Однако мисс Лонг совсем не стремилась стать одним из действующих лиц в такой скандальной истории. Ее имя не сходило со страниц газет, она стала героиней карикатур, причем ее постоянно изображали держащей полные пригоршни золотых монет, которые притягивают взгляд герцога, — именно монеты, а не ее прекрасное лицо. И она не захотела прислушаться к мнению друзей и близких, считавших, что в будущем ее ждет корона. Она приняла предложение Уэсли-Поула, который ей гораздо больше нравился во -всех смыслах. Герцог Кларенс оказался отвергнутым поклонником.
Неудача с мисс Тилни-Лонг не отвратила Уильяма от поисков богатой невесты, и практически сразу же он переключился на мисс Мерсер Элфинстоун. Она хоть и была не так богата, как Кэтрин, но тоже молода и хороша собой. К тому же мисс Мерсер была дружна с принцессой Шарлоттой ипрактически контролировала все поступки юной наследницы. В течение непродолжительного времени она притворялась, что герцог Кларенс ей не безразличен, но никогда не питала к нему никаких серьезных чувств.
Уильям был оскорблен и обескуражен. Он считал, что его герцогский титул и принадлежность к королевской семье должны ему обеспечить несомненный успех у женщин. Он ошибался. Молодые женщины смотрели на него, как на странного старика; к тому же он не дал себе труда выдержать приличное время после того, как ему отказала Кэтрин. Его намерение жениться на богатой наследнице было столь очевидным, что он даже не пытался это скрыть.
Мисс Элфинстоун не хотела никакой неясности и очень скоро дала герцогу понять, что не принимает всерьез его ухаживания. То, что Уильяма отвергли на виду у всех, регент воспринял, как унижение всей королевской семьи, и был этим очень недоволен:
— Боже мой! Почему нас так не любят? Это ты сделал нас посмешищем. Уж лучше бы ты оставался с Дорой.
Уильям был вынужден согласиться с братом, но сказал, что еще не потерял надежды и будет предпринимать новые попытки. Он непременно найдет такую богатую наследницу, которая будет счастлива заполучить именно его.
Дороти тем временем делала все, что в ее силах, чтобы поддержать репутацию Уильяма, но твердо настаивала на финансовых гарантиях для детей.
Герцог обещал полторы тысячи фунтов для детей и столько же для нее, на расходы по дому и содержание кареты — шестьсот и для старших девочек Дороти — восемьсот фунтов, но с одним условием: если она вернется на сцену, дети переедут к нему, и он перестанет выплачивать ей причитающиеся им деньги.
Финансовые дела были урегулированы. Дороти нашла дом в Кадоган-сквер и решила, что поселится там вместе с младшими Фицкларенсами, Алсопами, Марчами и Ховкерами. По крайней мере, она, наконец, сможет собрать всех своих детей под одной крышей. Она надеялась, что спокойно сможет дожить в этом доме до конца своих дней.
ВЫБОР
Дороти старалась обосноваться на Кадоган-сквер и как-то наладить свою жизнь. Она потеряла Уильяма и не хотела, чтобы он вернулся. Она разочаровалась в нем: он не только предал ее, но и сам превратился в посмешище для окружающих. Как он мог бросить все, что их связывало в течение многих лет, ради молодой женщины, которая не слишком много значила для него, иначе как можно объяснить, что сразу после ее отказа, он бросился ухаживать за другой? Почему люди, которых прекрасно знаешь и которым веришь, вдруг превращаются в чужих, таких же чужих, как и вовсе незнакомые?
Ради каприза, ради прихоти он принес ей и детям большое горе. Она проживет без него. С помощью детей она справится с жизнью. Она пригласила к детям гувернантку, мисс Скетчли, которая не только стала в доме общей любимицей, но и большим утешением для нее самой. Она регулярно получала письма от Георга и Генри, которые вместе служили в армии. Только Софи была к ней равнодушна, но она всегда отличалась от остальных детей своей непредсказуемостью. Дороти не раз спрашивала себя, какие чувства должна была испытывать Софи в Рэмсгейте, наблюдая за поведением отца? Что толкнуло его на это? Может быть, он внезапно понял, что молодость прошла и, как очень многие люди, бросился за ней вдогонку? Как это глупо!
По мере того, как проходило время, она, если и не чувствовала себя счастливой, то понемногу успокаивалась.
Одно только то, что она практически перестала появляться на людях, уже было для нее благом. Скандальные хроникеры вспоминали о ней все реже и реже. Она жила в окружении своих детей — трех старших замужних дочерей и маленьких Фицкларенсов, которые всегда были для нее источником радости.
Она была очень привязана к своему зятю Фредерику Марчу, полковник Ховкер относился к ней с большой нежностью и всегда помогал ей в делах. Она с трудом терпела Томаса Алсопа, но была не столь наивна, чтобы мечтать о совершенстве. Его можно было терпеть, если рядом были такие зятья, как Фредерик и полковник.
Она ясно дала дочерям понять, что не намерена вмешиваться в их семейную жизнь, и очень часто, уложив детей спать, они с мисс Скетчли вместе коротали вечера. Дороти рассказывала гувернантке разные истории из театральной жизни и заново переживала все свои неудачи и триумф. Да, жизнь постепенно становилась сносной.
Однако очень скоро выяснилось, что спокойная жизнь ей не суждена. Неожиданно она заметила, что мисс Скетчли что-то от нее скрывает. Дороти испугалась, что гувернантка, которая уже успела занять такое важное место в ее жизни, надумала уходить, и однажды вечером, когда они сидели вдвоем, решила поговорить об этом.
— Мисс Скетчли, вас что-то тревожит? — спросила она.
Гувернантка виновато смотрела на Дороти.
— Я надеюсь, вы не надумали уходить.
— Нет, никогда, — ответила мисс Скетчли.
— Вот и прекрасно, у меня сразу стало легче на душе. Но все-таки вас что-то волнует?
— Я... меня... — мисс Скетчли явно колебалась.
— Пожалуйста, скажите, что с вами. Я готова к худшему.
— Я... я не совсем уверена, все ли в порядке у миссис Алсоп с мужем?
Дороти рассмеялась.
— Моя дорогая мисс Скетчли, у них никогда не бывает все в порядке. Я могу в этом признаться своему дорогому другу, потому что вы для меня стали другом. Этот брак — большая ошибка.
— Боюсь, что это действительно так, — ответила мисс Скетчли.
— Пожалуйста, скажите, что случилось?
— Мне кажется, что миссис Алсоп каждый вечер принимает лауданум.
— Лауданум?
— Да, я видела много этого лекарства в ее комнате. Я знаю, что не должна была открывать ее ящик, но... я заподозрила это и очень встревожилась... к нашла там очень много... очень большой флакон...
— Боже, что же это значит?
