоть как-то убить время, она нашла Льюиса, и вскоре тот приготовил экипаж. Не пробило и двенадцати, как они уже ехали по шумным улицам Чарлстона.
Поскольку Кэтлин не собиралась делать покупок, она и Льюис просто бродили по магазинам на Брод-стрит. Кэтлин хотела уже зайти в одну из лавок, когда Льюис заметил:
— Мы слишком удалились от того места, где оставили экипаж. Думаю, лучше вернуться за ним.
— Хорошо, но зачем возвращаться за экипажем вдвоем? Отправляйтесь за ним, а я тем временем посмотрю, что нового появилось в антикварной лавке Ифланда.
Льюис нахмурился: ему не хотелось оставлять Кэтлин одну, и та поняла это.
— Идите сюда. — Она вошла в небольшую лавку. — Видите, здесь я буду в полной безопасности. В магазине нет никого, кроме юного племянника Ифланда.
— Пожалуй, вы правы, — вздохнул Льюис. — Я вернусь через пять минут. Но обещайте, что из магазина — ни на шаг!
— Обещаю, — рассмеялась Кэтлин. — Только поторопитесь, чтобы я могла нагрузить вас покупками!
— Доброе утро, мадам Кросс! — Рыжеволосый племянник хозяина вышел навстречу состоятельной покупательнице. — Надеюсь, у вас все в порядке…
— Да. — Кэтлин окинула взглядом стеклянные витрины, где были выставлены прелестные вещицы. — А как твое недавнее путешествие в Бостон?
Удивленный тем, что эта элегантная дама осведомлена о его отъезде, Вейлин Ифланд улыбнулся:
— Все хорошо… Но откуда вы знаете об этом?
Кэтлин обрадовало, что хоть один человек в Чарлстоне не выказывает предубеждения к ней. А ведь сегодня встречавшиеся на улицах знакомые, завидев ее, отворачивались. Даже торговцы вели себя необычно сдержанно, хотя и любезно, и все это возмущало Кэтлин.
— Несколько недель назад я купила рождественские подарки в лавке твоего дяди. Вот тогда-то он и рассказал мне о твоем первом деловом путешествии на север…
Из этой поездки Вейлин вернулся только вчера. В Чарлстоне его не было довольно долго, а потому он еще не слышал сплетен, которые гуляли по городу о капитане Кроссе.
Рассказывая Кэтлин о цели своего недавнего путешествия, Вейлин показал ей привезенные им товары. Юноше явно льстило, что молодая леди так внимательно слушает его.
Разговор с Вейлином немного отвлек Кэтлин, и настроение ее улучшилось. Они осторожно пробирались по проходам между стеклянными витринами и полками.
— Взгляните на это, мадам Кросс… — Вейлин открыл боковую дверцу главной витрины и снял с верхней полки искусно сделанный медальон. Наблюдая за тем, как он пытается распутать длинную цепочку, Кэтлин посматривала на другие вещицы, разложенные на полке. Вдруг внимание ее привлекла безделушка, показавшаяся ей на удивление знакомой.
— Вейлин, покажи мне эту хрустальную шкатулку. Он положил медальон на прилавок и осторожно вынул шкатулку.
— Да, это замечательная вещица. Неудивительно, что вы обратили на нее внимание…
— Откуда здесь эта вещь? — спросила Кэтлин.
— Вот уж не знаю, мэм. Думаю, дядя Остин приобрел ее, пока я был в Бостоне.
Кэтлин не верила своим глазам: в руках ее была прелестная хрустальная шкатулка, на крышке которой красовался несущийся по морю корабль. Ей показалось, что прикосновение к шкатулке обожгло пальцы, когда она заметила в самом низу свои инициалы: «KB». Да ведь эту шкатулку подарила ей Мэдди на пикнике в Кингстоне! Кэтлин оставила эту вещицу в доме губернатора, и шкатулку отправили в Чарлстон вместе с другими ее вещами на корабле, подвергшемся нападению Черного Пирата.
— Вейлин, это очень важно… Я должна знать, как эта вещь попала к твоему дяде, у кого именно он купил ее. Где твой дядя сейчас? Может, он вспомнит?
В голосе Кэтлин слышалось такое волнение, что Вейлин встревожился.
— Простите, мадам, но дядя Остин уехал по делам, забрав с собой все книги по учету товаров. Обнаружив в своих отчетах кое-какие расхождения, он отправился к мистеру Хулу, чтобы снова свести в таблицы все необходимые ему сведения. Поэтому вряд ли он сегодня появится. — Заметив, что его ответ огорчил Кэтлин, Вейлин добавил: — Но как только он придет, я спрошу его об этом и сообщу вам.
— Спасибо, Вейлин. А теперь… Заверни мне, пожалуйста, эту шкатулку. Я покупаю ее.
— Хорошо. Думаю, дядя непременно вспомнит, как попала к нему шкатулка, — это ведь очень редкая вещица. Одну минутку… — Вейлин взял шкатулку у Кэтлин и исчез в крошечной комнатке за прилавком.
Оставшись одна, Кэтлин задумалась о том, какими последствиями чревато ее открытие. А что, если эта хрустальная шкатулка станет ключом к разгадке тайны Черного Пирата? Теперь Кэтлин почти не сомневалась в этом. Сам Остин Ифланд — честный коммерсант и, конечно же, не скупал награбленные вещи. Но у кого он приобрел их? Значит, кто-то в Чарлстоне предоставляет склады и хранилища для товаров, награбленных пиратом, а потом продает их или же перевозит по морю вместе с другими партиями товаров. Тогда, узнав имя человека, продавшего Остину Ифланду хрустальную шкатулку, можно установить личность одного из сообщников Черного Пирата, а следовательно, и самого пирата!
Вейлин вернулся с уже упакованной шкатулкой, и Кэтлин, расплатившись, напомнила юному коммерсанту о его обещании. Увидев, что к лавке подъехал Льюис Венц, Кэтлин вышла. Сказав Венцу, что устала, она попросила лейтенанта отвезти ее домой.
По дороге они почти не разговаривали. Кэтлин понимала, что теперь у нее появилась нить, которая приведет к убийце и позволит доказать невиновность Эрика. Ей не терпелось поделиться своей догадкой с мужем. Но до его возвращения необходимо держать все это в секрете. Как только Кэтлин подумала об Эрике, ее радостное оживление исчезло. Сегодняшнее открытие ничуть не уменьшало грозившей ему опасности, и предчувствие беды, не покидавшее ее с момента его отъезда, снова вернулось. И даже еще усилилось.
На следующий день после отъезда Эрика из «Белых дубов» констебля Финни тоже охватило предчувствие опасности, однако он приписал это усталости, поскольку провел в седле много часов. Было уже около полуночи, и констебль вовсе не предполагал оказаться так поздно вне Чарлстона. Для него наступали нелегкие времена — он боялся потерять работу. Обитатели города негодовали, что убийца до сих пор не схвачен. Финни понимал: если ему в ближайшее время не повезет, он лишится своей должности.
