В самом деле, предположим, что в результате математико-статистического исследования обнаружено, что главы X_1, X_2…, X_n нашего «учебника по истории», датированные в нем различными эпохами T_1, T_2…, T_n, на самом деле дублируют друг друга и описывают одни и те же события. Как осмыслить этот чисто формальный результат в терминах привычных для нас исторических образов (например: «Когда жил Юлий Цезарь? На каком языке он говорил?» и т. п.)? Другими словами, как написать вместо нескольких глав X_1…, X_n одну новую, исправленную главу? Для этого необходимо, прежде всего, ответить на следующий основной вопрос: какие из глав (хроник) X_1…, X_n являются «событийными оригиналами» (т. е. дают наиболее достоверное описание реальных событий), а какие из них являются «событийными дубликатами», т. е. описывают события в значительно переработанном виде (например, являются попросту поздне-средневековой исторической беллетристикой, лишь отдаленно основанной на фактах). Отдельная проблема — это правильно датировать оригиналы.
Только после такого выделения событийных оригиналов и их датировки можно будет получать ответы на вопросы типа: «когда и где жил Юлий Цезарь?» И ответы эти, вообще говоря, будут иметь довольно сложный вид, вроде: «Известная нам биография Юлия Цезаря является смесью жизнеописаний нескольких реально существовавших людей, живших в такое-то и такое-то время в таких-то и таких-то местах». При этом, жизнеописания эти придется извлекать из того же «учебника по истории», по возможности очищая их от беллетристических наслоений и примесей чужих биографий. Это не всегда можно сделать однозначно.
«Положительная программа» статистической хронологии, т. е. восстановление правильной хронологии и истории древности
Выделение событийных оригиналов в «учебнике по истории» и построение непротиворечивой версии глобальной истории — это положительная программа статистической хронологии. Она очень далека от завершения. Естественно, при этом потребуются усилия большого числа специалистов и, в частности, профессиональных историков, работающих непосредственно со старыми документами.
Итак, перед нами встает задача написания «нового учебника по древней и средневековой истории». Сейчас мы попытаемся дать здесь лишь общий набросок предполагаемого результата. Следует отдавать себе отчет в том, что новый «учебник по истории» нельзя прямо и однозначно восстановить на основе лишь формальных результатов нашей «статистической хронологии».
Типичный пример: предположим, мы обнаружили, что биографии двух исторических личностей являются хронологическими дубликатами. Возникает вопрос: которая из этих биографий — «оригинал», т. е., описывает события более реалистично, указывает их правильное географическое положение и т. д.? Естественно ли предположить, что та, которая имеет более позднюю (и, скорее всего — правильную) датировку? Не всегда.
Дело в том, что основное значение тут уже имеет не столько датировка самих событий в «скалигеровском учебнике», сколько датировка дошедших до нас редакций описаний этих событий. В соответствии с принципом забывания информации, чем позже составлена окончательная (дошедшая до нас) редакция той или иной хроники из множества хроник, описывающих одни и те же события, тем менее достоверна информация, содержащаяся в этой хронике. Поэтому проблема выбора «событийного оригинала» из множества хроник-дубликатов упирается в источниковедческую проблему: «которая из них раньше всего была окончательно отредактирована?» Ответ на последний вопрос часто оказывается очень сложным. Поэтому выбор оригинала во многих случаях будет основан на чисто субъективных ощущениях исследователя: «это больше похоже на правду», «это описание более реалистично» и т. д. Ясно, что у разных людей эти ощущения могут не совпадать, что приведет к возможным различным результатам в истолковании истории.
Приведем пример. С помощью методов статистической хронологии в скалигеровском «учебнике по истории» найдено несколько различных фрагментов, дублирующих одни и те же события — эпоху Христа (XI век н. э.). Какой из них должен рассматриваться как оригинал? Ответ не однозначен и существенно зависит от позиции исследователя. Человек, принадлежащий к христианской церкви и доверяющий ее традиции, скорее всего, сочтет «событийным оригиналом» версию евангелий, несмотря на то, что их датировка в скалигеровском «учебнике» — началом н. э. — заведомо неверна. Напротив, тот, кто воспитан в убеждении, что евангелия легендарны, естественно выберет другую часть «учебника» в качестве оригинала — скажем, известную биографию папы Григория VII Гильдебрандта, которая также является дубликатом эпохи Христа, причем имеет правильную для этой эпохи датировку — XI век н. э. См. [1]. Выбор событийного оригинала в данном случае основывается на мироощущении исследователя и не может быть сделан в чисто научных рамках.
