из Южной Германии и всей Австрии, с общим населением, примерно равным населению британской и советской зон, которые британцы предлагали разместить на северо-западе и северо-востоке Германии. Это соответствовало британской концепции вторжения в Центральную Европу из Италии или Франции, для чего основную часть войск предстояло выделить из войск США, дислоцированных на тот момент в Италии.
В своем первоначальном предложении, представленном 18 февраля, русские согласились на восточную зону, предложенную британцами, но предлагали отделить Австрию от германских зональных планов и оккупировать ее всеми тремя державами, а не только державой, оккупирующей Южную Германию. Советский делегат указал, что ему безразлично разделение зон между Соединенными Штатами и Великобританией. Ни одно из этих предложений не выглядело приемлемым для Соединенных Штатов, и в марте президент направил Уайнанту, представителю Соединенных Штатов в ЕКК, предложение о том, чтобы Соединенные Штаты заняли зону на северо-западе Германии и оставили оккупацию Южной Германии и всей Австрии Великобритании.
Нежелание президента Рузвельта задействовать войска Соединенных Штатов для оккупации Австрии, по-видимому, было продиктовано двумя основными соображениями. Во-первых, он близко к сердцу принимал критику по поводу решения сосредоточить силы Соединенных Штатов на Германии, а не на Японии, и считал, что передислокация американских сил на Дальний Восток после поражения Германии пройдет легче с позиций, расположенных вблизи портов Северной Германии и Ла-Манша, чем из южных регионов, не имеющих выхода к морю. Во-вторых, похоже, что оккупация южной зоны Германии и Австрии была связана в его сознании с риском втягивания Соединенных Штатов в британское и советское соперничество на Балканах.
«Я не хочу, чтобы Соединенные Штаты несли послевоенное бремя восстановления… Балкан, – сказал он Халлу. – Это вовсе не естественным образом вытекающая для нас задача на удалении свыше 3500 миль. Это определенно задача британцев. Необходимо, чтобы американские оккупационные войска не несли никакой ответственности в Южной Европе и были выведены оттуда в кратчайшие сроки».
Третьим соображением, которое в то время имело для него значение, была вероятность послевоенных беспорядков во Франции, которые, по его мнению, могли поставить под угрозу коммуникации американских войск, размещенных в Южной Европе. В этом отношении президент пользовался поддержкой Военного министерства, хотя со стороны Госдепартамента такой поддержки не было. Но в это время политические соображения неизбежно подчинялись чисто военной цели – победе в войне.
Британская точка зрения, с другой стороны, изначально основывалась, как уже упоминалось, на диспозиции войск в Италии. Даже когда генерал Эйзенхауэр был переведен в Верховный штаб экспедиционных сил союзников (SHAEF) и американские войска в Италии больше не обладали преимуществом, первоначальная британская концепция роли американских сил в оккупации Австрии была сохранена во время планирования операции «Оверлорд», поскольку последняя предусматривала вторжение в Северную Европу британских войск, размещенных в Восточной Англии, а в Южную Европу – и, следовательно, в Австрию – американских войск, размещенных на юге и западе Англии. Поэтому принятие предложения президента Рузвельта о создании американской зоны на северо-западе Германии повлияло бы на все военное планирование «Оверлорда», которое уже было завершено. Еще одним соображением было то, что, если бы впоследствии выделялась зона для Франции, ее можно было удобно «вырезать» из зоны Соединенных Штатов на юге, которая граничила бы с Францией, и расширить, когда американские войска будут выведены в соответствии с известными намерениями президента по их передислокации.
Разница во взглядах между Соединенными Штатами, с одной стороны, и Великобританией и Советским Союзом, с другой, еще больше осложнялась разногласиями внутри самой администрации Соединенных Штатов. Британский делегат имел все преимущества, находясь в своей столице и имея легкий доступ к первоисточникам политики. Делегат Соединенных Штатов, с другой стороны, должен был работать под руководством Рабочего комитета по безопасности в Лондоне, номинально уполномоченного согласовывать инструкции от имени Государственного, Военного и Военно-морского департаментов, но фактически ограниченного необходимостью получать одобрение от их соответствующих начальников в Вашингтоне. Даже в самом Вашингтоне отдел гражданских дел Военного министерства некоторое время отказывался сотрудничать на том основании, что капитуляция и оккупация Германии является чисто военным делом, и поэтому нет необходимости в наличии Рабочего комитета по безопасности или, если на то пошло, самой ЕКК. В таких обстоятельствах вряд ли стоит удивляться тому, что работа по Австрии в ЕКК серьезно затянулась.
Тем не менее в связи с приближением дня D операции «Оверлорд» было необходимо, чтобы инструкции получили хотя бы войска, которым предстояло принять в ней участие. Детальное планирование военного управления в Австрии официально началось 10 апреля 1944 года в соответствии с договоренностью, неофициально согласованной между SHAEF в Англии и Верховным главнокомандующим союзными войсками в Средиземноморье (SACMED).
28 апреля 1944 года Объединенный комитет начальников штабов издал «Совместную директиву по военному управлению в Германии до поражения или капитуляции». Она предписывала курс, который должен проводить Верховный главнокомандующий экспедиционными силами союзников (SCAEF) в тех районах Германии или Австрии, которые могут быть захвачены его войсками до поражения или капитуляции. Указывая, что документ подлежит «таким изменениям, которые могут быть необходимы для выполнения совместных рекомендаций Европейской консультативной комиссии в период перед капитуляцией», директива включала «Политическое руководство для Австрии», в котором подчеркивалось принципиальное различие между политическими целями оккупации Австрии и оккупации Германии. В нем говорилось о вероятности более дружественного отношения со стороны населения, что сделает ненужным полный запрет на связи и общение с местными, а к инструкциям по выживанию нацистов и поддержанию порядка добавлялось напоминание о политике, изложенной в Московской декларации, согласно которой целью должно быть освобождение Австрии от германского господства и прокладывание пути к свободе и независимости. Поэтому следует поощрять австрийцев, «не запятнанных нацистскими симпатиями», заменять немцев из Рейха на должностях в местных органах власти, которые те занимали; необходимо запретить, помимо нацистских доктрин и пропаганды, пропаганду «пангерманизма и возобновления связей с Германией». В то же время, заключает руководство, SCAEF должен быть готов предоставить большую свободу политической деятельности в Австрии, чем в Германии.
Но, несмотря на эти директивы, политическая неопределенность относительно участия Соединенных Штатов в оккупации Австрии означала, что планирование работы службы по связям с гражданской администрацией и населением в Лондоне вначале осуществлялось почти исключительно на британской основе, хотя, естественно, представители Соединенных Штатов были полностью об этом проинформированы. Небольшая группа начала работать в рамках того, что позже стало Контрольным управлением по Германии и Австрии, и продолжала работать в том же виде под руководством комитета под председательством сэра Ф. Бовеншена из Военного министерства в течение весны и лета 1944 года. В министерствах экономической войны и информации также был достигнут прогресс в сборе необходимых сведений о текущем положении в
