– Прямо центр управления космическими полетами,– заметил Хэрод.
Колбен важно кивнул:
– Это наш центр связи.
Сидевший за первым пультом «белый воротничок» поднял голову, и Колбен обратился к нему:
– Ларри, это мистер Хэрод и мисс Чен. Я пригласил их сюда взглянуть на нашу операцию.
Ларри кивнул, посчитав прибывших за высоких гостей, и Хэрод понял, что эти рядовые сотрудники ФБР ничего не знают об истинных целях операции.
– Что это такое на экране? – осведомился он.
– Это фасад дома на Квин-лейн, где находится подозреваемая и неизвестный парень вместе с некой Энн Мари Бишоп. Ей пятьдесят три года, она не замужем, после смерти брата в мае этого года живет одна,– объяснил Колбен.– Группа «Альфа» установила пункт наблюдения на втором этаже склада, находящегося напротив. На следующем мониторе – тыльная сторона того же дома, снимается с третьего этажа одноквартирного дома, стоящего на другой стороне аллеи. А на этом – вид аллеи с передвижного фургона, прослушивающего телефонные переговоры.
– Она сейчас там? – Хэрод кивнул на черно-белые изображения маленького домика.
Колбен покачал головой и повел их к монитору, на экране которого виднелся старый каменный дом. Камера была установлена на уровне земли, на противоположной стороне оживленной улицы, и изображение время от времени перекрывалось проходящим транспортом.
– В данный момент она находится в Ропщущей Обители,– пояснил Колбен.
– Где? – опешил Хэрод.
– В Ропщущей Обители.– Колбен указал на две увеличенные фотокопии архитектурных планов, приколотые к стене над монитором.– Это историческая достопримечательность, в настоящий момент закрытая для посещений публики. Фуллер проводит там довольно много времени.
– Объясните-ка мне подробнее,– попросил Хэрод.– Интересующая нас старуха скрывается в здании национального памятника?
– Это не национальный памятник,– отрезал Колбен,– а всего лишь местная достопримечательность. Но она действительно проводит там большую часть времени. Утром – по крайней мере в течение тех двух дней, что мы за ней наблюдаем,– Фуллер, вторая пожилая женщина и парень ходят в дом на Квин-лейн, вероятно для того, чтобы помыться и поесть чего-нибудь горячего.
– Боже мой,– произнес Хэрод и снова оглядел агентов и оборудование.– И сколько людей у вас занимается этой работенкой, Чак?
– Шестьдесят четыре человека. Местные власти знают о нашем присутствии, но им велено не вмешиваться. Когда же дело дойдет до развязки, нам может потребоваться их помощь с регулировкой движения.
Хэрод ухмыльнулся и посмотрел на Марию Чен.
– Шестьдесят четыре человека, чертов вертолет и миллион долларов, потраченных на «Звездные войны», и все для того, чтобы поймать восьмидесятилетнюю шлюху! – Ларри и еще несколько агентов недоумевающе посмотрели на него.– Как следует работайте, ребята,– подбодрил их Хэрод с издевкой в голосе.– Ваша страна гордится вами.
– Пройдем в мой кабинет,– холодно заметил Колбен.
Кабинеты находились в трейлерах, расположенных на южной окраине стоянки. Кабинет Колбена был чуть больше обычной клетки и чуть меньше комнаты.
– А что находится на другом конце этой конструкции? – осведомился Хэрод, когда он, Мария Чен и помощник директора ФБР расположились вокруг небольшого стола.
Колбен замялся.
– Камеры заключения и оборудование для проведения допросов,– ответил он наконец.
– Вы собираетесь допрашивать эту Фуллер?
– Нет,– произнес Колбен.– Она слишком опасна. Мы намереваемся уничтожить ее.
– У вас уже есть задержанные, которых вы допрашиваете?
– Возможно,– уклонился Колбен.– Тебе это знать не обязательно.
Хэрод вздохнул:
– О'кей, Чак, а что мне нужно знать обязательно? Колбен бросил быстрый взгляд на Марию Чен.
– Ты не можешь здесь обойтись без своей Конни Чанг, Тони?
– Нет,– сказал Хэрод.– И только попробуй еще раз прикоснуться к ней. Боюсь, тогда Баренту придется заполнять еще одну вакансию в Клубе Островитян.