Из всего сказанного следует, что прежде чем приступать к реализации положительной программы, необходимо уяснить и сформулировать те основные принципы, с помощью которых будет делаться выбор в случае спорного или неоднозначного истолкования результатов статистической хронологии. Принципы, которыми мы будем здесь руководствоваться, следующие.
Принцип справедливости «общих мест» в старых документах
Следы подлинной истории и остатки первоначальной хронологической традиции
Естественно считать, что хронологи XIV–XVII веков, приступая к построению глобальной хронологии (которую они, в конце концов, построили неправильно, запутав и исказив ее ложными датировками) имели некие верные исходные представления об истории, которые дошли до них по традиции, были общеизвестны в то время и не являлись следствием их собственной работы. Не могли же они создавать историю и хронологию совершенно на пустом месте! Ясно, что они вынуждены были в какой-то степени придерживаться общепринятых представлений своего времени о том, как в общих чертах была устроена история. Иначе им просто никто бы не поверил, и их хронологические построения были бы сразу же забыты.
Следы этой старой (и, по-видимому, правильной) традиции неизбежно должны сохраниться и в дожившей до нашего времени скалигеровской версии истории. Эти следы довольно легко распознать в первоисточниках и отделить их от позднейших наслоений. Остатки старой традиции, как правило, имеют вид простых, устойчивых формул, «общих мест», примерно одними и теми же словами повторяемых во всех источниках. Это «окаменевшие остатки» старой традиции, как, оказывается, могут служить источником дополнительной информации и составить основу для хронологической версии исходной (т. е. не испорченной) истории, совершенно отличной от скалигеровской и полностью согласованной с результатами «статистической хронологии». Принцип справедливости «общих мест» в старых документах требует, чтобы восстанавливаемая нами историко-хронологическая версия удовлетворяла тем остаткам старой хронологической традиции XII–XIII веков, которые могут быть найдены в существующих сегодня документах (остатков более старой традиции мы, по-видимому, уже не найдем). Этот принцип основывается на результате А.Т. Фоменко [1], согласно которому дошедшие до нас тексты описывают историю лишь начиная с X–XI веков н. э. Таким образом, историческая традиция XII–XIII веков была почти современницей самого начального периода известной сегодня истории. Поэтому можно надеяться, что эта традиция имела правильные представления об истории того времени. Но эта традиция была почти полностью забыта в течение первой половины XIII века (как могло это произойти — мы опишем ниже). Вместо нее в XIV веке начала складываться другая, ошибочная историко-хронологическая традиция, завершенная лишь в XVI–XVII веках Скалигером и Петавиусом. С тех пор хронология уже не подвергалась сомнению. Хотя и была неверна.
Но немногочисленные остатки правильных хронологических представлений XII–XIII веков все же сохранились. При внимательном рассмотрении можно заметить их следы даже в скалигеровской хронологии. Конечно, это — не датировки и не подробности каких-либо событий. Столетний разрыв между гибелью старой (начало XIII века) и зарождением новой (начало XIV века) исторической традиции оказался вполне достаточен для того, чтобы все историко-хронологические подробности были забыты. Письменные источники были утеряны или уничтожены и сегодня мы имеем очень мало памятников письменности ранее XIV века [1].
Что же могло сохраниться в памяти людей того времени и пережить столетний разрыв письменной традиции? Ясно, что это могли быть лишь самые общие, грубые, «абстрактные» представления об истории, которые просто формулировались, просто запоминались и которые трудно было забыть. И действительно, некоторые из таких представлений сохранились в виде «окаменевших» формулировок, «общих мест», рассыпанных в средневековых источниках XI–XVII веков. В более поздних изданиях они уже не встречаются — были «вычищены». Современные историки относятся к этим остаткам старой традиции с крайним пренебрежением, считая их «средневековыми баснями», противоречащими «исторической очевидности».
