Зебара посерьезнел.
– Я был бы рад оставить вас в своей команде. Ребята вас полюбили. Вы очень хорошо притерлись к нам. Но сейчас для пущей безопасности я советую вам отправиться в ближайшую возможную экспедицию «АРКТ». Когда же вы вернетесь, я смогу потребовать вас к себе насовсем.
– Мне бы тоже этого хотелось, – призналась Лунзи. – Мне принадлежал бы лучший из всех миров: разнообразие, но с постоянной компанией. Думаю, мне было бы хорошо на Амброзии. Но как я смогу пролезть без очереди впереди остальных специалистов, желающих попасть хоть в какую экспедицию?
Зебара усмехнулся, охотно демонстрируя свой хищный оскал.
– Они обязаны нам за то, что мы отвлекли на себя пиратский боевой корабль, благодаря чему его и уничтожили. Вы получите место в ближайшей исследовательской экспедиции, или я поставлю на место кое-кого из администрации.
И он подчеркнул свои слова – если не методы, – с силой сдвинув два тяжелых кулака.
Глава 14
Что до степени признательности, которую ИОК испытывает по отношению к действиям команды, Зебара был совершенно прав.
– После планетарной командировки наши правила обычно предписывают исполнение необременительных обязанностей на базе в течение по меньшей мере четырех недель, Лунзи, – заявил ей старший офицер отдела экспедиций на «АРКТ-10» во время личной встречи у него в кабинете. – Но если в силу тех или иных обстоятельств вы хотите уехать именно теперь – ради Бога. На ваше счастье, намечается трехмесячная геолого-ксенологическая миссия на Ирету. Я включу вас в список. Если вы занимаете место медика, то там остается только две вакансии. До вашего отбытия – две недели. Это не слишком много, с учетом времени на погрузку…
– Спасибо, сэр. Это снимает массу проблем, – как можно серьезнее ответила Лунзи. Она пришла в начальственный кабинет сразу же после разговора с Зебарой: капитан разведчиков без промедления нажал на нужные кнопки.
Затем Лунзи сделала старшему офицеру весьма детальный доклад о событиях на Амброзии. Он записывал все целиком, часто вставляя свои замечания. И когда он наконец отпустил её, она почувствовала, что совершенно вымоталась.
Позже Лунзи стало известно, что он расспросил каждого члена команды, а также – офицеров с «Заид-Даяна».
Очевидно, его мало занимало то обстоятельство, что транспорт с предполагаемыми силами вторжения сбежал, зато он был доволен тем, что вооруженный до зубов эскорт уничтожен. Большинство обитателей «АРКТ-10», рожденные на корабле, чувствовали то же самое.
– На один вооруженный корабль меньше – и космос для нас немного безопаснее, – так рассуждали «местные».
Остальные члены команды Зебары получили временные назначения, пока не будет укомплектован новый разведчик. Поэтому две недели до отлета Лунзи частенько проводила время в обществе кого-нибудь из команды, и чаще всего – с самим Зебарой. К её удивлению, появились слухи насчет того, что они «в паре». Никто этих слухов не опровергал. По правде говоря, Лунзи это даже льстило. Зебара был привлекателен, умен и честен – три качества, которыми она всегда восхищалась и против которых не могла устоять. В своё время «заинтересованные» друзья говорили ей, что романы с «тяжеловесами» хотя и нечасты, но грубы и утомительны. Она не была уверена в том, что хочет убедиться в этом сама.
В период выздоровления Зебара просматривал корабельные записи, пытаясь найти поддельные файлы. Слухи о бактериях на Амброзии, погубивших одного за другим всех членов исследовательской группы, распространились по «АРКТ-10» ещё до того, как с «Заид-Даяна» поступил первый рапорт. Не без труда проследили, что источником их является связист Чакал, приятель Коу.
Чакала арестовали для допроса, но он в первую же ночь умер в своей камере.
Хотя официально сообщалось, что имело место самоубийство, шепотом поговаривали, что такие травмы нанести себе самостоятельно невозможно.
Лунзи сочувствовала Коу, который считал себя скомпрометированным тайной деятельностью своего «приятеля».
– Это не сдвинуло нас с мертвой точки, – заметил Бринган на прощальной вечеринке у Лунзи накануне её отлета с иретанской экспедицией.
– Кто-то сыграл этим чертовым пиратам на руку, – согласилась Поллили, обводя комнату сердитым взглядом.
Лунзи начинала жалеть о том, что ей пришлось подсаживать к Поллили личность Квинады. Кое-что из этого запечатлелось в уголках её памяти.
Лунзи с трепетом надеялась, что к тому времени, как она вернется после трех месяцев на Ирете, все это пройдет.
***
Выжидая в стыковочной нише, пока «АРКТ-10» сориентирует нос челнока в направлении Иреты, Лунзи ощутила мгновенную тревогу, увидев среди командированных шесть «тяжеловесов». «А ну прекрати!» – приказала она себе. Ведь с командой «тяжеловесов» Зебары у неё все вышло нормально. Эта компания, возможно, окажется не менее общительной, приятной и интересной.
Она сосредоточила внимание на том, что делается в доке, где собрались несколько экспедиций, которым предстояла высадка на планетах этой системы.
Команда теков, включая вездесущего Тора, отправлялась на седьмую планету.
Большая группа рикси ожидала транспорта на пятую планету Аррутана. Планета должна была быть исследована со всем тщанием, как потенциально пригодная для колонизации их расой. Ирета, четвертая планета системы солнца третьего поколения, имела хорошие перспективы – как говорилось в учебниках – по части трансурановых руд, отложившихся ещё в мезозойскую эру.
Ксенобиологическое исследование с помощью автоматического зонда, прошедшего на большой высоте, обнаружило мириады видов живых существ, но после взятия геологических образцов это имело уже второстепенную важность.
Командам следовало контактировать друг с другом через установленные промежутки времени и регулярно отправлять рапорты на «АРКТ-10» посредством маяка, установленного на орбите, перпендикулярной плоскости эклиптики.
«АРКТ-10» же обнаружил следы обширного ионного шторма между системой Аррутана и той, что находилась с ней по соседству. Исследователи намеревались проследить и зафиксировать его курс.
– Мы вернемся за вами раньше, чем вы думаете, – заверил их служащий дока через свой коммуникатор, когда иретанский челнок поднялся и выскользнул из стыковочной ниши. – Доброй охоты, друзья.
Ирета была названа в честь дочери одного советника ФОП, который неизменно поддерживал ИОК при выделении корпусу фондов. На первых порах представлялось, что советнику оказали большую любезность: по данным предварительных исследований, Ирета обладала огромным потенциалом. Вот и понадеялись, что раз Амброзия была удачей, то полосу везения продолжит и Ирета. Планета имела кислородно-азотную атмосферу и природную растительность, которая поглощала углекислоту и выделяла кислород; анализ проб отметил значительные залежи трансурановых руд и бессчетное количество интересных жизнеформ, ни одна из которых, судя по всему, разумной не была.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