Колбен слегка улыбнулся:
– Нам с тобой предстоит решить кое-какие вопросы. Но это позднее. А пока мы должны завершить эту операцию, и тебе ради разнообразия придется поработать.– Он достал фотографию и протянул ее Хэроду.
Тони уставился на снимок, сделанный «полароидом». На нем была изображена симпатичная чернокожая девушка лет двадцати двух, стоящая на углу улицы в ожидании смены сигнала светофора. Вьющиеся волосы, короткая стрижка, на изящном овале лица выделялись выразительные глаза и полные губы. Слишком мешковатое верблюжье пальто не давало возможности оценить фигуру.
– Миленькая крошка,– заметил он.– На звезду, конечно, не тянет, но я мог бы устроить ей прослушивание или дать какую-нибудь эпизодическую роль. Кто она такая?
– Натали Престон,– пояснил Колбен. Хэроду это имя ничего не говорило.
– Ее отец оказался в зоне конфликта между Ниной Дрейтон и Мелани Фуллер несколько недель назад в Чарлстоне.
– И что же?
– А то, что он мертв, а юная мисс Престон вдруг объявляется здесь, в Филадельфии.
– Сейчас?
– Да.
– Вы думаете, она идет по следу шлюхи Фуллер?
– Нет, Тони, мы думаем, что безутешная дочь оставляет могилу своего папочки, бросает дипломную работу в Сент-Луисе и прилетает в Джермантаун из внезапно проснувшегося интереса к ранней истории Америки,– ухмыльнулся Колбен.– Естественно, она идет по следу старухи.
– А как же она ее нашла? – Хэрод не сводил глаз с фотографии.
– По банде,– сказал Колбен и, видя непонимание на его лице, добавил: – О господи, у вас что, в Голливуде нет газет и телевидения?
– Я был занят запуском фильма с бюджетом в двенадцать миллионов,– важно заметил Хэрод.– Что за банда?
Колбен рассказал ему о рождественских убийствах на Джермантаун-стрит.
– А с тех пор еще два,– добавил он.– Грязное дело.
– А каким образом эта сладкая шоколадка связала потасовку между местными ублюдками с Мелани Фуллер? – спросил Хэрод.– И как вы вообще отыскали здесь ее и эту старуху?
– У нас есть свои источники,– усмехнулся Колбен.– Что касается этой черной красотки, мы прослушивали ее телефон и телефон того чокнутого шерифа, с которым она общалась. Они оставляли презабавные послания друг другу на его автоответчике. Мы отправили в Чарлстон парня, который стер ненужные нам сообщения.
Хэрод покачал головой:
– Не понял. Какое отношение ко всему этому дерьму имею я лично?
Колбен поиграл костяным ножом для распечатывания писем.
– Мистер Барент решил, что это по твоей части, Тони.
– Что именно? – Хэрод вернул ему фотографию.
– Позаботиться о мисс Престон.
– Нет уж, спасибо. Мы договаривались только о Фуллер. Только о ней.
Колбен приподнял бровь:
– В чем дело, Тони? Эта малышка пугает тебя так же, как и перелеты? Чего ты еще боишься?
Хэрод потер глаза и зевнул.
– Займись этим, и, возможно, тебе не придется беспокоиться о Мелани Фуллер,– добавил Колбен.
– Это кто сказал?
– Мистер Барент сказал. Господи, Хэрод, ты получаешь бесплатный билет в самый элитный клуб, какие только знала история. Я подозревал, что ты недоумок, но такой глупости я от тебя не ожидал.
Хэрод еще раз зевнул.
– А кому-нибудь из вас, интеллектуальных паралитиков, не приходило в голову, что я не обязан выполнять вашу грязную работу? – поинтересовался он.– Ты сам сказал, что вы по нескольку раз в день снимаете старуху своими камерами. Замените одну из них на тридцать шестой калибр, и вопрос решен. А что за возня с этой малышкой Натали? Она тоже обладает Способностью или чем-нибудь еще?
– Нет,– ответил Колбен.– Натали Престон имеет степень бакалавра искусств, полученную в Оверлине, и на две трети сдала курс на право преподавания. Очень спокойная девушка.
– Тогда почему я?
– Взнос,– ответил Колбен.– Мы все платим взносы.
– И чего вы хотите? Арест и допрос?
– Нет необходимости,– бросил Колбен.– Все сведения, которые она могла бы нам предоставить, мы уже… э-э… получили из другого источника. Ее просто нужно вывести из игры.
