А потом раздался тоненький писк.
– Не может быть! – проговорил Левайн.
На земле зашевелилось маленькое, хрупкое создание. Тельце детеныша было бледно-коричневым, почти белым. Детеныш попытался встать на ножки, но сразу же повалился. Малыш был не больше фута в длину, на шее кожа морщинилась складками. Вскоре рядом с первым детенышем показался второй.
Сара Хардинг вздохнула.
Один из взрослых майазавров медленно опустил огромную голову к самой земле, осторожно подхватил детеныша широким клювом и выпрямился, держа малыша в открытом клюве. Маленький майазаврик спокойно сидел на языке взрослого и вертел головой, оглядываясь по сторонам, когда его подняли так высоко над землей.
Второго детеныша подобрали таким же образом. Взрослые еще с минуту потоптались на месте, как будто раздумывая, не нужно ли здесь еще что-нибудь сделать, а потом громко затрубили и все вместе отправились обратно. Оставив после себя перевернутый, покореженный джип.
Торн сказал:
– Похоже, бензин нам больше не нужен...
– А, по-моему, нет, – сказала Сара.
Торн осмотрел искалеченную машину и покачал головой.
– Здорово они его отделали... даже если бы джип на полной скорости врезался в стену, и то выглядел бы получше, – сказал Торн. – Машина как будто побывала под прессом для металлолома. На такие нагрузки она не рассчитана.
Левайн фыркнул:
– Детройтские конструкторы не могли знать, что по джипу будет топтаться животное пяти тонн весом.
– Знаешь, а мне было бы интересно посмотреть, как бы это выдержала наша машина, – сказал Торн.
– Ты имеешь в виду, после того как мы ее укрепили?
– Ну да, – сказал Торн. – Мы построили ее так, что она должна была выдерживать фантастические перегрузки. И мощное сдавливание тоже. Мы проверяли ее всякими компьютерными программами, добавляли всевозможные сотовые панели жесткости и все такое...
– Погодите, – вмешалась Сара, отворачиваясь от окна. – О чем вы говорите?
– О другой машине.
– О какой другой машине?
– О той машине, которую мы привезли с собой, – пояснил Торн. – Об «эксплорере»!
– Ну конечно же! – внезапно обрадовалась Сара. – У нас ведь есть еще одна машина! А я совсем про нее забыла! «Эксплорер»!
– О нем можно уже и не вспоминать, – сказал Торн. – Прошлой ночью в нем закоротило двигатель, когда я возвращался к трейлеру. Я загнал машину в слишком глубокую лужу, черпнул воды, и в «эксплорере» закоротило движок.
– Да? Но, может быть, он все-таки...
– Нет, – сказал Торн, качая головой. – После такого короткого замыкания там наверняка перегорела вся проводка. Это же электромобиль. На нем можно поставить крест.
– Странно, что вы не вставили туда предохранители на такой случай.
– Ну, мы обычно никогда не ставим предохранители... Хотя в этой последней модификации... – Торн задумался. Покачал головой. – Даже не верится...
– Так, значит, предохранители все-таки были?
– Да. Эдди вставил их буквально в последнюю минуту.
– Значит, машина, возможно, все еще на ходу?
– Да, вполне возможно. Если только заменить там предохранители.
– А где она сейчас? – спросила Сара, решительно направляясь к мотоциклу.
– Я бросил «эксплорер» на боковой дороге, которая ответвляется от той, что идет по гребню горы, и спускается вниз по склону. Но, Сара...
– Это наш единственный шанс, – сказала Сара Хардинг. Она уже пристроила микрофон к щеке и выкатила мотоцикл к двери. – Держите со мной связь. Я поеду и найду машину.
Торн и Левайн смотрели через окно, как Сара вывела мотоцикл на дорогу, села за руль и покатила к вершине холма.
Левайн проводил ее взглядом.
– Как ты думаешь, может у нее что-нибудь получиться? – спросил он у Торна.
Тот только покачал головой.
Рация затрещала, раздался голос Сары:
– Док!
Торн нажал на кнопку переговоров.
– Слышу тебя, Сара!
– Я уже на вершине. Вижу... шестерых тварей.
– Рапторов?
– Да. Они... Хм-м... Слушайте, я попробую проехать другим путем. Я вижу...
Рация захрипела, заглушая слова.
– Сара!
Ее голос был едва слышен:
– ...что-то вроде игры в догонялки......Здесь......Наверное, я лучше...
– Сара, тебя плохо слышно!
– ...прямо сейчас. Так что......лайте мне удачи.
Из динамика рации доносился рокот мотоцикла. Потом послышался какой-то другой звук, похожий на рычание зверя. Но, может быть, это были просто слишком сильные радиопомехи. Торн подался вперед, прижал рацию к самому уху. И тут вдруг рация щелкнула и замолкла. Торн позвал:
– Сара! Ответа не было.
– Может, она отключила передатчик? – предположил Левайн.
Торн покачал головой.
– Сара!
В ответ – тишина.
– Сара, ты меня слышишь? Тишина.
– Ч-черт! – выругался Торн.
Время тянулось невероятно медленно. Левайн стоял у окна и смотрел. Келли спокойно спала в уголке. Арби лег рядом с Малкольмом и сразу же уснул. А сам Малкольм что-то монотонно мурлыкал себе под нос.
Торн сел на пол посреди зала и прислонился спиной к стойке бара. Он раз за разом подносил к уху рацию, вызывал Сару, прислушивался, но так ни разу и не услышал ответа. Он перепробовал все шесть каналов. И ни на одном ничего не было слышно.
В конце концов он оставил эти безнадежные попытки.
Рация затрещала.
– ...навижу эти дрянные штуки! Вечно они ломаются, когда не надо! Не представляю, что теперь де......штукой...
...чертова!
Левайн мгновенно обернулся. Торн схватил рацию.
– Сара? Сара!
– Ну, наконец-то! – сказала Сара. Голос ее звучал хрипло, заглушаемый шумом помех. – Куда вы там подевались, док, черт побери?
– С тобой все в порядке?
– Да, все нормально.
– У тебя какие-то неполадки с рацией. Ты куда-то пропадаешь.
– Да? Ну, так что мне делать?
– Попробуй протереть оболочку на батарейках. Они, наверное, потекли.
– Да нет! Я спрашиваю, что мне делать с машиной? Торн даже переспросил:
– Что?
– Я возле машины, док! Я ее нашла. Что мне теперь делать?
Левайн посмотрел на часы.
– Вертолет прилетит через двадцать минут, – сказал он. – Знаешь, а ведь, может, у нее и получится...
Доджсон
Доджсон проснулся на полу бетонного сарая. Все тело ломило от боли. Доджсон встал, подошел к окну, выглянул наружу и увидел бледно-голубое небо, исчерченное розовыми полосами. Он открыл дверь и вышел из сарая.
Очень хотелось пить, все тело болело. Доджсон пошел, скрываясь под пологом густой листвы. Ранним утром в джунглях стояла удивительная тишина. Больше всего на свете Доджсону сейчас нужна была вода. Откуда-то слева доносилось тихое журчание ручейка. Доджсон свернул туда и пошел чуть быстрее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
