по первому зову…
Её жизнь таяла вместе с этим сиянием.
Я сотни раз терял товарищей, возлюбленных, друзей. И с каждым разом боль становилась глуше, тусклее. Но в этот раз от горечи всё внутри меня скрутило узлом. Эмоции стёрло одномоментно, оставив лишь горькое сожаление — и жгучую, неукротимую жажду мести.
Я поднял голову: в загустевшем, как мёд, воздухе медленно падали капли её крови, а позади изувеченного дрона колыхался чёрно-голубой сгусток маны в форме человека.
Со скрежетом стиснув челюсти, я вцепился в окровавленный шип и всеми силами рванул к себе. Хирата взвился в воздух, нелепо взмахнув остальными щупальцами. Я молнией прыгнул ему навстречу, концентрируя всю мощь сфирота силы в один удар.
Мгновение — и моя голень сложила пополам седого ублюдка, пушечным снарядом вколачивая его в землю. Дознаватель выбил собой целое облако обломков и прокатился по земле, оставляя за собой ошмётки разорванных щупалец.
Чудом уцелевший архимаг быстро вскочил и, отбросив огрызки щупалец, начал новое плетение.
Коснувшись ногами земли, я с нечеловеческой скоростью метнулся к нему, но он завершил плетение на миг раньше. Ослепительные фиолетовые молнии ударили передо мной, ослепляя даже сквозь закрытые веки.
— Давай же, ну! — подначивал он, пятясь к цеху. — Нападай!
Он не успел договорить, как я бросился вперед, выбивая ногами комья земли. Он ударил "метеором" — громадный шар пламени с воем грузового поезда пронесся мимо, обдав жаром. Уклонившись подкатом, я метнул нож в поднятую для плетения руку Хираты. Не ожидал, тварь! Выиграв мгновение, я нанес сокрушительный удар по подставленному блоку.
Чудовищная энергия удара, ломая его руки, швырнула старика в стену позади него. Брызнув во все стороны кирпичным крошевом, дознаватель свалился на землю. Иллюзий я не питал, этого мало, чтобы убить его, но минуту-другую времени я выиграл.
Я вернулся к изувеченному дрону. Подрагивающими от бешеного сердцебиения пальцами вцепился в край дверцы, вырвал её вместе с петлями — и подхватил выпавшее тело девушки.
— Хаясэ… — глухо прошептал я и провел пальцами по перепачканной кровью бледной щеке. Её зелёные глаза потускнели, на губах застыла слабая улыбка. На боку, точно под правой грудью, расплывалось громадное кровавое пятно. Кровь пропитала её зелёное платье, стекая по ногам и рукам. Девушка до последнего зажимала смертельную рану, и наверняка шептала мое имя в немой мольбе.
— Куда ж ты полезла, глупая, — произнес я, ловя последние крохи тепла её тела. — Зачем?
Из всех людей, кто дарил мне свою сому, она единственная без раздумий принесла себя в жертву. Она помогала по первому зову, отдавалась мне всей душой и телом, ничего не прося взамен.
Не подумал бы, что встречу в логовище магов настоящую Праведницу.
Прижавшись к её лбу, я зажмурился и провалился в астрал. Решение пришло само, и сомнений я не испытывал. Пусть потом я пожалею, что лишился шанса на фантазм. Но это будет потом.
Алая звезда, горящая в центре сфирота жизни, ответила на мой зов — и заполнила собой всё астральное тело. Невообразимая и загадочная сила заполнила меня, ожидая приказа.
Во имя Мелитаны, пусть её мозг ещё будет жив, иначе…
Я прильнул к её губам — и активировал чудо.
Все звуки растворились в торжественном трубном гуле, в небо ударил ослепительный столб золотого пламени, распадаясь на мириады мерцающих хлопьев.
Чувство приближающейся угрозы заставило оторваться от её губ и отпрыгнуть: в останки дрона ударила пуля.
С яростным рыком я обернулся на выстрел: опять Хирата?
Я быстро положил тело Айко в грузовой отсек покореженного дрона. От завода шли две фигуры. Дознаватели синхронно подняли руки и начали плести узоры… это бомба!
Успев швырнуть останки дрона с моста в речку, я пригнулся — и земля вокруг вздыбилась от мощного взрыва. Ударная волна отбросила меня вперед, в ушах зазвенело от грохота. Уроды материализовали взрывчатку под поверхностью!
Площадку засыпало градом осколков и заволокло густым едким дымом. Когда шелест сыплющихся с неба обломков и камешков затих, сквозь рассеивающуюся дымку проступили два силуэта эсперов.
— Еще не сдох, дерьмобог? — крикнул Хирата. — Давай покончим с этим!
Покончим? Ты, выродок человеческий, хочешь покончить со мной? После того, что сделал с Айко?
Я медленно выдохнул, концентрируя всю сому в сфироте силы. Энергия наполнила тело, усиливая десятикратно каждую мышцу, сердце ускорилось, как набирающая обороты турбина. Багровая пелена ярости опустилась на глаза, но цели я видел безупречно. Два черно-голубых фонтана маны, которые должны потухнуть.
Воздух медленно закрутился вокруг моего тела, поднимаясь к мрачному небу. Поднятые частицы заискрились, нарастающая воронка наполнилась свечением разрядов.
— Вот оно! — захохотал Хирата. — Давай потанцуем, ублюдок!
Клянусь Мелитаной, когда всё кончится, от тебя не останется даже костей.
Вдох: сжав челюсти, я пулей рванулся к эсперам. Заметили! Один ушел влево, творя плетение, другой — назад. Во вскинутой руке задрожал пистолет, выплевывая раскаленные комья смерти. Молния слева, вижу!
Припав к земле, увернулся — и рвущим жилы прыжком сблизился с его напарником. Ещё пару метров!..
Вспышка — скулу обжег мощный удар, я мотнул головой. Пуля? Подхватив языком горячий кусочек свинца, застрявший в челюсти, я выплюнул его под ноги обалдевшему бойцу.
Он отпрянул, выпуская в меня остаток магазина, но нет такого стрелка, что с двух метров попадет в бога! Первым ударом я выбил пистолет вместе с его запястьем, а вторым — сломал спешно вскинутую для плетения руку.
Боец, несмотря на шок от сломанных рук, не растерялся и попробовал сбежать, в то время как Хирата обрушил на меня град ледяных копий. Я метнулся к куче щебня, высившейся рядом, и пока громадные ледяные колонны перемалывали щебень, зашел к охотникам сзади.
Выскочил из-за еще одной кучи и молниеносно метнулся к ближайшему. Тот самый стрелок, превратившийся в обузу, даже не заметил меня. Фатальный просчет.
— Сзади! — заорал Хирата, но было поздно. Я врезался в него как таран и железной хваткой стиснул шею. Нежная плоть смялась под пальцами, эспер дернулся — и обмяк со сломанной шеей.
— УБЛЮДОК, ТЫ!..
Мелькнули щупальца-сколопендры и хищно бросились на меня. Закрывшись телом эспера как щитом, я увернулся — шипастые отростки как пилы вгрызлись в преграду, пронзая ее насквозь.
Да что же он за маг, если готов равнодушно рвать тело своего же товарища, лишь бы задеть меня?..
Пока жуткие зубатые отростки рвали мой щит, я пропустил ещё одно плетение. Земля под ногами вздрогнула, проминаясь на полметра — и словно катапульта швырнула меня в воздух. Кувыркнувшись, я заметил блеснувший у земли огонёк — плетение "объятья ведьмы"!
Десятки тонких жгутов-щупалец взвились в воздух
