упаковочную бумагу, и у меня есть основания думать, что она растет также в Бхотанских Гималаях, которые совсем недалеко от нашей долины. Кроме того, в Китае и Японии, по другую сторону этих гор, есть два или три вида этого растения, из которого китайцы выделывают желтоватую бумагу - ты, вероятно, видел их книги - и ею же оклеивают свои чайные коробочки. Итак,прибавил ботаник, пытливо глядя на лес,- поскольку годная на бумагу дафнада растет в Китае, восточнее нас, и в Непале и Бхотане, западнее нас, то естественно предположить, что какие-нибудь ее виды растут и в этой долине, где климат как раз подходящий для нее. Птицы вполне могли занести сюда семена дафнады, так как многие виды птиц любят ее ягоды и поедают их без всякого вреда для себя, что очень странно, так как ягоды эти ядовиты для всех видов четвероногих.
- Как ты думаешь, брат, ты узнал бы такой куст, если бы его увидел?
- По правде сказать, я не думаю, чтобы сразу его узнал, но если бы я увидал цветок дафнады, я, непременно, отличил бы его по ботаническим особенностям. Листья у годных на бумагу видов дафнады - продолговатые и красноватого оттенка, гладкие и блестящие, как у лавра, с которым дафнады в близком родстве. К сожалению, кусты в это время года не цветут, но если нам удастся найти ягоды и несколько листьев, то я думаю, что смогу их опознать. Кроме того, у них характерная, очень жесткая кора. В самом деле, у меня есть основания думать, что мы найдем их не очень далеко отсюда. Вот почему я так уверенно сказал, что у нас может оказаться не так уж мало материала для выделки бумаги.
- Какие же у тебя основания, брат? Может быть, ты видел что-нибудь похожее?
- Видел. Не так давно я забрел в заросли невысоких кустов, достигавших мне до середины груди. Они были тогда в цвету; цветы были сиреневые и росли на концах веток небольшими зонтиками. Венчиков у них не было - одни только чашечки. А все это характерно для дафнады. К тому же листья были продолговатые, бархатистые, красноватого оттенка, а у цветов очень сладкий запах, как у всех дафнад. Я и не думал тогда их исследовать, но теперь, вспоминая все эти признаки, я почти уверен, что кусты относились к этому виду.
- А как ты думаешь, сможешь ты разыскать этот кустарник?
- Ну конечно! Он растет не очень далеко от того места, где у нас с тобой чуть не произошел страшный поединок.
- Xa-xa-xa! - засмеялся Каспар в ответ на многозначительные слова брата.Постой, брат,- сказал он через мгновение,- предположим, что это именно тот самый куст. Но какой нам от этого прок, если мы не знаем, как превратить его в бумагу?
- Почему ты так уверен, что мы не знаем? - возразил Карл.- Мне кое-что об этом известно. Один старинный автор в своей книге описывает этот способ. Он очень прост, и, кажется, я его хорошо запомнил и смогу применить. Может быть, бумага получится слишком грубая для письма, но она вполне пригодится для наших целей. Нам не нужен лучший, "кремовый" сорт. Ведь, к сожалению, здесь нет почтового отделения. Но если нам удастся сделать что-то вроде толстой упаковочной бумаги, то, я думаю, она вполне будет годиться для змея.
- Правильно! - ответил Каспар.- Даже лучше, если бумага будет толстая и крепкая. Но послушай, дорогой Карл, почему бы нам сейчас же не отправиться на поиски этих кустов?
- Этим мы немедленно и займемся,- заявил Карл, поднимаясь с камня.
Они пошли на разведку в полном составе, так как Оссару был не меньше товарищей заинтересован в ее результатах, а Фриц, заметив, что его хозяева отправляются в какую-то новую экспедицию, забыл свое огорчение и, выйдя из хижины, побрел вслед за ними.
Глава XLIII. БУМАЖНОЕ ДЕРЕВО
К величайшей радости охотников, предположения Карла вскоре оправдались. Заросль, о которой он говорил, состояла главным образом из кустов дафнады, судя по опавшим листьям и по нескольким сохранившимся на ветках ягодам. Карл решил, что кусты принадлежат именно к данному виду.
Это доказывала и кора, весьма эластичная и очень едкая на вкус: она обожгла рот Оссару, который имел глупость ее пожевать.
Внимательно исследовав листья, ягоды и кору, ботаник пришел к выводу, что перед ним настоящая дафнада. Так оно и было в действительности: это был вид, известный в Непале как дафнада бхолуа, из которой, как уже говорилось, непалийцы вырабатывают толстую, мягкую бумагу.
Убедившись, что это именно так, охотники решили привести план Каспара в исполнение и сделать опыт с воздушным змеем.
Если бы Карл был только ботаником-теоретиком и, хорошо зная особенности растений и деревьев, не владел бы практическими познаниями и не был знаком со способами их применения, от найденной ими дафнады не было бы никакой пользы. Глядя на это растение, никак нельзя было догадаться, что из него можно получить бумагу. Со многих других деревьев кора снималась более широкими полосами и больше напоминала бумагу, между тем как кора дафнады, снимавшаяся узкими полосками, казалась меньше всего пригодным для воздушного змея материалом. Но Карл знал способ превратить ее в бумагу и немедля принялся за дело, а товарищи ему помогали, следуя его указаниям.
Все трое усердно принялись работать ножами, и в невероятно короткий срок несколько десятков деревьев были ободраны от самых корней до нижних веток. Деревьев не срубали, так как в этом не было надобности. Их легко было обдирать на корню, и потому их оставили на месте.
До самого заката солнца проработали наши "каскарильеры", сделав перерыв лишь на несколько минут, чтобы пойти в хижину и наскоро поесть козлятины. И когда солнце опускалось за величавую вершину Чомо-лари, можно было увидеть, как они медленно возвращаются домой
