Читаем без скачивания Память огня - Роберт Джордан

— Мои сорок семь? Я вижу, вы уже забыли условия. Нам должны предоставить любого солдата или Посвященного кого мы захотим, и они не могут нас отвергнуть.

— Да, действительно, — сказал Андрол. — Это правда. К сожалению, все другие мужчины в Черной Башне, за исключением упомянутых, либо полные Аша'маны, либо были отозваны по не терпящим отложения делам. Другие, конечно, следовали бы распоряжениям Дракона, если бы были здесь. Мы постарались придержать сорок семь для вас. На самом деле, сорок шесть. Как видите, я уже связан с Певарой Седай.

— Мы подождем, пока другие вернутся — холодно сказала Лирелле.

— Алас, — сказал Андрол, — Я не думаю, что они вернутся в скором времени. Если вы намереваетесь присоединиться к Последней Битве, вы должны сделать свой выбор быстро.

Лирелле кинула на него прищуренный взгляд, потом посмотрела на Певару, пожавшую плечами.

— Это уловка, — сказала Лирелле Андролу. — Причем детская.

— Лично я считаю что это умный ход, — холодно вернул Андрол. — Кто-то возможно сказал бы, стоящий Айз Седай. Вам пообещали, что любой член Черной Башни, кроме полных Аша'манов, ответит на ваш запрос. Они ответят. Любой из них, кому вы направите свой запрос.

— Несомненно, вы отобрали для меня слабейших из своего числа.

— На самом деле, — сказал Андрол, — мы взяли добровольцев. Они хорошие парни, каждый из них. Они из тех, кто хотел стать Стражами.

— Дракон Возрожденный услышит это.

— Из того что я слышал, — сказал Андрол, — Он сейчас выступит на Шайол Гул в любой момент. Вы собираетесь присоединиться к нему только для того, чтобы пожаловаться?

Лирелле сжала губы в линию.

— Есть еще кое-что, Айз Седай, — сказал Андрол. — Дракон Возрождённый прислал нам сообщение, немногим ранее сегодня. Он проинструктировал нас, чтобы мы выучили последний урок: чтобы мы не считали себя оружием, но людьми. Хорошо, люди могут выбрать свою судьбу, а оружие — нет. Вот ваши мужчины, Айз Седай. Уважайте их.

Андрол еще раз поклонился и ушёл. Певара поколебалась, затем развернула лошадь, следуя за ним. Лирелле уловила нечто в её лице, когда она смотрела на мужчину.

«Так тому и быть», думала Лирелле. «Эта не лучше любой Зелёной, я бы ожидала большего от кого-то её возраста».

Лирелле испытывала искушение отклонить эти манипуляции, прийти к Амерлин и протестовать против того, что случилось. Только… новости с фронта Амерлин были смешанными. Что-то о неожиданно появившейся армии; детали были недоступны.

Однозначно Амерлин не будет счастлива услышать жалобы с этой стороны. И однозначно, отметила для себя Лирелле, она также хотела бы закончить с Черной Башней.

— Каждая из вас возьмет двоих, — сказала Лирелле своим компаньонкам. — Немногие из нас возьмут лишь одного. Фаолин и Теодрин, вы среди них. Сделайте это быстро, все вы. Я хочу удалиться отсюда настолько быстро, насколько это возможно.

Певара догнала Андрола, как только он скользнул в одну из хижин.

— Свет, — сказала она. — Я и забыла насколько холодными могут быть некоторые из нас.

— Ох, даже не знаю, — ответил Андрол. — Я слышал, что некоторые из вас вовсе не так плохи.

— Будь осторожен с ними Андрол, — сказала она, оглядываясь назад. — Многие будут рассматривать тебя только как угрозу, или используют как инструмент.

— Мы выиграли, — сказал Андрол, входя в комнату, где Кэнлер, Джоннет и Эмарин ожидали с чашками тёплого чая. Все трое начали восстанавливаться после боя, Джоннет быстрее всех. Эмарин нес худшие раны, многие из них эмоциональные. Он, подобно Логайну, был субъектом процесса Обращения. Певара иногда замечала его пустой взгляд, затравленное страхом лицо, как будто он вспоминал что-то ужасное.

— Вас троих тут быть не должно, — сказала Певара, уперев руки в бедра, стоя лицом к лицу с Эмарином и двумя другими. — Я знаю, Логайн обещал вам повышение, но вы все еще носите лишь мечи на воротниках. Если любая из этих женщин увидит вас, они смогут взять вас как Стражей.

— Они не увидят нас, — смеясь сказал Джоннет. — Андрол доставит нас через врата, прежде чем мы успеем сказать проклятие!

— Так что мы теперь будем делать? — спросил Кэнлер.

— Все, что Логайн захочет от нас, — сказал Андрол.

