вызвал неожиданную реакцию, которая привела к появлению у ворот Вены немецко-польского войска, собранного герцогом Лотарингским Карлом V и королем Польши Яном Собеским, которое освободило город. Это стало поворотным пунктом. После 1683 г. стало возможным начать большое контрнаступление, которое в XVIII и XIX вв. изгнало турок назад в Юго-Восточную Европу.
Ресурсы императора не позволяли ему вести войну на два фронта. Чтобы продолжить свою борьбу с турками, в 1684 г. он заключил с Людовиком Регенсбургское перемирие, которое гарантировало Франции «свободное и беспрепятственное владение» всеми территориями империи, обретенными до 1 августа 1681 г., но в 1688 г., когда Белград - врата на Балканы - был захвачен у турок, Людовик начал свою третью завоевательную войну, вторгшись в Палатинат (война Аугсбургской лиги, 1688-1697). Его предлогом к войне было (спорное) притязание жены его брата на наследование Палатината у электора, умершего бездетным в 1685 г. Теперь «королю-солнце» противостоял «Большой альянс»: к Аугсбургской лиге, в которую входили император, Швеция, Испания и некоторые князья империи, теперь присоединились Англия Вильгельма Оранского, а впоследствии Испания и Савойя. Преследование Людовиком гугенотов заставило электора Бранденбургского перенести свою лояльность из Парижа в Вену.
В 1689 г. армии Людовика XIV систематически опустошали земли Палатината на обоих берегах Рейна; Мангейм, Шпейер, Вормс, Оппенгейм и Гейдельбергский замок - все пали его жертвами. По Рисвикскому мирному договору (1697) Франция удержала за собой Эльзас и Страсбург, но вернула Лотарингию. В этом же году верховное командование над имперскими войсками принял невысокий и стройный молодой человек, услуги которого уже отверг Людовик XIV, - принц Евгений. Его победы над турками дали императору контроль над Венгрией и Семиградьем (Карловицкий мирный договор 1699 г.). В Войне за испанское наследство (1701-1714) император вместе с Англией, Голландией и Бранденбургом (электор которого 18 января 1701 г. провозгласил себя «королем в Пруссии») сражался с армиями «короля-солнце» на полях битв в Западной Европе, Южной Германии и Италии. В союзниках Людовика были двое Виттельсбахов - Максимилиан Эммануил Баварский и архиепископ Кёльнский Иосиф Клеменс. Самую значимую победу этой большой коалиции одержали Мальборо и принц Евгений в битве при Бленхейме в августе 1704 г. За смертью императора Леопольда в 1705 г. последовало короткое правление его сына Иосифа (1705-1711), который умер от оспы. Тот факт, что его наследник Карл VI был также наследником и Испании, привел к изменению европейской политики. Англия лидировала, заключив мир с Парижем, целью которого было помешать росту испано-австрийского влияния в империи и Европе.
Теперь мы можем вернуться к периоду трудных начинаний Леопольда и его экономической политике. Экономическая война как средство оказания давления на врага не была так уж неизвестна в империи. В 1412 г. король Сигизмунд начал экономическую войну с Венецией, которая продлилась более двадцати лет. В 1597 г. император Рудольф II изгнал из империи английских купцов -авантюристов по политическим причинам (он хотел продемонстрировать свою поддержку Испании). Экономическая политика Леопольда I была направлена главным образом против французов. 7 мая 1676 г. он издал указ, следуя советам экспертов, который запрещал «ввоз в империю любых французских товаров». Это произошло потому, что французы заполонили своими товарами немецкие рынки. Лейбниц отважился предположить, что около одной десятой всей продукции Германии утекало во Францию в качестве платы за французские товары. Бехер оценил французский товарооборот в Германии суммой около четырех миллионов талеров. Под запрет попали предметы роскоши, модная одежда и предметы домашнего обихода; медикаменты и аналогичные товары не входили в их число. Этот указ был подробно обсужден тремя домами имперского рейхстага, собравшегося в Регенсбурге. Он был опубликован в Нюрнберге не менее чем шестьдесят один раз и был даже провозглашен в Базеле и Цюрихе. В имперских городах указ был встречен с тревогой. В ноябре 1676 г. менялы во Франкфурте заявили протест городскому совету, утверждая, что никогда, ни в мирные времена, ни во время войны, христианские народы или варвары не испытывали таких ограничений. Самое яростное сопротивление оказал правитель Баварии, который не хотел рвать свои связи с Францией.
Полному выполнению закона мешали некомпетентность имперских чиновников и отсутствие у них систематического руководства. Поэтому в 1677 г. Бехер как генерал-комиссар империи получил указание привести в исполнение первый в империи серьезный запрет - новый запрет на ввоз французских товаров.
Экономическая жизнь в империи в целом и усилия, прилагаемые к тому, чтобы объединить ее в автономную торговую зону, получили новый мощный стимул от агрессивных действий «короля-солнце» и отмены им Нантского эдикта (1685): сорок тысяч французских гугенотов (из трехсот с лишним тысяч эмигрировавших) нашли себе убежище на территории империи. С необычным единодушием, вызванным царством террора Людовика, империя согласилась 7 июня 1689 г. на предложенный императором законопроект, который запрещал «всю торговлю и незаконный оборот товаров, все обмены и переписку - короче, любую форму коммерции, осуществляемой по суше или воде, с врагами империи». Гамбург и Испанские Нидерланды проигнорировали этот императорский указ, и французские товары продолжили поступать в империю через «зеленые границы» между Нидерландами и Францией и между империей и Швейцарией. Эта контрабандная торговля привела к экономической войне между империей и некоторыми швейцарскими кантонами.
Указ о регулировании торговли, изданный в 1705 г. (составленный при Леопольде, но опубликованный за подписью императора Иосифа), оставался в силе вплоть до 1806 г. Он представлял собой сдержанную попытку обеспечить империи экономическую политику. Было сказано, что правление Леопольда I можно считать «первой лабораторией для тестирования проблем индустриальной эпохи, периодом, во время которого рациональная часть человеческого разума подверглась эволюции» (Дж. Бог).
Тем не менее было бы ошибкой предположить, что «экономика» барочной империи была продиктована чисто экономическими соображениями; существующие на тот момент политико-религиозные мнения и преобладающие взгляды на мир также сыграли свою роль. В начале XVIII в. Лейбниц (в 1674 г. ученик Кольбера в Париже) был занят разработкой планов создания общегерманского «разведывательного агентства» и «национального работного дома». Он хотел увидеть Германию, преобразованную в производящее и экспортирующее государство, которое могло победить Францию в экономической сфере. В 1670 г. он явился к императору, чтобы заключить союз с князьями и таким образом сохранить единство империи. Все реформы зависели от воссоздания «традиционного, искреннего немецкого доверия».
В представлениях Лейбница о Reich Europa - «свободе Европы», в которой потенциальные возможности всех государств достигают своего самого полного расцвета, есть стилизованный образ Священной Римской империи. Он видел империю как корпоративную организацию, защитный союз, существующий для своих членов и присутствующий в каждом из них. Каждая страна, таким образом, была «империей», а перед каждым правителем
