– Наверное, – хмыкнул Кияшов. – Хотя, с другой стороны, их оружие – пушки, лазеры и прочие излучатели. Личное оружие им вроде и ни к чему.
Просторная, освещенная красными огнями галерея круто забирала наверх.
– Точно. Идем в надстройку, – обрадовался Делакорнов. – Видели, по углам этой базы четыре надстройки такие, сферические?
– Вроде бы, – согласилась Инна.
– В них и установлены орудия, – заявил Антон. – Вопрос теперь в том, сколько обслуги вокруг них…
– Да уж… – проворчал Кияшов.
Сверху доносился стук, топот, удары по железу – одним словом, признаки активности живых существ.
– Нам бы хоть завалящий парализатор! – тихо прошептал Химель.
– А еще лучше – спаренный пулемет, – заявил Яловега.
– Почему спаренный? – спросил Сумароков.
– Потому что один ствол быстро перегреется, – хохотнул механик. – Готовь подшипники, Колян!
Вскоре люди очутились в огромном зале. Посреди зала были смонтированы стальные пирамиды – по всей видимости, выполнявшие функции орудийных башен. Таким образом, орудия прикрывала броня, защищающая всю батарею, и еще собственный защитный кожух. Но самое интересное было не это. В зале сновало по крайней мере две сотни ретлианцев.
Коля даже рот приоткрыл.
– У меня не хватит на них подшипников! Да тут всего бы того ящика не хватило.
– Да, погорячились, – протянул Яловега. – Пошли-ка назад. Пока они нас не заметили.
Но было поздно. Ретлианцы возбужденно замигали шишками и замахали лапами. От толпы отделилась весьма внушительная группа особей и двинулась в сторону людей, быстро перебирая конечностями.
– Вперед! – закричал Делакорнов. – Укроемся в башне!
– В ка-ка-кой башне? – заикаясь от страха, промямлил Сумароков.
– В ближайшей! – прокричал Антон. – Евграф Кондратьевич, тащите принцессу!
Име Галут при виде такого количества ретлианцев, а может быть, после длительного перехода с травмированным плечом стало плохо, она застыла, опершись на стену.
Делакорнов огромными прыжками понесся к полуоткрытой бронированной двери ближайшей пирамиды. Остальные последовали за ним. Распахнув дверь, Антон обнаружил за ней уходящую вверх металлическую лесенку. Он обернулся, замахал руками, подгоняя остальных. Инна, доктор Химель, Сумароков, Яловега и Кияшов с имой Галут на руках вбежали следом за ним в пирамиду, и Антон захлопнул дверь перед носом у опередившего других ретлианца. Опустился тяжелый запор. Два поворота колеса – и беглецы оказались надежно защищены от преследователей несколькими сантиметрами стали. Такой плотной, что снаружи сюда не доносилось ни звука.
– Как крысы в капкане, – заметил Яловега. – Интересно, сколько ретлианцев наверху?
Этот вопрос волновал всех. Антон, крадучись по-кошачьи, поднялся по лестнице и показал идущим следом четыре пальца.
– Не так уж и много, – вздохнул Химель. – Поодиночке ретлианцы не слишком сильны…
– Особенно когда стоишь в стороне, – отдуваясь, заметил Кияшов. – Держись, моя имочка! Трудно нам без тебя будет! В прошлый раз ты одна двух врагов уложила!
Кияшов опустил принцессу на пол. На Яловегу, которым боевой задор овладевал только время от времени, рассчитывать не приходилось. Химель и Инна тоже не были приспособлены для драки – тем более девушка панически боялась ретлианцев и даже притрагиваться к ним не желала. Сумароков мог иногда помочь, но в расчет его принимать не следовало… Неизвестно, когда его охватит очередной приступ паники.
– Пошли, – кивнул старпом Антону.
С громким криком, хотя вряд ли криком можно было произвести впечатление на глухих ретлианцев, Делакорнов и Кияшов ворвались в орудийное помещение. Кияшов размахивал лопаткой, Антон кулаками. Впрочем, вид у него был самый угрожающий. С ходу Делакорнов засветил одному из ретлианцев под шишку. Евграф Кондратьевич предпринял удачный выпад, и враг свалился на пол, содрогаясь всем телом. Двум другим, к несчастью, удалось сориентироваться. Подшипник, брошенный Сумароковым, просвистел над ретлианцами и врезался в иллюминатор, не причинив никакого вреда толстому стеклу.
Направленную ему в голову паучью лапу старпом отвел лопаткой, по второй врезал кулаком слева и перешел в решительное наступление. Не давая противнику опомниться, он обрушил на него целый град точных ударов. Вскоре ретлианец оказался на полу.
Антон выступил менее удачно. Ретлианец резко ударил его под подбородок, да так сильно, что голова Делакорнова мотнулась, и он на миг потерял ориентацию в пространстве. Второй удар пришелся молодому человеку по скуле. Антон развернулся вокруг своей оси и, взмахнув руками, врезался лицом в твердое покрытие пола.
– Ох ты, е-мое! – прокомментировал Евграф Кондратьевич и собирался уже кинуться в наступление на оставшегося ретлианца, когда подшипник, брошенный Сумароковым, угодил врагу точно под шишку…
Четверку поверженных врагов, с помощью доктора Химеля и Яловеги, заперли в огромном ящике, предназначенном, судя по всему, для хранения снарядов.
– Теперь мы тут хозяева, – усмехнулся Кияшов. – Интересно, через броню сигнал маячка проходит?
– А то кэ-э-эк жахнут наши из протонной пушки прямо в эту батарею, – предположил Яловега. – И скажут потом: кто этим дуракам присоветовал туда лезть? Вот ведь летели их спасать, а получилось, что мы их и прикончили.
– Хоть тела на родину заберут, – вздохнул Химель.
– Радости-то от этого, – оскалился Яловега. – Жене на похороны тратиться… Небось ворчать будет.
– Я так понимаю, никакие стены для передатчика не помеха, – заявил Антон, утирая кровь из разбитого носа. – И уж наше местоположение десантники вычислят, прежде чем атаковать.
– Ага, – кивнул Коля и постучал по часам, – если они по сигналу прилетели, то, наверное, и сейчас еще сигнал принимают. Да что там принимают – отслеживают! Вывели на орбиту специальный спутник, который только нами и занимается. Мы поднялись, спустились, а разведцентр все в штаб докладывает. И командование свои действия планирует сообразно нашему поведению.
– Ишь ты, сообразно, – фыркнул Кияшов. – Нам бы еще пообщаться со штабом. Вот маячок – он сигнал передает, а речь как – может?
– Что речь? – не понял Коля.
– В смысле, разговаривать по нему можно или нельзя, – пояснила Инна.
– Он разговаривать может, – подтвердил Сумароков, – это я точно знаю. Но я с его функциями, в общем, не совсем разобрался. Байрам больше любил на экране информацию получать, вот его хронометр так и настроен. А так он может и вслух команды говорить, конечно… Если очень надо.
Кияшов в сердцах сплюнул.
– Ты, Коля, временами на идиота похож! Я же совсем не то имею в виду. А вот можем мы, к примеру, вместо тупого пищания рассказать нашим десантникам о своих планах? И узнать, что они от нас хотят?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
