Жилые помещения императорского дворца привели в порядок быстро, точно так же, как вычистили весь город от всевозможной нечисти — операцией этой руководили Хельд и Гердер. Пустоши по-прежнему были наводнены всевозможными опасными существами, но их осторожно и последовательно уничтожали, а новых не появлялось. После сделанного по приказу императрицы объявления, что в Пустошах больше не будут плодиться магические твари и что земля тамошняя отдается тому, кто сможет ее обработать и удержать, на ставшие куда менее опасными области хлынули переселенцы. Аир это очень радовало.
Кое-кто вслед за правительницей уже переселялся в столицу, и таких было немало. Разве не показатель безопасности присутствие императрицы в самом сердце Пустошей? Нанятые государством рейнджеры помогали очищать Пустоши от нечисти, и хотя дело шло полным ходом, работы им хватит надолго.
— Ты совсем лишишь рейнджеров хлеба, — усмехнулся Ридо, обрадовавшийся возможности погулять по Пустошам, куда меньше, чем раньше, рискуя своей шеей.
— Нынешним я этот хлеб обеспечиваю, — не согласилась Аир. — Просто не понадобится смена. И, признайся, ты же тоже думаешь, что без рейнджеров было бы неплохо, верно же?
— Не без рейнджеров, — серьезно ответил Ридо. — Без Пустошей.
Так, собственно, думали все.
Работу облегчало то, что наступало самое лучшее время для любой наружной реставрации — лето. Мастеров стали собирать сразу после весеннего праздника цветов, которым начинается лето, и теперь они торопились закончить работу до осени, до дождей. Императрица уже планировала празднование Видуа Солор в стенах нового дворца и советовалась на эту тему с распорядителем. Тот сиял и усердно мельтешил перед глазами, чувствуя себя нужным.
Остатки магических систем Вален Рутао внимательнейшим образом изучил и долго ругал императрицу за безрассудство. Он пытался объяснить ей, что она серьезнейшим образом рисковала жизнью, но Аир отмахнулась, потому что и сама с содроганием вспоминала последнюю септаграмму, которую ей пришлось преодолевать. Она отдавала себе отчет, что едва осталась жива, и не хотела об этом вспоминать. Тем не менее, сознавая свои обязанности и хотя бы исследовательский интерес, объездила с магом все три точки и выслушала его комментарии. Рутао пообещал вернуться к концу лета, чтоб продолжить обучение правительницы, и уехал к себе — изучать трофеи. Разумеется, императорские регалии для изучения ему не перепали, хоть он и поглядывал в их сторону с мучительным интересом.
Драконица не улетела. Причины ее поступков Аир не могла понять, но на вопрос «Что я могу предложить тебе, чтоб ты осталась?», та совершенно спокойно ответила, что ей нужна кровь. Когда оцепенение слышавших ее слегка отпустило, она с удовольствием объяснила, что имела в виду самое малое количество крови, ну вот хоть бы чайную ложечку, и не чьей-нибудь, а именно крови Аир.
На осторожный вопрос, зачем ей нужна кровь императрицы, драконица спокойно ответила, что Аир обладает рядом способностей, которыми не обладает она, либо обладает в малой степени, и что она хотела бы это исправить. Разумеется, после процедуры обмена кровью они будут считаться сестрами, и в этом случае драконица уже никуда не улетит. Поразмыслив, Аир приняла это предложение, и обряд состоялся. Магия для Аир после этого еще упростилась, и порой девушка сама пугалась сил, открывающихся перед ней. Впрочем, драконица, ставшая для нее чем-то вроде второго учителя, быстро умерила ее страх и научила контролировать силы. Теперь золотисто-бронзовая красавица жила в императорском дворце Белого Лотоса в комнатах неподалеку от Аир, бродила по городу, иногда летала в сторону восточных гор, где охотилась.
Императрица стояла на балконе своего дворца, на верхней галерее, откуда лучше всего было видно развернувшееся в городе строительство, и показывала Рено де Навага храмовый квартал. На самом деле он был не один, и в той части города традиционно жили священники всех мастей, их люди, охрана. Аир не собиралась ломать традиции. Там же располагались самые крупные храмы города — Серебряный Храм, Храм Первого Шага и так называемый Домашний, самое древнее сооружение Империи, по легенде заложенный одним из младших апологетов. Скорее всего это было не так, вряд ли даже каменное здание могло выдержать столько лет, но храм по праву гордился своей древностью и, разумеется, больше прочих пострадал за эти пятьдесят с лишним лет. Теперь шел спор на тему того, как лучше всего его отреставрировать. Чтоб подвести черту в этом споре, Рено де Навага и приехал в Белый Лотос.
— Мне кажется, вам все же не стоило рисковать, Святейший, — сказала императрица, подавая первосвященнику бокал с подогретым вином.
— Вам тоже. Но раз уж вы это сделали, чего мне бояться? — Он улыбнулся. — Бог хранит своего слугу. И я счастлив, что мне довелось видеть возрождение Белого Лотоса своими глазами. Я на это не рассчитывал. Я не устаю благословлять Господа за тот выбор, который он сделал моими руками. Теперь и умереть не жалко.
Аир покраснела.
— Итак. — Она прокашлялась. — Работы идут полным ходом, и, думаю, к осени мы закончим. Что же касается Серебряного Храма, то он практически не пострадал. Уже через неделю вы сможете отслужить в нем службу.
— Непременно.
— Я хотела обсудить с вами один вопрос. — Аир покосилась на мужа, и в душе у того шевельнулось неприятное предчувствие. — Но, может, попозже…
— Я тоже хотел кое-что с вами обсудить, ваше величество. Вам надлежит принять полное тронное имя, которое станет именем рода, основанного вами. Какова ваша фамилия?
— У меня ее нет. — Девушка опять покраснела, невольно. — Я же вам говорила, я из крестьян. Что же касается моего отца, то его зовут Раун.
— Раун, — задумчиво повторил Высший Магистр. — Раун… Нет, знаете, как-то не звучит. Не пойдет. Может… Если сам Господь направил мою руку в выборе, и правите вы по его благоволению… Он благословил ваше правление, это уже видно!.. Может, в этом случае вы возьмете себе и соответствующее имя?
— Какое? — недоумевала Аир.
— Серебряная.
Аир задумалась.
— Вы имеете в виду… Селен?
— Да.
— Аир Селен…
— Дом Селен — великолепно, разве нет?
— Пожалуй.
— Значит, пусть и будет так, — обрадовался Рено. — Пусть и потомки знают, что ваша династия была ближе всего к Богу… А по поводу другого вопроса… Когда вы хотели поговорить?
Хельд покосился на императрицу с мрачным видом.
— Я могу уйти, — холодно сказал он и повернулся, чтоб действительно уйти.
— Нет. — Она схватила его за руку. — Тебя же это тоже касается… Святейший, я хотела бы сыграть свою свадьбу в Серебряном Храме. Как только его приведут в порядок и освятят по новой. Может, прямо перед праздником середины лета?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
