средство искажения субъективного глобализма, особенно при неумелом использовании ее разрозненных потоков.
Конфликты киберкультуры возникают не в результате столкновения противоречий между «эфиром» и личностью, а вследствие неуравновешенности их связи. В результате теряется целостность сосуществования в условиях глобализации. Прежде должна быть мировоззренческая основа глобального масштаба, позволяющая приводить цифровизацию к общему знаменателю. То есть, упорядочивать ее путем структуризации и точечного воздействия. Тем более что она лишь отголосок, идущий изнутри конформной системы сил и направленностей. Можно задать вопрос: «Причем здесь человек?» Он оказался заложником неверных представлений о разуме, который можно сломать. Речь идет не о «сакрализации информации», а об ее интеграции.
Тогда можно критически рассматривать, например, основы датаизма, хотя бы в виде оценки личности по вкладу в цифровой обработке. «Машина Тьюринга» не может разрушить границы человеческого духа математическими изысками. Те же «биохимические алгоритмы» далеки от причин существования, особенно в глобальных социетальных границах. Информация не может главенствовать в мире, если она оторвана от субъективностей и не приводит к адекватным действиям. Сама идея «Цифрового государства» абсурдна по причине нецелостности, а ее связь с пандемией коронавируса притянута за уши. В этих условиях цифровые преамбулы следовало бы расшифровывать как извращение глобализма, а не его неизбежный приход, как пришествие Христа к людям. Нет, и не может быть так называемых «цифровых законов» без диалектической связи с людьми. А она осуществляется на основе общечеловеческих ценностей в эпоху социетального глобализма.
4.11. Потеря смысла
Глобализм часто объясняют объективным благом для человеческой цивилизации, как и цифровизацию, и искусственный интеллект, и их атрибутику. Где здесь зарыт смысл? Он имеет место. Технический прогресс всегда несет для человека благо, если он сам не извращает его. Как часто это благо оборачивается субъективной мздой, расплатой за неправомерные действия некоторых. Вспомним историю с атомными бомбами, сброшенными на Японию. Вспомним современный экологический кризис. Кризис экономический, политический, науки, культуры и так далее. Ведутся речи о глобальном кризисе. Что это? Потеря смысла здравого. При этом совершенно очевиден разрыв между объективным и субъективным, поскольку объективное искажают намеренно субъективными деяниями.
Такой дуализм чреват, он ведет к несуществования земной цивилизации или существованию ее в другой ипостаси. Недаром ведутся разговоры о «Великой перезагрузке». Глобализм и антиглобализм в таком случае не могут находиться в едином поле, они могут существовать лишь в умах дуалистических, бессмысленных. Хотя в принципе глобализм и антиглобализм сродни связке материализация-дематериализация. В ней объективный глобализм находится в диалектической связке с субъективным глобализмом. А значит, они должны быть уравновешены смыслом и разумом.
Многих исследователей волнует вопрос: «Почему власть оказывается бессильной перед здравым смыслом и истинным положением дел в экономике?» Почему она оказывается бессильной обуздать экономику? Потому что объективный капитальный отбор искажает истину и смыслы, он оказывается сильнее ее субъективного курса. Почему так происходит? Где сам человек с его разумом, находящим истину и смыслы? Как быть? Идти к целостности связки истины и смысла через сущность субъективности человека. Но мы идем по этому пути уже веками? Где справедливое общество? Может ли оно быть таковым вообще, если найдет истину в смысловом содержании своего общественного устройства? Если нет, тогда нужен новый НЭП? Однако истина стара как мир. Классика экономики выражает истину в ее конечной, смысловой фазе.
Приведем пример в виде анализа теории прибавочной стоимости Карла Маркса. Необходимо сразу отметить, что это не теория классовой эксплуатации наемного труда. Если истина в сущности смысла, то наемный труд оказывается единственным источником стоимости. Вообще не может быть разницы между наемным и ненаемным трудом. Подобно тому, что нет разницы между истиной и сущностью в смысловом развитии. Зато имеется связь прибавочной стоимости с капитально-грегарным равновесием, равновесием очеловечивания и расчеловечивания. Этот процесс основан на смещении указанного равновесия, равно как на отклонении истины от смысла в ходе возмущения субъективностей. Нужно полагать, что истина непрерывно отклоняется от смысла. Но это лишь помогает развитию цивилизации в ходе социетального глобализма.
Соотношение производительного и не производительного труда – критерий развитости общества. А также соответствия истины смысловому содержанию общественных устоев. Экономические кризисы – следствие кризисов политических в сообществе из-за неравновесности между капитальным и грегарным отборами. Если капитальный отбор выражает в основном материальный интерес, то грегарный отбор – интерес человечности. Грегарный отбор уравновешивает с капитальным отбором истина, выражая при этом смысл сущности человеческого существования.
Истина осуществляет связь между сущностью производства и смыслом существования. Производство изначально не может быть некапиталистическим. Нет производства не политэкономического. Вся экономика смысловая, политическая. Труд – это процесс осмысления сообщества. Тогда как цена труда – это проявление, материализация смысла. Они должны быть в диалектической целостной связке. Они должны развиваться совместно – это будет адекватной связью личности и общества, сущности и смысла. Однако часто в эту связь вмешивается государство как субъективная истина, циклируя это процесс развития и выхолащивая его на явления труда и его цены. В условиях глобального кризиса легко потерять смысл. Этим пользуются трансгуманисты, усугубляя картину апокалиптическими мазками.
Вряд ли целесообразно сопоставлять труд и его цену. Рабочий вовсе не продает свою способность к труду. Это его покупают. Работают не трудовые коллективы, а экономические системы (читай: политические системы). Не истина оказывается в сущности, а смысл в истине. Вначале должны быть сущностные законы, а от них исходящая налоговая система как выражение смысла общества, его истина в ценовом выражении. Но не наоборот, как часто бывает. Государство бессильно перед капиталистом, как смысл перед сущностью, так как вынуждено само участвовать в присвоении прибавочной стоимости. Этого мы не видим у Карла Маркса только потому, что он делает упор на эксплуатацию наемного труда, а не эксплуатацию обществом. В любом случае очевиден дебаланс социетального равновесия.
Законы «наоборот» не работают только потому, что сущность не связана со смыслом социетальной истиной. Так как теряется интерес к труду. Нет прибавочной стоимости, есть процесс урегулирования капитально-грегарных отношений. Процесс создания прибавочной стоимости (начало капитала, его истина) это вовсе не процесс. Она не создается реально и сущностно в смысловом выражении, а лишь узаконивается субъективно. В этом слабость государства как одного из субъективности сущего, так как должен быть учет объективного, смыслового конца сообщества.
Эксплуатация неизбежна, но это не эксплуатация по Марксу. Это нормальный процесс экономического развития, когда сущность связывает смысл. Наука ошибочно считает эксплуатацию чем-то плохим. Отсутствие творчества это уже плохо, так как истина при этом не развивается. Но присвоение сущности должно быть общим богатством. При этом регулируют отнюдь не налоги, а процесс совместного развития. Совместное обычно выражает целостное, смысловое существование. Экономические системы должны быть целостными. Это