Логайн… изменился после тяжкого испытания. Андрол шёпотом сообщил ей, что он сейчас темнее. Он мало говорил. Он похоже решал идти ли на Последнюю Битву, но сейчас, он собрал мужчин и корпел над вещами, которые они нашли в покоях Таима. Певара беспокоилась не сломило ли его Обращение изнутри.

— Он думает, что должно быть что-то в тех картах сражений, которые он нашел в покоях Таима, — сказал Эмарин.

— Мы направимся туда, где по решению Логайна от нас будет больше всего пользы, — ответил Андрол. Откровенный ответ, но такой, который, в самом деле, не раскрывал многого.

— А что по-поводу Лорда Дракона? — осторожно спросила Певара.

Она чувствовала неуверенность Андрола. Аша'ман Нэфф пришел к ним, неся новости и инструкции — а с ними, некоторые последствия. Дракон Возрождённый знал, что в Черной Башне не все было хорошо.

— Он намеренно оставил нас одних, — сказал Андрол.

— Он бы пришёл, если бы мог! — сказал Джоннет. — Я обещаю вам.

— Он оставил нас, чтобы мы сами бежали, — сказал Эмарин, — Или сами пали. Он стал суровым человеком. Возможно, черствым.

— Это не имеет значения, — сказал Андрол. — Черная Башня узнала как выжить без него. Свет! Она всегда выживала без него. Он почти не имел ничего общего с нами. Это Логайн дал нам надежду. Это Логайн приобрел мою верность.

Другие кивнули. Певара чувствовала что здесь происходит нечто важное. Они не могли бы преклониться перед ним, никогда более, думала она. Дракон Возрожденный умрет в Последней Битве. Намеренно или нет, он дал им шанс стать самими собой.

— Однако, я принял близко к сердцу его последний приказ, — сказал Андрол. — Я не буду всего лишь оружием. Источник очищен. Мы сражаемся не для того, чтобы умереть, но чтобы жить. У нас есть смысл жизни. Распространите слово среди других мужчин, и позвольте нам принести клятвы, чтобы возвысить Логайна в качестве нашего лидера. А потом — на Последнюю Битву. Не как Приспешники Дракона, не как пешки Престола Амерлин, но как Черная Башня. Сами собой.

— Сами собой, — кивая прошептали трое других.

Глава 22. Вильд

Эгвейн была шокирована, проснувшись, так как Гавин прижал руку к её рту. Она напряглась, воспоминания накатились на неё как свет во время зари. Они все еще скрывались под сломанной телегой, в воздухе еще пахло сгоревшей древесиной. Земля вокруг была темна, как уголь. Наступила ночь.

Она посмотрела на Гавин и кивнула. Действительно ли она задремала? Она не думала что это возможно при данных обстоятельствах.

— Я попытаюсь выбраться, — прошептал Гавин, — и отвлеку внимание.

— Я пойду с тобой.

— Я могу передвигаться тише.

— Очевидно, ты никогда не пробовали подкрасться к кому-то из Двуреченцев, Гавин Траканд, — ответила она. — Я бы поставила сто Тар Валонских монет на то, кто тише из нас двоих.

— Да, — прошептал Гавин, — но если ты сделаешь десяток шагов, то можешь быть замечена одним из их направляющих, какой бы тихий не была. Они патрулируют по лагерю, особенно по его периметру.

Она нахмурилась. Откуда он это знает?

— Ты что выходил на разведку?

— Совсем немного, — ответил он шепотом. — Меня не заметили. Они осматривают палатки, забирая в плен всех, кого найдут. Мы больше не можем прятаться здесь.

Он не должен был выходить без её разрешения.

— Мы…

Гавин напрягся, и Эгвейн оборвала себя, прислушиваясь. Оба они отступили назад, смотря как десять или двенадцать пленников были выведены недалеко от них на открытое пространство, где стояла командная палатка. Шаранцы разместили фонари на шестах вокруг пленников. Некоторые из них были солдатами, избитыми до состояния, когда они едва могли ходить. Так же там были и повара с рабочими. Эти были выпороты, их брюки изорваны. Все были без рубашек.

У некоторых на спинах был вытатуирован символ, который Эгвейн не смогла распознать. По крайней мере она думала, что это татуировки. Символ мог быть выжжен на них. Как только пленников согнали, еще кто-то закричал поблизости. Через несколько минут темнокожий шарский охранник приволок молодого посыльного, которого он по-видимому, обнаружил прятавшимся в лагере. Шаранец разорвал ему рубашку и толкнул его, плачущего, на землю. Шаранцы, странно, носили одежду, которая имела на спине большой вырез в форме алмаза. Эгвейн могла видеть, что охранник имел знак на спине, татуировку, которую она едва могла различить на его темной коже. Его одежда была очень строгой, большой жесткий халат почти до колен. Халат был без рукавов, но под ним он носил рубашку с длинными рукавами, у которой был вырез, подобный алмазу.