Он в конце концов открыл этот тубус, удовлетворенно бормоча, и достал длинный блестящий цилиндр архитектурного электронного чертежа, который он развернул на низком столе между ними. Когда один из уголков листа загнулся, он взял у Ли бутылку с пивом, чтобы прижать его.
Ли с сомнением посмотрела на чистую поверхность.
– И что, мы будем искать план здесь? Ты теперь против ВР?
– Я просматривал варианты в ВР, когда получил от тебя файлы Корчова, и ни на шаг не приблизился к решению.
Он коснулся чертежа. Раздалось слабое жужжание, и лист засветился, бросая холодный синий отблеск на бокал с вином Коэна и на круглый бок пивной бутылки Ли. Паутина линий расползлась по листу и срослась в длинную кривую, похожую на арку двадцатикилометрового подвесного моста. Коэн ввел другую команду, и призрачные параллелограммы солнечных батарей выстроились над аркой и вокруг нее.
– Вот. Альба. Место, которое ты должна узнавать быстрее меня.
– Я вижу, – сказала Ли с сомнением. Коэн фыркнул.
– Сказано настоящим представителем поколения виртуальной реальности. Двести тысяч лет понадобилось человечеству, чтобы научиться читать, и вот уже несколько веков они стараются забыть, как это делать. Тем не менее, – он выразительно постучал по листу. – Это схемы, по которым работал подрядчик. Они гораздо подробнее тех, которые тебе передал Корчов. И, что более важно, я извлек их из файлов подрядчика, не заходя в базы данных КПОН, то есть без запроса на получение секретной информации.
– Теперь поняла, – сказала Ли, по мере того как плоское изображение стало проясняться. Вот – склад, а вот – основные лаборатории. Я провела достаточно времени в резервуарах, чтобы сразу их узнать.
– Правильно, – сказал Коэн. – Но основные лаборатории – не наша задача. Наша цель – вот здесь, снизу: биотехнологический научно-исследовательский отдел.
– Мне кажется, что я никогда не бывала на этом уровне, – сказала Ли.
– А ты и не могла быть. Здесь все очень секретно. Все работы – под техконтролем. Даже научные работники живут раздельно. В действительности это – карантинная зона. Посмотри, как установлены перекрытия, отделяющие лабораторные уровни от остальной станции.
Он дотронулся пальцем до какого-то участка на чертеже, и зона этого участка увеличилась так, что стало возможным разглядеть череду коридоров без окон, заканчивавшихся тупиками, и контрольных пунктов, отмеченных красным.
– Тебе придется пройти через два контрольных пункта службы безопасности, здесь и здесь.
Ли показала на скопление площадок с набухающей растительностью на внешней стороне станции.
– Что это?
– Ферма для выращивания водорослей. Часть кислородного цикла. Но посмотри сюда, – он снова привлек ее внимание внутрь станции. – Итак, что нам предстоит сделать. Первое. Мы доставляем тебя на станцию, в лабораторное крыло. Второе. Ты находишь доступ к центральной базе данных лаборатории и вручную устанавливаешь канал с кораблем. Третье. Я ищу в файлах лабораторного AI любые возможные варианты защиты от нас и определяю, на каком компьютере файлы с интрафейсом. Четвертое. Ты идешь и забираешь их. Пятое. И это по-настоящему сложный пункт. Мы уходим незамеченными. Или, по крайней мере, без того, чтобы нас определенно узнали.
Ли кивнула, немного удивляясь тому, что слышит все это из симпатичного ротика Киары, так как всегда считала эту девушку глупенькой.
Она взяла свое пиво, и угол чертежа снова задрался. Она поискала вокруг, что туда положить вместо бутылки, и нашла ветхий томик первого издания «Фауста».
– А мы сможем это сделать?
– Сможем, но, боюсь, что таким способом, который тебе вряд ли понравится. – Коэн дотронулся до индикатоpa на той части схемы, где был лабораторный луч. – Физически я не представляю себе, где находится интрафейс. Единственное, что я знаю, он – в лаборатории. К сожалению, лабораторные файлы: по персоналу, оборудованию и всему остальному – прочно заблокированы и защищены программно.
– Как на Метце.
– Еще сильнее, чем на Метце. – Он посмотрел на нее. – На Альбе есть боевой получувствующий AI.
По спине Ли пробежал холодок и остался внутри. Она ненавидела подсоединение к получувствующим. Возможно, страх ее был суеверным – или она много раз старалась убедить себя в этом. Иногда ей казалось, что это было слепым предубеждением. Однажды, когда она рассказала об этом Коэну, он так обиделся, что потребовались недели, чтобы загладить вину и успокоить его.
В мощных получувствующих AI было что-то акулье: грубая вычислительная мощь, не отягощенная жестким программным обеспечением или близкими к человеческим слабостями и сомнениями полностью чувствовавших независимых. Подсоединение к получувствующим походило на плавание в темной бездне. Невозможно было поверить, что бессловесная угроза, таившаяся за этими числами, могла бы стать Коэном. И ужасно было думать, что Коэн отличался от них. всего несколькими функциями и алгоритмами и что никто не мог с уверенностью сказать, где проходила граница между ними.
– Так как же мы доставим тебя внутрь? – спросила Ли.
Коэн поднял брови.
– Ты что-то торопишься. Я ведь еще не дал согласие помогать тебе.
– Что ты хочешь, чтобы я умоляла тебя?
– Ты – неподражаема. Почему чем больше ты просишь, тем более противной ты становишься?
– Тебе за это платят, – сказала Ли. – Я в прошлый раз проверила и поняла, что это было работой, а не помощью.
Коэн закурил сигарету, не предложив Ли, и положил портсигар с зажигалкой на стол, аккуратно совместив с угловым узором в форме золотого листа.
– Давай на этом остановимся, хорошо? – сказал он. – Если, конечно, ты на самом деле не хочешь со мной поссориться.
Ли промолчала.
– Тогда пошли дальше. Предположим, что лабораторный AI отключил внешнюю связь. Ты не можешь войти. Ты не можешь добиться беспроводного доступа. Все, что ты можешь сделать, – это набрать цифры пароля санкционированного доступа, но сделать это ты можешь только прямым подключением. – Он улыбнулся и скинул пепел с сигареты жестом, полным византийской изящности. – А это означает, моя дорогая, что тебе придется пойти под нож.
Ли поднесла палец к виску и нащупала под кожей плоский диск передающего устройства удаленного доступа к системам связи. Она никогда не испытывала прямого включения через контакт. И ей это было не нужно. Это делали техи, вроде Колодной. Эти люди выполняли черновую работу, например взлом целевых систем, и подвергались риску, от которого Ли защищали автоматические предохранители удаленного интерфейса.
– Ты сам до этого додумался или тебе помог Корчов?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
