одним человеком!
Её счастье и радость были буквально осязаемы, и здесь не помогла даже тяжёлая аура отца, которой он пытался воздействовать на дочь. Его просто подавили даже несмотря на то, что он был по стадии выше неё.
Но здесь уже вмешалась мать, видимо что-то поняв по безумно счастливому лицу дочери и положив мужу руку на плечо, когда та возбуждённо продолжила:
— Я хочу вас познакомить с одним очень и очень важным для меня человеком. Прошу вас, — и дёрнула меня вперёд, представляя меня перед своими предками. — Этот юноша, тот самый, что спас мою жизнь, когда даже судьба отвернулась от меня, и помог мне обрести силу, Анал Шлюшенко!
АААААААААААААААААААААААААААААААААА!!!!!!!!!! ДА ИНАЛ МЛЯТЬ, ИНАЛ!!! ИНАЛ ШТИРЛЕНКО, ТУПАЯ ТЫ ДУРА!!!!!!!
Глава 326
— Инал Штирленко, — поправил я её с невозмутимым видом, хотя внутри был готов закашляться кровью, из-за того, как эти узкоглазые жопы изуродовали моё имя.
Я даже не помню, чтобы меня кто-то так сильно унижал в последнее время. Нет, я понимаю, из-за особенностей их языка им сложно выговорить моё имя и фамилию, но мля, не так же его коверкать!!!
Ладно, придётся смириться с унижением, и поздороваться первым с теми, кто меня выше по статусу и силе.
— Светлого дня и доброго пути вам. Приму за честь познакомиться со столько достопочтенными родителями, которые взрастили столь стойку и храбрую девушку.
Я не силён в этих красивых словах и не знаю, как правильно здороваются в высшем свете этой империи, но думаю, и так сойдёт для того, кто не местный.
Родители, что мать, что отец неугомонной девки, которая буквально повисла на мне, внимательно рассматривали мою кандидатуру, и по их лицам было сложно понять, о чём они думают.
Я тоже их рассмотрел. Если отец этой Мимань был чистым азиатом, вот прямо самым коренным, какой только может быть, то мать был почти метиской, как и дочь, что для меня было несколько удивительно. Не потому что я в первый раз вижу метисов, такие в городе парочку раз мне попадались, да и её дочь так-то тоже метиска. Просто, грубо говоря, нечистокровная азиатка, и в одном из главенствующих кланов…
Может я не знаю всей этой кухни, но мне всегда казалось, что они стараются выбирать из своих. Ну типа своего уровня, своего сословия и так далее. А тут как бы чужачка, так ещё и, насколько я понял, в главенствующем роду клана.
— Значит вот каков человек, который спас жизнь моей дочери, — медленно произнесла первой женщина, видимо решив, в отличие от принципиального мужа пойти мне на встречу. — Что ж, солнца яркого и неба чистого, Иал Ширленко. Я рада знакомству с вами.
Ну почти…
А ситуация сама стандартна, оба родителя не рады ухажёру дочери, но в отличие от сурового прагматичного отца мать, как та, кто сама была влюблённой девушкой и понимает дочь, делает шаг первой… Так, стоп, какой ухажёр?
В любом случае, мать хотя бы показала признаки гостеприимства в отличие от отца этого чудного семейства, который выражал только два чувства: холод и неприязнь. Ну и хер с тобой, я всё равно собираюсь поскорее свалить отсю…
— Иниал, — безбожно коверкает моё имя Мимань, — от имени нашего рода я приглашаю тебя на обед.
Мля.
Не только я так подумал, у её отца тоже было написано красноречивое «мля». И я знаю, что он хотел бы сейчас многое сказать и мне, и своей дочери, но это выглядело бы некрасиво. И именно поэтому, чтобы не терять лицо и не устраивать позорящие их разборки внутри семьи, он был вынужден просто промолчать и кивнуть. Но я с ним был полностью согласен, меня надо гнать в хвост и гриву отсюда.
— Боюсь, что я буду вынужден…
— Идём-идём! — тут же потащила меня за руку Мимань. Я даже попытался упираться, но хрен там.
— Погоди…
— Нам столько надо рассказать, да? — улыбнулась она во все тринадцать два норма, затащив меня в дом.
Кажется, единственными, кто сохранял здесь невозмутимость, были служанки, да двое стражников у входа.
И вот через несколько минут я уже сижу за длинным белоснежным столом в большом, похожем на бальный, пустоватом зале, где во главе сидит глава рода, по правую руку от него, но уже с боку стола его жена и…
Я на другом конце стола сбоку.
Я не эксперт, но Мимань должна сидеть по левую руку от отца, но не как не напротив меня в отдалении от своей семьи. Но кажется она чихать хотела на этикет и устои. Сидит, уперевшись локтями на стол и положив голову на ладошки, словно красна девица у окна, и смотрит на меня большими глазами с улыбкой.
Я не эксперт и не высокого о себе мнения, но она точно в меня влюбилась. Я чувствую опасность. Моя интуиция чувствует опасность. Отец её тоже чувствует опасность, глядя хмуро на дочь и практически враждебно на меня.
Её же мать ведёт себя куда более спокойно и невозмутимо, показывая женскую мудрость.
— Итак, чем же вы занимаетесь, Иниал?
— Инал, — поправил я её.
— И-нал, — повторила она.
— Я путешествую.
— То есть ты бездомен, — произнёс отец спокойно и холодно.
— Я не назову себя бездомным, — не согласился я, так как я не бродяжничаю. — Я путешествую.
— Иначе говоря, бездомный, — холодно бросил он, видимо решив меня задеть, но я просто ответил.
— Как скажете, — и кажется, моё спокойствие зацепило его ещё сильнее.
— Получается, вы тоже, И-нал, участвовали в турнире секты Крыла Дракона? — спросила мать Мимань. — Как вам удалось попасть на него?
— Случайно набрёл на один из старых храмов на пограничных территориях империи Пьениан. Там и нашёл комнату с амулетом внутри, который меня сразу и перенёс к месту.
— Как и всех, — холодно произнёс глава клана. — На каком этаже турнира тебя вышвырнули?
Здесь уже на главу посмотрели и жена, и Мимань. Причём если первая неодобрительно, то вторая конкретно так враждебно, и я почувствовал, как их ауры столкнулись, будто между ними произошла мысленная борьба. Но я решил ещё немного подлить масла в огонь в отместку за его неуважительное поведение.
— Почему вышвырнули? Я дошёл до конца турнира и выиграл, — пожал я плечами, произнеся это так,
